критиковать:
- Надо же, никаких укрепителей не стоит! А если я, к примеру, захочу это водяное зеркало упаковать в мешок и взять с собой? Оно же прольется к крокозябрам!
- Пока что никому не приходило в голову куда-то нести мое зеркало, - заметила Галадриэль.
- Логично, поскольку оно было бесполезное, - не смутился Тенька. – Кому захочется таскать с собой штуку, которая показывает не пойми что? Но я-то здесь все поисправляю как следует! Так, и защитки никакой не стоит… Зато на кольце почему-то коды доступа. Мы их оттуда перебросим…
Галадриэль жила долго и была очень мудрой леди. Поэтому из всей фразы она поняла главное и запротестовала:
- Нельзя перебрасывать! Кольцо должно остаться прежним.
- М-да? – Тенька задумчиво поддел колечко пальцем. Вода забрызгала, заискрила. – Ладно, тогда не перебросим, а скопируем…
Колдун настраивал зеркало три дня, а на утро четвертого объявил, что можно принимать работу.
Галадриэль была в ужасе. За три дня ее изящная серебряная чаша обросла невесть откуда взявшимися проводами, которые обвивались вокруг ножки и тянулись к небольшой темной коробочке с огромной красной кнопкой посередине. На проводах подмигивали крошечные лампочки, а при приближении любого, кроме Теньки, Майтимо и самой владычицы, над поляной начинал разноситься неприятный воющий звук.
- Сигнализация, - невинно пояснил Тенька, отступая на несколько шагов, поскольку видел по глазам, что Майтимо хочет его хорошенько треснуть. – Пароль «морковка-143».
- Почему «морковка»? – удивилась владычица.
- Почему «143»? – подхватил Майтимо.
- Забавно, но вы первые спросили, - ухмыльнулся Тенька. – Я давно этот пароль везде устанавливаю. Когда изобретал принцип паролизации, сестра постоянно дергала меня полоть огород. У меня тогда этой морковкой вся голова была забита. А потом прижилось. Цифры для порядка, я все пароли нумерую, чтобы вроде одинаковые были, но все-таки разные. Кто из посторонних крикнет пароль, сигнализация стихнет. Ну а у тебя безлимитный доступ. Разве плохо? Очень хорошо! Я и на твое колечко такой пароль поставил, только под номером 144.
- Я же просила ничего не менять, - Галадриэль с опаской глянула на возвращенное ей еще вчера кольцо.
- Разве я менял? – искренне изумился колдун. - Просто новое добавил, поверх старого. Ты не переживай, хуже не будет. Оно хоть и с кодами доступа, но тактильно незапароленное, кто ж так делает в современном обществе? Сопрут враги, жалко будет! Ладно, это неинтересно, гляди, чего я в водяном зеркале поменял! Я вижу, ты путешествуешь мало, поэтому прибавил удельной полезности за счет побочных настроек.
- А так, чтобы мы поняли? – потребовал Майтимо.
Тенька молча указал на чашу. Вода там стала твердой как лед и зеркальной. Вед наклонился, почти касаясь губами поверхности, и четко произнес:
- Морковка-143. Трандуил!
Прошла рябь, а затем в глубинах появился король собственной персоной. Изображение было нечетким, но вполне узнаваемым. Трандуил сидел на балконе, любовался рассветом и что-то пил из кубка.
У Галадриэль загорелись глаза.
- Я смогу увидеть, кого захочу?
- Нет, - разочаровал ее Тенька. – Только тех, кто не использует метафизические завесы. У Трандуила она тоже есть, но слабенькая, потому картинка плохая. А вот Сарумана или Гэндальфа я увидеть не смог. Пользоваться просто: сказать пароль и имя того, кого хочешь увидеть. В идеале: представить его перед собой. Но это не все! Гляди, - колдун нажал красную кнопку, и вода стала черной. – Это самая главная интересненькая функция: перемещатель. В него я вставил свое новейшее изобретение: размеры перемещаемого не ограничены размерами чаши!
- Это как? – переспросил Майтимо.
- Оно засасывает! – радостно поведал Тенька. – Прежде надо было лезть, а теперь я применил к зеркалу функционал сковородки… ладно, все равно вам это ничего не говорит. Глядим дальше.
По щелчку кнопки чаша превращалась в угадыватель погоды, светильник, источник разных звуков от шума прибоя до гомона с людной площади, туманообразователь и фонтанчик, меняющий цвета. Наконец, Тенька нажал кнопку в последний раз, и вода стала первозданно прозрачной.
- Я долго думал, оставлять эту функцию или нет, но решил, что раз она тебе чем-то дорога, то пусть будет. Словом, в этом режиме вода по-прежнему показывает разную лабуду вроде грядущего, минувшего и несбывшегося. Но мне, честно говоря, больше по душе угадыватель погоды!
Галадриэль смотрела на свое обновленное зеркало и тихо вздыхала. Она даже представить себе не могла, что неведомый доселе в этих краях зверь под названием прогресс начнет свое неумолимое шествие по миру именно из самого сердца ее владений.
Один день и одна минута спустя
- Послушайте, - взывал Леголас, - я честно довел вас до Лориэнского леса, но на большее приказ отца не распространяется! Я не подряжался идти с вами еще и к Саруману!
- Да ты не понимаешь, - уговаривал Тенька. – Смотрел я на вашу карту, там владения Сарумана почти по пути к Ривенделлу, куда тебе надо.
- «Почти»?! Да они в противоположной стороне!
- Тем более! – не смутился колдун. - Как же мы тебя одного отпустим, да еще в противоположную сторону? Нет, дело решенное: пойдешь с нами через водяное зеркало.
- Через что?
- Старинный нолдорский артефакт, - тут же оскалился Майтимо. Это не прибавило принцу энтузиазма.
- Ты не пугай его, - замахал руками Тенька. – Леголас, да ничего там страшного нет, я это зеркало в три дня перенастроил. Там просто засосет и отпустит…
Но речи колдуна почему-то напугали Леголаса гораздо больше, чем невнятные угрозы Майтимо.
- С какой стати я вообще должен идти с вами? У нас разные дороги!
- Галадриэль сказала, что короткий путь к Ривенделлу отсюда лежит через какие-то заброшенные пещеры, - объяснил Тенька. – А вдоль этой стороны гор орки кишмя кишат. Так что безопаснее будет держаться вместе. Мы обогнем хребет, у Сарумана я, глядишь, новое зеркало состряпаю, и ты попадешь в свой Ривенделл даже прежде срока. Соглашайся, потому что мы уже всё решили и возражения не принимаются.
…Леголас совсем иначе представлял себе знаменитое зеркало Галадриэли. По крайней мере, в его воображении не было проводов и красной кнопки, а еще не требовалось становиться на краю поляны и громко кричать «Морковка-143!». А потом несносный древний нолдо по-простому макнул его головой в чашу, мир перевернулся, пропал, а затем возродился вновь.
Путешественники стояли на пригорке, чуть поодаль виднелся темный лес с вырубленной опушкой, а у горизонта в небо
