О братьях наших меньших - Артем Викторович Голиков

Вон за ребенком погналась…

Господи, смотрю на нее: злющая, паршивая, кривая…

Но все же лучше, чем человек, да?

Все же лучше, чем человек…

Мы её из лепрозория…

Стихи про животных 2.0

…Мелькнула тень, и двух огней

Промчались искры… и потом

лохматым шерстяным мешком

Из бака выпал и прилег,

Икая, навзничь на песок.

То был помойки частый гость —

пушной енот. Сырую кость

Он грыз и весело визжал;

То взор кровавый устремлял,

Мотая ласково хвостом,

На полный месяц – и на нем

Шерсть отливала серебром

(разумеется, на еноте, а не на месяце)

Я ждал в тени ночной. И вдруг

врага почуял он, и хрюк,

похожий на засор в трубе,

разнесся. Лапою к себе

он начал подгребать песок,

Встал на дыбы, потом прилег,

И первый бешеный скачок

Мне страшной смертию грозил…

Но я его предупредил (на самом деле нет)

Мой план был точен, как паром (шведский),

по толстой жопе сапогом

я метил в сумраке ночном,

с вертушки дать ему пинка,

но подогнулася нога…

Пустой эфир мой хук рассек,

я застонал, как человек

(что логично),

и опрокинулся. А зверь

ярясь числом моих потерь

(репутационных),

на грудь мне прянул, вздыбил таз

и укусил меня за глаз.

(В одну секунду я понял, что мне не тягаться с енотом в скорости и напоре, и на дальней и средней дистанции у меня нет перспектив, поэтому, несмотря на острую боль в глазу, крепко ухватился за две вещи: за его полосатый хвост и за возможность перевести схватку в партер, где намеревался реализовать свои преимущества в физической силе и весе.)

И мы, сплетясь, как пара змей,

Обнявшись крепче двух друзей,

Упали разом, и во мгле

катались долго по земле.

(довольно сырой и грязной, но мне было уже не до этого).

И я был страшен в этот миг;

енотно полосат и дик,

Я пламенел, визжал, как он;

Как будто сам я был рожден

лохматым шерстяным мешком

в норе за мусорным бачком.

Но вот я стал изнемогать,

Метаться, медленней дышать,

Енот меня в последний раз

сдавил. Его холодный глаз

Блеснул победно – он привстал

меня прикончить, я глотал

бессильно воздух

(а сам-то, а сам! о, человеческое коварство!)

за спиной,

сжимая тяжкий и сырой

кривой собянинский кирпич,

он бросился. Я рухнул нич —

ком

(в то время как зубы его клацнули над самым моим ухом),

плиткою, что было сил,

ему мизинец отдавил.

(Я и сам не ожидал такой реакции – не издав ни звука, енот рухнул как подкошенный. Тяжело дыша, я поддел его ботинком – он не шевельнулся.)

Что ж. На войне как на войне…

Но вкус победы горек мне…

В расцвете сил, в зените дел…

Вдруг я осекся – он храпел.

(Я не поверил своим ушам. Енот был невредим, просто крепко спал. Позже я узнал, что так бывает, – в редких случаях защитной реакцией на сильный стресс становится мгновенный глубокий сон. Я поднял спящего енота на руки и бережно перенес обратно к помойке. Приоткрыл крышку и положил его на кучу каких-то рыбьих потрохов. Он повернулся на бок и подложил лапы под щеку. Я постоял немного, слушая его дыхание, потом осторожно закрыл крышку бачка.)

Теперь, когда мой враг в бачке,

куда отправлюсь налегке?

(Только сейчас я начинал понимать, какой страшной тяжестью легло бы на меня убийство, пусть енота, и пусть в относительно честном бою.)

Уйду в тот край, где и теперь

в союзе человек и зверь,

где смерти нет и боли нет,

где пулей не убит поэт,

где полон рог, где долог день,

где безмятежна ночи тень,

где яростней, чем два бобра,

слились Арагви и Кура.

Покормите птиц!

Не только людям тяжело дается зима. Голод и холод терзают братьев наших меньших. Помочь им перезимовать – долг каждого горожанина.

Однако важно понимать, что диким животным не подходит еда с нашего стола – гречка, макароны и сосиски из «Пятерочки».

Особенно ранит она нежных городских птиц.

Если действительно хотите помочь синичкам, сделайте так:

Хорошо пассируйте японский лайм.

Разберите черную икру – отбросьте слишком большие и слишком мелкие икринки, которые синичкам будет неудобно хватать своими маленькими клювиками.

Добавьте одну-две нежирные устрицы, не больше, – зимой городским птицам вредно переедать.

Вы получили простую и питательную закуску, которую синички будут охотно клевать под «Шабли» урожая 2008 года, а если на улице слишком холодно, то под «Арманьяк» или двадцатилетний бренди (более выдержанные напитки подавать бестактно, не забывайте, это все-таки пикник).

Как основное блюдо синичкам можно предложить бочок запеченной в прованских травах атлантической дорады (разумеется, свободно плавающей, а не с фермы) или хорошо отбитый рибай, только без крови, – синички не хищники, проявите уважение к их естественным предпочтениям.

Не стоит сразу наваливать в кормушку все перемены блюд, это может вызвать у птиц стресс. Дождитесь в кустах, пока синички спокойно закончат с очередным курсом, потом сервируйте перемену.

Кстати, о сервировке. Главный принцип – никакой ИКЕИ. Да, у себя дома вы можете есть хоть солдатской ложкой из консервной банки, но это не повод ранить эстетическое чувство беззащитных птиц.

Английский фарфор, в крайнем случае – богемское стекло.

Подумайте об украшении стола. Чаще меняйте декор, например сегодня – решите угощение в морской тематике, завтра – вдохновитесь уютом рустикальной Тосканы, послезавтра – богемным шиком Нью-Йорка и т. п. Синички не люди, если пища превращается в рутину, они грустят.

В окончание трапезы предложите синичкам ликеры и домашние настойки – разумеется, под