слабостях, а в вашем стиле управления.
Черт, Вика!
Секундная пауза, как перед прыжком с высоты, пугает до дрожи в сердце. Но, кажется, Роман Сергеевич решает проигнорировать мое замечание. А может быть оценивает эту провокацию, делая зарубку в моем досье.
— Подписывайте договор, — отрезает холодно. — Это займет у вас меньше времени, чем философские дебаты о моем стиле управления, — иронично подмечает он.
Он так и стоит за спиной, нависая надо мной. Я даже слышу его размеренное дыхание. Он всегда такой спокойный? Мне определенно есть чему у него поучиться…
Отгоняя посторонние мысли, я принимаюсь внимательно изучать договор. Уж точно не собираюсь подписывать его в спешке. За каждую букву и запятую готова биться.
— Для человека, который так бережет свое личное время, к чужому вы относитесь пренебрежительно, — сухо бросает он с удовольствием в голосе, наблюдая, как я задерживаю глаза на мелком тексте. — Может, я объясню вам самые важные пункты?
Медленно поднимаю голову и оборачиваюсь, сталкиваясь с ним глазами.
— Я ценю ваше время больше, чем вы думаете. Но не рассчитывайте на то, что стану подписывать документы, не глядя.
Выдерживаю его взгляд с завидным достоинством. Хотя мои ладони в этот момент становятся влажными. Здесь точно работает сплит-система?
Островский шумно выдыхает, и я, опомнившись, возвращаюсь к бумагам. Не найдя ничего криминального, ставлю, наконец, свою подпись.
Намереваюсь уложиться в несколько секунд, чтобы покинуть давящие стены этого кабинета, как мое кресло, крутнувшись на месте под давлением крепких рук, разворачивает меня лицом к теперь уже моему боссу.
— Завтра жду вас в офисе к семи часам, — чеканит он, не сводя с меня серо-голубых глаз.
Мой взгляд медленно сползает ниже к вороту его черной рубашки. Это лишь потому, что куда проще рассматривать пуговицы, чем смотреть ему прямо в глаза. Но по чистой случайности в мое поле зрение попадает загорелая шея…
— К семи?! — опомнившись вдруг, снова смотрю на него. — Рабочий день же начинается с восьми…
— Можете идти, Виктория.
Островский выравнивается и с абсолютным спокойствием направляется к своему рабочему столу, оставляя меня в растерянности.
Переспрашивать еще раз я не решаюсь, и поэтому просто направляюсь к двери, мысленно окрестив это собеседование самым ужасным в моей жизни. Но что-то мне подсказывает, теперь каждый мой день будет не лучше…
ВИЗУАЛЫ
Островский Роман Сергеевич — 29 лет.
Генеральный директор "ОСТ групп".
Богданова Виктория Алексеевна — 23 года.
С недавних пор личный ассистентбосса-диктатора.
4
Роман
Едва стройные бедра моей новой ассистентки скрываются за дверями кабинета, я набираю секретаря.
— Зайди, — бросаю с раздражением.
Эта реакция сейчас вполне оправдана. За пренебрежение к моим указаниям она заслуживает как минимум выговор. А будь это не первое ее нарушение, Лена бы уже шерстила хэдхантер в поисках нового места работы.
Но злость направлена не на нее.
Вывести меня на эмоции довольно сложно. А этой губастой кандидатке с вызывающим взглядом и острым языком удалось пошатнуть мое спокойствие буквально с первых минут своего появления в кабинете.
Ни один из сотрудников никогда бы не осмелился меня в чем-то упрекнуть. Она же высказала мне за время ожидания, с пылкостью отстаивала свои границы, пыталась держаться на равных, еще и отвесила замечание о моих методах управления. И это всё при том, что еще даже не работает здесь!
Но помимо раздражения, это собеседование удивительным образом оставило еще и какое-то необъяснимое чувство удовлетворения. Что злит только больше…
Богдановой вообще здесь не должно было быть. Об этом я ясно дал понять не только секретарю, но и отцу.
«И именно поэтому ты заставил ее подписать контракт», — вспарывает мозг внутренний голос.
Нет смысла отрицать — подосланная отцом ассистентка определенно в моем вкусе. Но ведь для того, чтобы воплотить в реальность все свои грязные мысли, мне не обязательно ее брать на работу. Так какого черта?
Дверь в кабинет тихо приоткрывается, а следом за этим я вижу виноватое лицо Елены.
— Роман Сергеевич… — протягивает вкрадчиво секретарша и замолкает.
Отчитывать ее настроя нет. Но оставлять без внимания такое самоуправство я не должен.
— Как Богданова оказалась в моем кабинете? Я разве не ясно дал понять, что не собираюсь проводить это собеседование?
Лена виновато хмурится и опускает плечи.
— Я помню, Роман Сергеевич… Но она два часа прождала…
О том, что ассистентка отца сегодня заявится в мой офис, я знал. Он сам предупредил. В очередной раз счел своим долгом вмешаться в мои дела. Решать, как мне управлять своей компанией. И я практически уверен, что к ее обязанностям, прописанным в должностных инструкциях, добавятся еще и его личные распоряжения.
Нашел шпионку… Да у нее же все эмоции на лице!
И опять… Так какого черта я ее взял?!
— Больше такого не повторится… — прискорбным тоном заверяет секретарь, выдергивая меня из мыслей. — Там… уже ожидают другие кандидаты, которых нашел наш подбор персонала. Когда пригласить?
— Отмени, — отрезаю без раздумий. — Завтра кратко введи Богданову в курс дела и покажи ей рабочее место, — даю указания, игнорируя протест внутри. — А ты получаешь первое и последнее предупреждение. Это всё.
Лена смотрит на меня как на идиота, правда, быстро возвращает себе лицо и часто кивает.
К слову, я и сам себя сейчас таковым ощущаю…
Она спешно покидает мой кабинет, пока я смотрю на разрывающийся телефон на столе. Отец.
— Да, — бросаю в трубку, уже зная о чем, точнее, о ком пойдет речь.
— Ну как тебе Вика? — спрашивает он довольным тоном, что сразу же настораживает.
В кабинете еще вентилирует запах ее сладковатых духов, а он, судя по всему, уже знает, что я ее принял.
Моя уверенность в том, что он не по доброте душевной подсунул свою ассистентку только крепнет.
Стиснув зубы, кажется, слышу, как трещит гаджет в руке.
— Сообщу после двухмесячного испытательного срока.
— Ясно, — усмехается он. — Благодарности я, так понимаю, не услышу.
Да он издевается…
— Вика отлично себя проявила в должности под моим руководством, — продолжает он, раздражая даже тем, как называет ее. Почему не Богданова? Или хотя бы Виктория. — Думаю, не обязательно держать ее столько на испытательном… — щедро делится «советом». — Помоги ей освоиться, и сам убедишься в ее способностях.
Помочь ей? Так я помогу. В этом он может не сомневаться. Вопрос лишь в том, как много отец успеет узнать за неделю ее обучения под уже моим руководством. Именно такой срок я даю ее
