и хозяйкой могли бы отнюдь не помешать постоянной возможности примирительного союза между малышом и дочкой еврея, равно как и эта возможность могла бы не помешать им?
Потому что путь к дочери ведет через мать, а путь к матери через дочь.
Можно увидеть здесь намек на смутную мысль Блума, что Стивен был бы для Молли лучшим любовником, чем Бойлан. «Спад одержимости» – по-видимому, охлаждение Молли к Бойлану, и следующий ответ, хотя его можно прочесть достаточно невинно, тоже таит в себе скрытое значение.
Предложение отклоняется, но Стивен, очевидно, дает согласие заниматься с женой Блума итальянским, хотя предложение делается и принимается в весьма невнятной форме. И вскоре Стивен собирается уходить.
Для какого создания служили врата выхождения вратами вхождения?
Для кошки.
Какое зрелище представилось им, когда они, впереди хозяин, а следом гость, явились в безмолвии, двоякотемные, из тьмы тропинки на задах дома в полумрак сада?
Звезд небодрево усеяно влажными ночной бирюзы плодами.
Оба на мгновение видят небо одинаково.
После того как они расстанутся, мы никогда не узнаем, где и как Стивен, странник, провел остаток ночи. Сейчас почти два часа, но он не пойдет в дом отца и не вернется в кирпичную башню, ключ от которой он отдал Маллигану. Блум склонен остаться на улице и ждать рассвета, но передумывает и возвращается в дом. Джойс дает описание обстановки залы, а позднее удивительный каталог книг Блума, ясно отражающий бессистемность его знаний и пытливый ум. Блум уточняет свой бюджет, пункт за пунктом следует роспись трат и поступлений за 16 июня 1904 года, и, наконец, на 2 фунтах 19 шиллингах и 3 пенсах подводится баланс. Каждая трата уже была упомянута автором на протяжении странствий Блума в этот день. После знаменитого описания содержимого двух ящиков, которое он изучает, перед нами – некий итог, подведенный заботам этого дня:
Какие поочередно следовавшие причины, осознанные, прежде чем подняться, накопившейся усталости мысленно перебрал Блум, прежде чем подняться?
Приготовление завтрака (жертва всесожжения); переполнение кишечника и продуманное испражнение (святая святых); баня (обряд Иоанна); погребение (обряд Самуила); реклама для Алессандро Ключчи (Урим и Туммим), легкий завтрак (обряд Мелхиседека); посещение музея и национальной библиотеки (святые места); поиски книги на Бедфорд-роу, Мерчентс-арк, Веллингтон-куэй (Симхат Тора); музыка в отеле «Ормонд» (Шира Ширим); конфликт со свирепым троглодитом в заведении Барни Кирнана (всесожжение); бесплодный период времени, включая поездку в кебе, посещение дома скорби, уход (пустыня); эротический эффект женского эксгибиционизма (обряд Онана); затянувшиеся роды миссис Майны Пьюрфой (возношение); посещение веселого дома миссис Беллы Коэн, Нижняя Тайрон-стрит, 82, с последующей стычкой и с толпой сброда на Бивер-стрит (Армагеддон); ночные странствия в ночлежку «Приют извозчика» у Баттского моста и затем из ночлежки (искупление).
Блум проходит из залы в спальню, дается славное описание предметов обстановки и разбросанной одежды Молли. В комнате горит свет; Молли дремлет. Блум ложится в постель.
Что встречали его конечности, будучи постепенно распрямляемы?
Новые чистые простыни, дополнительные запахи, присутствие человеческого тела, женского, ее, отпечаток человеческого тела, мужского, не своего, какие-то соринки, какие-то разогревшиеся паштетные крошки, которые он удалил.
Его появление в двуспальной кровати будит Молли: «Что последовало за этим безмолвным действием?
Сонное окликание, менее сонное опознание, прогрессирующее возбуждение, катехизическое опрашивание».
На подразумеваемый вопрос: «Что ты делал весь день?» – ответ Блума, по сравнению с пространными размышлениями Молли в следующей главе, занимает на удивление мало места. Он умышленно опускает три момента: 1 – тайную переписку между Мартой Клиффорд и Генри Флауэром; 2 – перепалку в кабачке Кирнана и 3 – свою эротическую реакцию на эксгибиционистский акт Герти. Он трижды лжет: 1 – о своем пребывании в театре «Гэйети»; 2 – об ужине в отеле Винна; и 3 – о «временном шоке [Стивена], вызванном неверным движением во время послетрапезных гимнастических упражнений», что якобы явилось причиной приглашения Стивена в их дом. Как мы узнаем позднее из внутреннего монолога Молли, Блум сообщил ей и о трех подлинных событиях: 1 – о похоронах; 2 – о встрече с миссис Брин (бывшей подругой Молли Джози Пауэлл) и 3 – о своем желании взять Стивена ей в учителя.
В конце главы Блум засыпает.
В каком положении?
Слушательница [Молли]: полулежа на боку, левом, левая рука под головой, правая нога вытянута по прямой и покоится на левой ноге, согнутой, в позе Матери-Геи, исполнившаяся и возлегшая, груженая семенем. Повествователь: лежа на боку, левом, правая и левая ноги согнуты, большой и указательный пальцы правой руки на переносье, в позе, которую запечатлел некогда снимок, сделанный Перси Эпджоном, усталое дитя-муж, мужедитя в утробе.
В утробе? Усталый?
Он отдыхает. Он странствовал.
И с ним?
Синбад-Мореход и Минбад-Скороход и Тинбад-Тихоход и Пинбад-Пешеход и Винбад-Вездеход и Линбад-Луноход и Финбад-Самоход и Ринбад-Ракоход и Кинбад-Коновод и Бинбад-Шутоход и Шинбад-Сумасброд и Зинбад-Обормот и Чинбад-Антипод и Динбад-Дремоход и Хинбад-Храпоход.
Когда?
На пути к темной постели было квадратное круглое Синбад-Мореход птицы рух гагары яйцо в ночи постели всех гагар птиц рух Темнобада-Солнцевосхода.
Куда?
Ответа нет. Но он был бы – «Никуда»: Блум спит.
Часть III, глава 3
Около двух часов ночи или чуть позже. Блум заснул в положении зародыша, но Молли бодрствует на протяжении сорока страниц. Стиль – непрерывный поток пылающего, лихорадочного, вульгарного сознания довольно истеричной ограниченной женщины, патологически чувственной, одаренной музыкально и наделенной сверхъестественной способностью обозревать свою жизнь в непрерывном внутреннем монологе. Особа, чьи мысли сыпятся с такой энергией и таким постоянством, – человек не вполне нормальный. Читатели, желающие упорядочить поток этой главы, должны взять отточенный карандаш и разделить предложения, как это показано в приведенной цитате, начинающей главу: «Да / потому что такого с ним никогда не было / требовать завтрак себе в постель скажи-ка пару яиц / с самой гостиницы Городской герб когда все притворялся что слег да умирающим голосом / строил из себя принца чтоб заинтриговать эту старую развалину миссис Риордан воображал будто с ней дело в шляпе а она нам и не подумала отказать ни гроша / все на одни молебны за свою душеньку / скряга какой свет не видал / жалась себе на денатурат потратить 4 пенса / все уши мне прожужжала о своих болячках / да еще эта вечная болтовня о политике и землетрясениях и конце света / нет уж дайте сначала нам чуть-чуть поразвлечься / упаси господи если б все женщины
