сих пор бережно прижимавшая к груди огромные ножницы. - Из-за грани радуги пришли к нам чужаки, они несут в ладонях марево цветущей черешни...
- К балрогам черешню! - возмутился Майтимо. - Веди! И Аллуа тоже с нами, если ей нечем заняться, кроме как реветь.
- Ты составь список растений, которые при тебе лучше не называть, и расклей по стенам, - безмятежно посоветовал Тенька.
Тринадцать минут спустя.
- Нет у нас никакой диспозиции, - печально вздохнул Мелькор.
Он почти не изменился с тех пор, как Майтимо видел его в последний раз. И по-прежнему (в отличие от Ортхэннэра) совершенно не походил на свою копию из другого измерения. Черные волосы, черные крылья, темные шелестящие одежды и сложенные на коленях руки с длинными тонкими пальцами.
- Как же вы собирались воевать? - опешил Майтимо.
- Никак, - второй вздох был еще печальнее. - Спасайте детей и уходите. Все уходите.
- Нет! - воскликнул Ортхэннэр. - Ты разжег мое пламя, мир мой в ладонях твоих, Тано, не гони меня, я буду ветром среди каменных скал, заполоненных побегами дикого шиповника, я разорву на части всякого, кто посмеет коснуться тебя...
- Нет, - вторила Элхэ. Но говорила тихонько и нежно, вся звеня от слез. - Золото мое и серебро с тобой, Тано-эме, я ковылем пойду по следам твоим, белой горлицей сяду на твое плечо, я уйду и вернусь, потому что так решила...
Оба ни словом не упоминали запретную полынь, но и без нее неплохо справлялись.
Финдарато и Аллуа опять начали всхлипывать.
Майтимо захотелось кого-нибудь стукнуть и напиться кофе.
Четыре часа спустя
Когда последний ребенок Эллери Ахэ растворился где-то за гранью разумного, Майтимо тоже сел в таз.
- Пошли отсюда, Тенька. Инголдо, садись рядом.
- А ты разве не останешься помочь? - удивился колдун.
- Они не хотят, чтобы им помогали, - бывший лорд Химринга не плакал, но был мрачен, как никогда. Видимо, врожденного противоядия все-таки не хватало. Или оно не зависело от цинизма: Теньке, вон, хоть бы что.
- А кто их спрашивает? Знаешь, если бы я слушался всего, что ты нес в нашу первую встречу, то должен был отрубить тебе руку, прирезать, удушить и бросить одновременно, перед этим сгинув, как морок.
Финдарато, не знавший таких подробностей, от удивления даже рыдать на минутку перестал.
Майтимо поднялся на ноги.
- И что ты предлагаешь? Они не умеют и не хотят воевать. Войска тут нет, даже орочьего - лишь их поселения, разбросанные по горам. Да и, как мне рассказывал Элронд, орки всегда были бессильны против воинства из Валинора.
- Я могу Ришеча позвать. И Налсу. Налса как раз сейчас бездельничает - мы тогда у него всех врагов победили. Он будет рад тебе помочь. И вообще, почему обязательно воевать? Тем более, они не умеют. Надо делать то, что любишь и умеешь, тогда все интересненько получится.
- Они делают, - пробурчал Майтимо. - Рыдают и говорят про полынь. И выходит ни балрога не интересненько.
- Я убежден, это не все их таланты! - с непробиваемым оптимизмом заявил Тенька. - Например, Элхэ умеет варить варенье, а Мелькор здорово играет в снежки.
- О, да, - саркастично фыркнул Майтимо. - Давайте забросаем врагов снежками.
- Как вариант, - кивнул Тенька, словно не замечая сарказма. - Я за Ришечем и Налсом, а ты пока разведай обстановку.
- Значит, мы все-таки остаемся? - уточнил Финдарато.
Майтимо кивнул. Окинул комнату ищущим взглядом, взял со столика большое вышитое полотенце и протянул кузену взамен насквозь промокшего платочка.
- Пойдешь со мной на разведку. Плачь, сколько хочешь, но переводи!
Прошатавшись по замку и окрестностям часов до трех пополудни, Майтимо сделал вывод, что прежде даже не представлял, сколько на свете бывает названий цветов, травок, деревьев, животных, птиц, рыб и явлений природы, которые звучат загадочно, возвышенно и печально, а означать могут подчас такое, что даже Финдарато иногда терялся.
Кроме Мелькора, Ортхэннэра и двух девушек, в цитадели тьмы и раскинувшемся у стен поселении обнаружилось еще несколько десятков эльфов и других созданий, которые тихо горевали в одиночку и группами, не хотели воевать или уходить, и поэтому намеревались трагически погибнуть. Правда, тоже без энтузиазма, что навевало дополнительную тоску.
Финдарато сменил три полотенца и десяток платочков (в чем-чем, а в этом у обитателей иного измерения недостатка не было) и написал черновик какой-то слезливой баллады.
Майтимо сперва чувствовал себя единственным нормальным существом в этом царстве слез и абсурда, но постепенно начал склоняться к чудовищной мысли, что нормальные тут все вокруг, а Ортхэннэр, кстати, не такой уж плакса, а весьма суров и оптимистичен. И мысль выйти из замка на заклание, когда валинорское войско наконец-то уже придет и положит всему конец, не так уж глупа, как казалось поначалу. Толку баррикадироваться за стенами, сдерживая осаду, а если все-таки возьмут штурмом, красиво и быстро отступить, обрушив за собой постройки и сохранив оставшихся воинов? Все равно полынь завяла, какая теперь разница...
Поймав себя на мыслях про ненавистную полынь, Майтимо понял, что следующим шагом станет одалживание у кузена платочков, без того уже мокрых. И надо срочно принимать меры.
Повинуясь скорее наитию, чем остаткам здравого смысла, Майтимо оставил Финдарато в комнате дожидаться Теньку и дописывать черновик второй баллады, еще более слезливой, а сам отправился на кухню, выбрал медный таз покрупнее и отловил в коридорах Элхэ.
Девушка сменила платье на длинную кольчугу и шлем, хотя воинственности ей это не прибавило. И по-прежнему таскала при себе Тенькины ножницы, словно они стали ее талисманом.
- Пошли варить варенье, - непререкаемо велел Майтимо.
Элхэ распахнула полные слез глаза.
- Но зачем? Некому будет лакомиться им на праздниках, не будут смеяться перемазанные сиропом дети, Тано не зачерпнет серебряной ложечкой синие ягоды жимолости... Да и жимолость сейчас не растет.
- Значит, мы сварим варенье из боярышника и героически подавимся им на глазах у врагов!..
...На полпути к саду им встретились Ортхэннэр и серьезный юноша по имени Нээрэ.
- Куда вы идете? - удивился фаэрни. - И зачем вам медный таз?
- Мы идем собирать боярышник и варить из него варенье, - с непроницаемым лицом пояснил Майтимо и отметил про себя: "А ведь я даже не пил..."
- Так нужно, - трагически прошелестела Элхэ. - Багряные ягоды почти созрели. Мы подавимся ими на глазах у врагов.
