Лара была обычной, то есть невыспавшейся. Она встала рано, чтобы проводить Катю в школу. Машина с водителем уже ждала внизу. Лара ненавидела ранние подъемы и чувствовала себя человеком только после двух кружек кофе. Первую пила, пока готовила дочери завтрак, вторую – завтракая с Сашей.
Если на Лару накатывали дни бессонницы, дочь в школу провожал Свиридов.
– Мам, пап, я пошла! – раздалось из коридора, и через пару секунд хлопнула дверь.
Свиридов выглянул из ванной, где брился. Лара стояла у стены, закрыв глаза. Казалось, она досматривает сон, который не успела досмотреть из-за будильника.
Александр не удержался и коснулся помазком кончика ее носа, оставив пышную мыльную пену. Лара улыбнулась и чихнула. Пена упала с носа на спину Рику, который проходил мимо. Кот от неожиданности шарахнулся в сторону.
Лара стерла остатки пены с носа и вздохнула:
– А я думала, что ты старше Кати. Кофе будем?
В это утро Свиридов был счастлив. Он почувствовал это очень отчетливо.
– Будем, – ответил утвердительно и вернулся в ванную заканчивать свои бритвенные дела.
И они пили кофе с сыром и тостами, а в окно смотрел любимый тополь Лары с едва начинающей желтеть листвой. Это было хорошее домашнее утро.
– Такие дни созданы для прогулок, – сказала Лара.
– Или для прогулов, – согласился Свиридов.
Двумя часами позже, сидя в своем кабинете, о счастье он уже не думал. Он думал о работе и той самой текучке.
Оказалось, что вчера вечером некоторые представители индийской делегации устроили дебош в ресторане и разбили несколько тарелок. Им, конечно, выставили счет за ущерб, и они его даже оплатили, но сам инцидент имел место быть. К тому же в ресторане присутствовали другие гости, и их вечер оказался испорчен. Вообще, эта торговая делегация была на редкость проблематичной, потому что два дня назад уже поднимался вопрос сломанной мебели в одном из номеров. А отель, между прочим, пятизвездочный, и мебель в нем дорогая. Так и хотелось выселить гостей из дружественной страны досрочно, но скандалы никому не нужны, а мероприятие, на которое они прибыли, находилось под патронажем столичной мэрии. В общем, надо потерпеть еще несколько дней и торжественно проводить эту группу в обратный путь.
Парень из Екатеринбурга, с которым Свиридов связался после того, как выслушал от управляющего новости касательно индийцев, сказал, что постарается узнать, кто бы смог помочь Свиридову с землей под гостиницу, но сразу оговорился, что желающие наверняка захотят войти в долю.
– Я готов к диалогу, – ответил Александр.
Было бы странно, если бы люди отстаивали его интересы просто так.
– Тут еще вот какое обстоятельство… – замялся парень. – Про ваши дела недавно любопытствовали… неместные.
– Вот как? И кто?
– Один очень влиятельный человек. Не сам, конечно, через посредников, но…
– Его имя?
– Алик Робертович Танос.
Свиридов о таком слышал. Более того, он даже знал, что этот человек вчера вечером поселился в его гостинице. Поговаривали, что Танос живет на два города (Петербург и Женева), а в Москву приезжает по делам. Но никогда Алик Робертович Танос не останавливался в «Максимуме».
– Что хотели эти люди?
– Я и сам толком не понял. Они интересовались тендером и вашим участием в нем.
Любопытно.
– Просто… – парень снова замялся, а потом выпалил: – Если говорить о партнерах, то Танос – лучший, хоть и не местный. Против него наши не попрут.
Против него не попрут, согласился Свиридов, а вслух сказал:
– Спасибо за информацию. Будут какие-то новости, звони.
Александр положил телефон на стол и задумчиво потер лоб. Итак, что мы имеем.
Первое, люди Таноса интересуются тендером в Екатеринбурге.
Второе, сам Танос поселился неожиданно в «Максимуме». Гостиница, конечно, хорошая, но все же далека от тех, в которых обычно останавливаются люди подобного масштаба. Совпадение?
Не похоже.
6
Кровь обагрила серый камзол. Онемевшие пальцы, закрывающие рану, окрасились красным.
– Будь ты проклят, – задыхаясь, прохрипел Петя. – Будь ты проклят…
И, в последний раз пытаясь поймать ртом воздух, затих.
– Стоп! Снято! – раздалось на съемочной площадке.
Леся, лежавшая рядом с такой же кровавой раной, поднялась и тряхнула головой.
Последние съемочные дни. Утром снимали сцену боя между неотразимым Матвеем Ковалевым и Петей. Между ними, согласно сценарию, кинулась Леся, и Матвей проткнул ее шпагой. Леся умирала на руках у Пети. Матвей, как истинный благородный человек, дал время попрощаться двум искателям приключений, а потом встал в позицию: разъяренный и убитый горем Петя требовал мщения. Но, как всегда в правильном кино, «плохой» должен был погибнуть. Хорошие ребята побеждают, плохие отправляются на тот свет.
На сегодня рабочий день Пети закончен, завтра он еще полежит на полу, поизображает мертвое тело и все – дальше только озвучка. Но она будет лишь после того, как режиссер и специалисты проведут много часов в монтажной, склеивая отдельные фрагменты в общее полотно. В общем, будет это нескоро.
– Классно получилось, – сказала Леся, когда они направлялись к своим вагончикам, где предстояло переодеться и снять грим. – Мне понравилось.
– Мне тоже, – признался Петя.
– Ты отличный партнер. Знаешь, я очень много снимаюсь, опыт огромный… но настоящих партнеров на самом деле раз-два и обчелся. С тобой мне повезло.
Петя смутился. Пожалуй, это был лучший комплимент, который он получил за всю свою пока небогатую актерскую жизнь. И очень ценный. Ничего умнее обычного «спасибо» он не придумал в ответ.
Леся стояла рядом. Невозможно красивая, в жизни даже лучше, чем в кино или на обложках, потому что естественная, и Петя в который раз задал себе вопрос: как же они умудрились подружиться? Вот так по-настоящему подружиться. Если бы Пете полгода назад об этом кто-нибудь сказал – он бы не поверил. Потому что такого не может быть.
– Но фехтую я лучше, – подмигнула Леся.
– Даже не буду спорить.
– Как твоя Алена?
– Сегодня домой должна вернуться, я вот сейчас переоденусь и сразу поеду за ней.
Когда у Пети из-за переживаний начала сыпаться роль, никто не мог понять, в чем дело. Режиссер нервничал, Матвей неприятно усмехался, мол, чего и ожидали, а Леся заглянула в вагончик в перерыве после очередного неудачного дубля и спросила:
– Что у тебя произошло?
Она сразу поняла своим женским чутьем, что что-то случилось. Петя ей все и вывалил, потому что держать в себе такие ошеломляющие новости больше не мог – голова была не на месте. Ни до кино, ни до роли. А Леся оказалась прекрасным слушателем, ни разу не перебила, а после рассказа произнесла:
– Счастливый ты, Петя. – Он растеряно на нее посмотрел, и она продолжила: – У нас вот пока
