старика лукаво прищурились. – От Сарумана и правда можно бегать лишь заодно.
- Гэндальф, вот твой посох…
- Благодарю тебя, Леголас. Будь добр, представь мне своих спутников, ибо их имена мне неизвестны.
- Это Нельяфинвэ Феанарион, - обреченно начал Леголас, уже воображая, чем это грозит.
- Впавший в детство, судя по всему, - улыбнулся Гэндальф. – Ибо только в детстве у него были веснушки.
- Да Моринготто вас всех задери!!! – заорал Майтимо на всю башню. – Тенька, ты говорил, что у тебя есть тональный крем! Дай мне его прямо сейчас, я больше не могу это выслушивать от каждого второго!
- Да у тебя истерика…
- У настоящих нолдор не бывает истерик!
- Зато бывают веснушки, - вмешался Гэндальф. – И незачем из-за этого так кричать. Приношу извинения, Нельяфинвэ, я не знал, что ты потерял власть над своей внешностью и вынужден ходить в том виде, в котором тебя создала злодейка-природа.
Майтимо виновато сник – в голосе старика звучала легкая ирония.
- Мой второй спутник, - продолжил Леголас в миг затишья, - Артений Мавьяр, Друг Эльфов, один из величайших колдунов…
- Лучше просто Тенька, - перебил колдун. – Гэндальф, а можно вопрос?
- Всего один?
- По обстоятельствам! Скажи, а что подвигло такое интересненькое вещество, как ты, сгенерировать подобный тип псевдоиллюзорной оболочки?
- Скажем так, - Гэндальф чуть склонил голову набок. – Моя роль в этом мире предполагает определенный набор заданных условий.
- Не хочу прерывать ваши ученые беседы, - подал голос Майтимо, - но скоро сюда ворвется толпа орков с Саруманом во главе.
- Жаль, досок нет, - вздохнул Тенька. – Отсюда бы улететь…
Гэндальф сжал в руках посох и посмотрел на небо, словно пытаясь что-то отыскать.
- Сейчас, - пробормотал он. – Около двух минут…
И правда, две минуты спустя в тучах заклекотали, и к верхушке башни спустились четыре огромных орла.
- Раз надо улететь – мы улетим, - подытожил старик.
- Никогда прежде не летал на орле! – восхищенно воскликнул Майтимо.
- Как – никогда?! – удивился Леголас. – А как же легенда про…
- Скорее, - поторопил Гэндальф, хотя тоже покосился на бывшего лорда Химринга очень заинтересованно.
…Когда орки поднялись по лестнице и вылезли на верхушку башни, орлы были уже далеко.
Два с половиной часа и тридцать три секунды спустя
- Хорошо сидим, - безмятежно отметил Тенька, загодя нанизывая на прутики кусочки хлеба, остатки солонины и сомнительного вида грибы, обнаруженные тут же, на поляне, куда принесли путешественников орлы.
Майтимо раздувал костер, и сквозь дым его усыпанное веснушками лицо выглядело каким-то одухотворенным.
- Хорошо, - согласился Гэндальф, доставая из-за пазухи трубку. – В самый раз поговорить. Кто вы такие, друзья, и почему оказались в башне Сарумана?
- Мы на разведку ходили, - охотно принялся за рассказ Тенька. – Нам Артанис, тьфу, Галадриэль, сказала, что у Сарумана можно узнать про природу вашего местного зла, вот мы сюда и переместились через ее водяное зеркало.
- А разве через водяное зеркало можно перемещаться? – удивился Гэндальф.
- Теперь – можно, - вздохнул Майтимо, поднимаясь с колен и оглядывая разгоревшийся костер. – В этом несчастном измерении тоже загнездился прогресс.
- Что плохого в прогрессе? – обиделся Тенька.
- А что хорошего? По-твоему, двухсотэтажный дом посреди Валинора – это нормально?
- Да ты бы его вообще не заметил, не засади тебя друг Феанаро за чертежи!
Судя по вытянувшемуся лицу Гэндальфа, он попытался представить себе упомянутый дом. Но затем взял себя в руки и вмешался:
- Тише, не нужно спорить. Значит, вы родом из иного измерения и пришли сюда, чтобы узнать о природе зла?
- Не совсем, - поправил Тенька. – Это только Майтимо родом, а я вообще из другого мира.
- Мне следовало догадаться, - улыбнулся Гэндальф.
- И природа зла тут не при чем, - продолжил вед. – Мы Моринготто ищем.
Примерно на середине красочного рассказа вернулся посланный за хворостом Леголас, какой-то непривычно тихий и даже не косящийся на Майтимо с опаской. За время, минувшее с их чудесного спасения, принц не вымолвил ни слова, что было на него совсем не похоже.
- …А из палантира злобный такой хрип, - живописал Тенька, - Мол, и владыка его притесняет, и кольцо никак не отыщется, и вообще жизнь ужасна.
- Еще шла речь о войске, которое вот-вот выступит на некие земли Рохана, - добавил Майтимо, которого больше волновали стратегические сведения, а не чьи-то там душевные терзания.
- Для Саурона настали не лучшие времена, - Гэндальф поднес к трубке конец возвращенного ему посоха, на котором загорелся маленький огонек, и умолк ненадолго, прикуривая. Майтимо, видевший такую диковину впервые, и Тенька, тоже не избалованный подобными зрелищами, глядели во все глаза. – Однако насчет кольца он был не совсем искренен: назгулы, Черные Всадники, уже взяли след, и лучше бы мне сейчас быть не здесь, как ни приятно мне ваше общество, а на другом конце Средиземья, чтобы встретить нынешнего владельца кольца и помочь ему добраться до Ривенделла.
- Кольцом кто-то владеет? – переспросил Майтимо. – Но это ведь невозможно.
- Разумеется, он не осознает полной силы попавшего к нему предмета. Долгая это была история, и некогда прятаться за прошлым, если в опасности будущее.
- Не хочешь рассказывать – не надо, - махнул рукой Тенька. – А вот Моринготто ты чуял?
- Да, от меня не укрылось изменение в природе тьмы, - старик выпустил изо рта крупное колечко дыма. – Но до встречи с вами я не мог понять, что это такое. Саурон, многократно ослабевший, лишенный своего кольца, был силен. Но тот, кто пришел в Средиземье нынче – в десятки раз сильнее. Как же ты собираешься его одолеть?
- Растворителем, - свободной от прутиков рукой Тенька достал из мешка заветную бутыль и красочно тряхнул. Со дна поднялись зеленоватые пузыри, окруженные розовой взвесью, которая темнела и пропадала, не достигнув горлышка. Зрелище было даже красивое, но Майтимо постоянно казалось, что сейчас грянет взрыв.
- Васильками пахнет, - отметил Гэндальф, принюхиваясь.
- Я туда техническую отдушку добавил, - Тенька привычно свинтил зубами пробку, и запах васильков стал сильнее. – Три года у меня в сарае простаивала, а до того – тридцать лет у тестя, он ее в молодости по дешевке взял на
