и тот уродский желтый пуховик: «Ну не в общем же шкафу его хранить! Он же может все уродство передать другим вещам!»
Младшая дочка хранит там только собаку Доминика, когда тот прям: «Бесит! Достал уже! Плохой пес!»
Доминик использует комнату только для релакса и медитаций. Он просто выше всего этого мирского!
Я использую эту комнату только для написания текстов. Вот лежу сейчас на кровати Лики и пишу этот рассказ. В ногах медитирует Доминик. На сушилке висят очень много мокрых полотенец. Прям много! Мы всему дому, что ли, полотенца стираем?! Не хватает камина и сверчков.
Лика, как так получилось?! Не знаю. Оно само. И да, я очень по тебе скучаю. Мы все по тебе скучаем!
Начало
– Алло, это кто?
– Мальчик, а ты кто?
– А ты кто?
– Молодой человек, правильно обращаться к старшим на «вы». Это знак уважения.
– А вы меня, получается, не уважаете?
– Хм… Извините, молодой человек. Вы номером ошиблись? Куда вы звоните?
– Я не могу вам сказать.
– Почему?
– Мама говорит, что с незнакомыми людьми нельзя разговаривать.
– Мама твоя права. Но, получается, наш разговор зашел в тупик?!
– Получается. А можно петь?
– Хм… Не знаю. Можно попробовать.
– Яяяяя звооонюю моооеей бааабушкеее, – пропел мальчик.
– Каааакой выыы уууумный, моооолооодоой челооовек, – пропела бабушка.
– Незнакомцам не обязательно петь в ответ.
– Хм… Точно! У меня предложение. Давайте познакомимся. И тогда мы сможем спокойно общаться.
– Вы тоже умная. Меня зовут Саша. А вас?
– А меня Таисия Васильевна. Приятно познакомиться, Саша. А где ты живешь?
– В городе.
– А название есть у города?
– Какое-то есть, но оно мне не интересно. Папа говорит, что не надо забивать голову лишней информацией.
– Интересный у тебя папа… А как маму твою зовут?
– Наташа.
– Красивое имя. У меня дочку так же зовут… Но я с ней не общаюсь.
– Почему?
– Поссорились.
– Надо мириться, значит! Вот у меня в садике есть друг Паша. Рыбка. Меченосец Паша. Мы с ним за день можем много раз поссориться. Но он мне близкий друг. Миримся.
– А кроме рыбок у тебя есть друзья?
– Почти нет. «Сложный характер, как у мамы…» – говорит папа.
– Папа у тебя… Мне тебя даже жалко стало, Саша. А где ты взял этот номер телефона?
– Мама дала. Говорит, позвони своей бабушке…
(пауза)
– Вы здесь?
– У мамы твоей как фамилия?
– Бессонова.
(пауза)
– Миленький мой, давай так… Звони по этому номеру в любое время и по любому поводу. Хорошо?
– Хорошо. А как вы узнаете, что это я?
(пауза)
– А ты всегда говори так… «Алло, бабушка, это Саша!»
Ремарка автора
«Стих»
В одном городе после нашего литературного вечера «Алло, бабушка, это Саша» к Вове подошла заплаканная девушка и протянула листок бумаги. Она сказала, что на эмоциях только что написала стихотворение и чтобы мы прочитали не сейчас, а в поезде. Мы прочитали. Теперь каждый наш вечер заканчиваем этим стихотворением.
Пусть будет и здесь:
Так хочется
Слегка
Вернуться
В детство.
Увидеть
Бабушку
И деда
Молодыми.
Но та страна
Теперь
Не по
Соседству.
И сами
Стали
Мы уже
Седыми!
Там было
Так
Легко
И человечно,
И мы
Влюблялись,
И навек
Дружили.
Но тех уж
Нет,
Ушло навеки
Детство.
Оставив
Только
Память
Нам отныне.
Сегодня
Посмеемся
И поплачем.
И вспомним
Наши годы
Молодые.
Мы будем снова
Девочка и мальчик,
И наплевать, что
Стали мы седые!
Письмо
Привет, бабушка, это Саша! Решил написать тебе письмо и отправить его обычной почтой. Прости меня, пожалуйста.
Как у вас там дела?! Как у деда?
Давно не писал письма. Какая там была структура…
У меня все хорошо. Недавно вспомнил случай, как у меня появился первый настоящий друг, а не меченосец Паша. Помню, ты все время говорила мне, чтобы я завел настоящих друзей. Итак, про Макса.
Жил в соседнем подъезде мальчик по имени Макс. Все во дворе считали его немного странным. Он существовал в какой-то своей параллельной реальности. Как-то решил, что заправлять брюки в носки – это очень удобно. Говорил: «Штаны не будут мараться. Носки только. Их стирать проще, чем брюки».
Было лето. Я вышел во двор погулять. Никого, кроме Макса, не было. Он предложил:
– Пойдем с гаражей прыгать?
– Это как?
– Это очень круто!
– Пойдем!
Процесс принятия решений тогда был гораздо быстрее, чем сейчас. Сразу хочу предвосхитить твою тревогу. Все нормально. Я не убился. Пишу же я тебе это письмо…
Так вот, залезли на один гараж. Красота. Открывалась шикарная панорама на крыши других гаражей. И давай мы с гаража на гараж прыгать! Как ниндзя-черепашки. Я был Донателло, а Макс почему-то попросил называть его Валерием Леонтьевым. Оказалось, он не смотрел мультики про черепашек, он смотрел много праздничных концертов.
Один раз Донателло немного не рассчитал длину своего прыжка и упал с гаража. Еще раз, не переживай, все было хорошо! Но! Я порвал свои черные штаны. В весьма неудачном месте. Шов разошелся между ног. Было видно все! (У деда спроси, как устроены мужские брюки.)
До дома идти через весь двор. Ведь все увидят! Тем более девчонки! У меня паника! Такой позор. Я расстроился, но виду не подал.
Макс спускается с гаража и говорит:
– Саша, это моя вина!
– Почему?
– Ну, я же тебя сюда притащил. Болит?
– Нет. Только вот штаны порвал. Ща домой идти…
– Возьми мои штаны! – Он стал вытаскивать штанины из носков.
– Нет! Я сам виноват! А ты?!
– Я штаны в носки заправляю. Все подумают, что я опять что-то придумал. Я же странный. А тебе нельзя.
– Ничего ты не странный. Пошли.
Мы шли, и со стороны у меня прям все было видно. Я пытался придерживать руками… Все равно получалось плохо. Мы подходили к нашему двору. Как назло, на улицу вывалили все. На всех лавочках сидели бабушки и женщины, разговаривали, щелкали семечки, девочки и пацаны играли в догоняшки. Мне стало нестерпимо стыдно от одной мысли, что меня увидят в рваных штанах.
Макс это заметил. Он встал сбоку
