взял с собой в столовую небольшую баночку с соусом. Честно говоря, раньше он считал, что еда в столовой довольно вкусная. Однако после нескольких дней, проведённых с Тан Тан, Цзи Ян вдруг понял, что ему трудно есть то, что подают в столовой. К счастью, Тан Тан приготовила для него эти соусы.
Хотя Цзи Ян знал, что соус, приготовленный Тан Тан, не может быть невкусным, он всё равно был поражён, попробовав его. Его вкусовые рецепторы испытали настоящее наслаждение. Соус, купленный в супермаркете, не шёл ни в какое сравнение с этим. Цзи Ян чувствовал, что даже без гарнира он мог бы съесть три большие порции риса, заливая его этим соусом.
Дун Ли подошёл к нему с подносом в руках. Он увидел на столе Цзи Яна баночку с каким-то соусом и подошёл посмотреть на неё, спросив: «Старший, где ты это взял? Что это за соус? Почему на нём нет этикетки?»
Спросив об этом, он опустил палочки в баночку, чтобы попробовать соус. Когда он положил соус в рот…
«Боже. Этот соус такой вкусный! Где ты его взял, Старший?» Дун Ли воодушевился и быстро потянулся за банкой с соусом. Он не мог остановиться.
Увидев, что Дун Ли почти опустошил банку, Цзи Ян быстро выхватил её у него. «Не ешь всё».
Дун Ли моргнул: «Старший, не будь мелочным. Ты не хочешь поделиться со мной немного соусом? Верни его. Этот соус действительно очень вкусный».
Цзи Ян не возражал против того, чтобы его назвали жадиной. Он просто не хотел делиться, потому что ему самому не хватало.
Их перебранка привлекла внимание капитана третьей команды. Он тоже подошёл со своим подносом с едой и спросил: «Что вы делаете?»
Дун Ли указал на Цзи Яна и пожаловался: «Я не знаю, откуда у Старшего такой вкусный соус, но он жадничает и не делится».
Чжан Чэн посмотрел на баночку в руке Цзи Яна. Он тоже захотел попробовать: «Старший, дай мне немного. Я хочу попробовать и узнать, насколько хорош этот соус».
Зная, что ему не уйти от двух голодных волков, Цзи Ян беспомощно протянул баночку. Неважно. По крайней мере, у него осталось достаточно соуса в комнате.
Глаза Чжан Чэна заблестели, когда он попробовал соус. Затем, словно вор, он быстро налил себе ещё соуса: «Боже, что это за соус? Его точно не купили в магазине!»
Дун Ли попытался выхватить у него банку и спросил: «Старший, скажи нам правду. Откуда это?»
Цзи Ян спокойно поел и ответил: «Это приготовила мать Сяо Чжо».
«Хек-ке-ке» — Дун Ли закашлял, и рассыпал рис, поперхнувшись. Дун Ли откашлялся и удивленно спросил: «Что ты сказал? Это приготовила мать Сяо Чжо? Ты ведь не шутишь, правда?»
Цзи Ян не хотел с ним возиться.
«Это правда?» Дун Ли был так потрясён, что перестал есть. «Старший, что произошло? Мать Сяо Чжо умеет готовить? Разве она не умела только...» Он молча проглотил слово «пить», увидев взгляд Цзи Яна.
Чжан Чэн не знал о проблемах в семье Цзи Яна и громко рассмеялся. «Значит, невестка талантлива, она очень хорошо готовит. Старший, тебе очень повезло, в отличие от меня, моя жена даже не заходит на кухню».
Цзи Ян не ответил, и Дун Ли почувствовал, что ему не следует ничего говорить. Сдерживая любопытство, Дун Ли покончил с едой и последовал за Цзи Яном обратно в общежитие.
Как только они вошли в комнату Цзи Яна, Дун Ли закрыл за ним дверь и нетерпеливо спросил: «Старший, что на самом деле произошло? Почему у меня такое чувство, что что-то сильно изменилось?»
Цзи Ян отпил немного воды, прежде чем ответить. Он ничего не скрывал: «Мать Сяо Чжо попала в автомобильную аварию. Она потеряла память, и её характер изменился. Теперь она очень хорошо относится к Сяо Чжо, а также ко мне… Очень хорошо».
«Серьёзно? У неё амнезия? Как в сериалах, это не розыгрыш?» Как эта женщина могла так внезапно измениться и начать хорошо относиться к Сяо Чжо?
Цзи Ян покачал головой: «Она не притворяется. Она действительно потеряла память».
Раз Цзи Ян так говорит, значит, амнезия — это правда. Однако Дун Ли всё равно считал, что что-то было не так: «Я не думал, что что-то подобное, как в телесериале может произойти в реальной жизни. То есть, по твоим словам, она изменилась навсегда?»
Цзи Ян кивнул.
Дун Ли не мог представить, что произошло, но было бы здорово, если бы мать Сяо Чжо действительно изменилась к лучшему. По крайней мере, это было бы хорошо для Сяо Чжо и Цзи Яна, ведь детям нужна материнская любовь.
Похлопав Цзи Яна по плечу, Дун Ли сказал: «Это хорошая новость. Теперь тебе не нужно постоянно беспокоиться о Сяо Чжо. К тому же Сяо Чжо, должно быть, очень рад».
Вспомнив о том, как оживился Сяо Чжо, Цзи Ян не мог не признать, что перемены в Тан Тан пошли на пользу малышу.
«Я планирую подать заявление на получение военного жилья и перевезти её и Сяо Чжо сюда».
«А?» Дун Ли снова был потрясён таким поворотом событий. В прошлом он много раз упоминал об этом, но Цзи Ян даже не думал о том, чтобы перевезти Сяо Чжо. С чего вдруг такая перемена?
Цзи Ян объяснил, не дожидаясь вопроса: «В семье тёти Ли кое-что случилось, и она больше не может присматривать за Сяо Чжо. Я беспокоюсь, что они там останутся вдвоём, и Сяо Чжо захотел приехать сюда».
Дун Ли нахмурился и смущённо спросил: «Сможет ли она как следует присматривать за Сяо Чжо? Хоть вы и будете жить вместе, у тебя не будет времени присматривать за Сяо Чжо».
Цзи Ян ответил после недолгого молчания: «Она должна справиться».
Поскольку Цзи Ян уже принял решение, Дун Ли пожелал другу удачи. Может быть, ещё есть надежда.
В этот момент Дун Ли заметил две большие бутылки и пакет с чем-то внутри. Его глаза загорелись, когда он вспомнил о соусе, который они ели на обед. Дун Ли быстро наклонился и открыл бутылки. В комнате тут же распространился насыщенный аромат.
Цзи Ян не смог бы остановить его, даже если бы захотел.
«Ух ты! Столько соуса, да ещё и с двумя разными вкусами! Вау, здесь даже вяленое мясо есть!» Дун Ли достал вяленое мясо и положил в рот. Вскоре он был покорен едой. «Это вяленое мясо слишком вкусное. Это приготовила мать Сяо Чжо?»
Цзи
