Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 81
будил их каждый день. Такой обнадеживающий способ встретить новый день!
Она почти чувствовала запах оладий, которые Джимми готовил по утрам, пышных, как воздух, по особому рецепту, с рикоттой, лимонной цедрой и теплым кленовым сиропом сверху. В животе у нее заурчало, и она поняла, что поблизости что-то пекут. Вытянув руки над головой, она вдохнула пьянящий аромат, не в силах вспомнить, когда в последний раз так хорошо спала или когда в последний раз было так тихо.
Тихо!
Она вскочила, когда осознала, где находится. В гостиничном номере. Одна. Майлза нет. Денег нет.
Она вскочила с кровати и побежала к двери.
– Доброе утро, – поприветствовала ее миссис Торелли, врываясь в яркий свет.
Грейс обенулась и увидела миссис Торелли, сидящую в пластиковом кресле у двери, баюкающую Майлза на руках. Он смотрел на нее, размахивая кулаками.
Грейс моргнула.
– Хорошо спала?
Грейс проглотила панику, когда ее взгляд скользнул по сумке с подгузниками у ног миссис Торелли. Сумка была аккуратно упакована, подгузники, бутылочки и молочная смесь разложены по внешним карманам, а деньги выпирали из основного отделения на молнии. Автокресло Майлза стояло рядом с сумкой. Оно выглядело свежевымытым, подкладка очищена от крошек и нескольких пятен.
– Где твои вещи? – спросила Грейс, заметив, что миссис Торелли переоделась в хлопчатобумажную юбку сливового цвета и майку цвета слоновой кости.
– В машине. Моя дочка загрузила.
Словно по сигналу, по другую сторону от миссис Торелли из двери вышла девочка-подросток. У нее были светлые волосы, но корни темные. Она посмотрела на Грейс темно-карими глазами точно такого же цвета, как у Фрэнка, затем повернулась к миссис Торелли.
– Теперь можно ехать? – поинтересовалась она, скрестив руки на груди в типичном подростковом жесте.
Девушка была невероятно крутой. На ней были черные леггинсы и футболка рок-группы, о которой Грейс никогда не слышала, а в ее левом ухе вилась потрясающая серьга в виде змеи.
– Мэтти, это Грейс, – представила миссис Торелли.
– Здрасьте, – поздоровалась Мэтти, не утруждая себя тем, чтобы взглянуть на Грейс, и Грейс почти улыбнулась, вспоминая, что и она была такой же в подростковом возрасте, полностью погруженная в свой собственный мир в попытках понять, как ей вписаться в окружающую действительноть.
Миссис Торелли вздохнула, подняла Майлза так, чтобы он оказался у нее на коленях, и ткнулась носом в его нос, видимо, не торопясь его отпускать.
– Ма-а-ам, – протянула Мэтти, закатив глаза.
– Мммм? – вопросительно промычала миссис Торелли, снова уткнувшись носом в Майлза, явно очарованная им.
– Что ж, думаю, нам пора, – пробормотала Грейс. – Спасибо… Ну, знаешь, за то, что присмотрела за ним. – Она сделала шаг вперед, чтобы взять Майлза, как раз в тот момент, когда дверь рядом с ними снова открылась, и вошел мальчик в форме «Доджерс».
Он встал между ней и миссис Торелли, посмотрел на Майлза, положил руки на щеки ребенка, затем сжал их, превращая губы Майлза в рыбий рот.
– Привет, Новичок, – воскликнул он, начав играть на щеках Майлза, как на аккордеоне, вдавливая их туда-сюда.
Грейс сделала шаг вперед, слегка обеспокоенная происходящим. Мальчику было около восьми, он был худощавый, как тряпичная кукла, и было в нем что-то особенное, некая медлительность, свидетельствующая о взгляде на мир через искривленную линзу.
Она протянула руки, чтобы взять Майлза, как раз в тот момент, когда он издал визг, напугавший ее. Она остановилась, выпрямилась, посмотрела на мальчика и перевела взгляд на Майлза, который в полном восторге махал своими пухлыми ручками и ножками.
В книге Грейс о развитии детей говорилось, что дети начинают смеяться в три месяца. Но хотя Майлзу исполнилось уже четыре месяца две недели назад, Грейс никогда не видела, чтобы он даже широко улыбнулся.
Мальчик убрал руки и посмотрел на миссис Торелли.
– Пора отправляться в путь, Блю, – объявил он, и миссис Торелли улыбнулась ему с такой любовью, что сердце Грейс затрепетало.
Грейс взяла Майлза, и миссис Торелли, поморщившись, поднялась на ноги.
– Нужно, чтобы врач взглянул на твою ногу, – заметила Грейс. Ее лодыжка сегодня утром выглядела хуже, она распухла и посинела.
– Да, самое время этим заниматься, – ответила миссис Торелли с саркастической ухмылкой. – Мэтти, помоги мне.
Мэтти подошла, и миссис Торелли обняла дочь за плечи. Девушка была едва ли пяти футов роста, и было очевидно, что у них ничего не выйдет. Они попытались сделать шаг, но Грейс пришлось метнуться вперед, ловя миссис Торелли за руку, когда она споткнулась и завизжала от боли. Из-за того что Грейс наклонилась, Майлз практически выпал из ее рук и издал душераздирающий вопль.
Грейс отпустила миссис Торелли и прижала сына к себе.
– Прости, – прошептала она, крепко обнимая его. – Мне так жаль.
Он продолжал кричать и ругаться на нее, его маленькие кулачки уперлись ей в плечи, когда он выгнул спину, чтобы вырваться. Она потянулась к его автокреслу на полу, но он дергался так сильно, что она забеспокоилась, не уронит ли его.
– Мэтти, помоги ей, – попросила миссис Торелли.
– Я в порядке, – возразила Грейс, пытаясь изменить позу Майлза для большей безопасности, пока продолжала тянуться к его автокреслу.
– Мэтти, немедленно! – Миссис Торелли практически кричала.
Мэтти подняла автокресло на пластиковый стул, и Грейс посадила в него Майлза, все еще продолжавшего визжать.
– Спасибо, – пробормотала она, ее сердце колотилось.
Она почувствовала, что миссис Торелли наблюдает за ней, и ее щеки залил румянец. Майлз дергался, его лицо побагровело от истерики, он брыкался и кричал, а его макушка болезненно прижималась к подголовнику.
– О, ради всего святого! – воскликнула миссис Торелли, подскочив на одной ноге туда, где сидела Грейс. – Давай его сюда!
Грейс заколебалась.
– Ну же! – рявкнула она.
Руки Грейс взметнулись над ремнями безопасности, одним движением она освободила от них Майлза. Миссис Торелли взяла его на руки и перебросила через плечо.
– Ш-ш-ш, – ворковала она. – Все хорошо. – Она раскачивалась взад-вперед на здоровой ноге, левая рука держала ее сына, а правая гладила его по спине. Он тут же затих, глотая воздух и хватаясь за волосы миссис Торелли, чтобы успокоиться.
Грейс прикусила нижнюю губу и потупилась, ее глаза наполнились слезами. Ей было плохо от этого, плохо до боли. Одно дело не уметь готовить, шить или вести светскую беседу, но быть плохой мамой – это самое худшее, что может быть. Это так несправедливо по отношению к Майлзу! Он заслуживает гораздо большего.
Майлз укусил свой кулак, другой рукой все еще крепко сжимая волосы миссис Торелли. Женщина сказала, выглядывая из-за его спины:
– Грейс, ты не очень хорошо выглядишь, может, присядешь?
Грейс и правда плохо себя чувствовала,
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 81
