хозяева поместья вернулись из отпуска. Сначала в поместье приехали Авдотья Андреевна и Анатолий Борисович. Затем прибыли Борис Иосифович, Иосиф Борисович и Илья Иосифович. Обследовав дом, «комиссия» решила, что виноваты рабочие, которые так неумело установили джакузи через потолок. Однако предъявить претензии рабочим не удалось. К тому времени они уже вернулись на родину.
*) Петр Авдеич, несмотря на длительное пребывание в России, еще путал фамилии ответственных российских чиновников.
Акт шестьдесят седьмой
«У космонавтов на МКС кончилась еда!», – с этим известием утром 18 января студенты-укурки прибежали на конспиративную дачу. Все дни после Нового года они околачивались в сарае, где что-то пилили, строгали и приколачивали. В сарае работало радио, откуда студенты и узнали о бедствии в космосе. «Прогресс» с едой для космонавтов полетит только через месяц, – сообщили студенты, выразив сомнение, что он вообще долетит.
– Ничего страшного, посидят на диете, – успокоил студентов Авдеич. – Они же выращивали в невесомости водоросли, грибы и микробы – совсем без еды не останутся.
– Зря мы корову не запустили, – откликнулся Христофор. – Был бы запас мяса, молока, яиц и сметаны.
– А яйца откуда? – обернулся Авдеич к ветеринару.
– Где коровы, там и куры, – стал объяснять ветеринар. – А от скотины навоз – картофель можно выращивать в помещении.
– Там невесомость! – напомнил председатель. – Куда твой картофель будет расти?
– В сторону, – стал объяснять Христофор. – Мы в Роскосмосе опыты проводили, покупали семенной материал из Перу, они там для Марса селекцию проводят в условиях высокогорья и холода. Сажали в подвале, где космические условия: трубы текут, света мало, воздуха нет – а картошка растет!
– Ботва там растет, а не картошка! – возразил Петр Авдеич.
– Ботва тоже съедобна, – парировал Христофор Венедиктович. – Все лучше, чем водоросли.
За завтраком студенты стали убеждать остальных оказать первую помощь космонавтам. Оказалось, что все эти дни они строили пусковую платформу. В качестве пилотируемого корабля студенты хотели использовать брошенную кем-то машину, засыпанную снегом невдалеке от дачного товарищества.
Возможно, незавершенность проекта «Силы Силоса» и неудачное приводнение Христофора Венедиктовича в болоте оставили горький след в душах друзей. Точно нам это не ведомо. Так или иначе, но они согласились оказать космонавтам посильную помощь продуктами питания.
Машину, замеченную студентами, расчистили и прикатили во двор дачи. Крыша автомобиля была слегка продавлена, переднее стекло треснуло, в остальном автомобиль выглядел вполне себе подходяще для полета на МКС. Сзади торчали две выхлопные трубы, спереди – бампер, наклейки на боках звали идти на Берлин, угрожали повторить и благодарили какого-то деда.
Студенты влезли в машину, замкнули провода зажигания. В ответ машина зачихала и выпустила облако черного дыма сразу из двух труб.
– Используем биотопливо в смеси с селитрой – повысим октановое число до предела, – предложили студенты.
– А что повезем космонавтам? – задумчиво спросил Женька.
– Мешок картошки, кочан капусты, – стал перечислять Петр Авдеич, загибая пальцы.
– Курьеров можно туда отправить, – глядя на таджикских рабочих, предложили студенты. – Будет специальная доставка и пилотируемый полет.
Все обернулись к таджикам. Те послушно кивали.
– Мешок навоза надо добавить, чтоб картофель на орбите выращивать, – вклинился в разговор Христофор.
Студенты палочкой на снегу рассчитали подъемную силу. Нескольких килоджоулей не хватало, чтобы поднять на орбиту машину с начинкой.
– Придется что-то выбрасывать, – с сожалением констатировали студенты.
– А если добавить селитры? – уточнил Женя.
– Бензобак разорвет! – предположил Петр Авдеич.
– Лучше добавить разгонный блок, – встряли студенты. – В сарае полно старых огнетушителей. Они неплохо летают, мы проверяли.
Согласившись на эту авантюру, друзья стали готовиться к запуску. Все оказалось сложнее, чем представлялось. В ближайших магазинах продавали такую картошку, при виде которой хотелось рыдать.
– Чума! Ой, чума! – в сердцах повторял Авдеич. – Если такую картошку показать Лукашенко, у него сердце не выдержит. Где они такую берут?
– Кто ее такую здесь покупает? – задавался вопросом Женя, презрительно ковыряя пальцем немощные корнеплоды. – Отбросы, а не картошка.
– Зато дешевая! – стал объяснять Христофор. – Посильная для населения. Если хорошо поковыряться, можно найти пару клубней, которые не погнили и не зеленые. А то что мелкая и битая, так это издержки хранения урожая.
Такие же проблемы возникли с капустой. Только на рынке, с машины, купили ведро подходящей картошки из Белгорода. Там же нашлась и капуста.
С навозом тоже возникли сложности. Тот, что использовали раньше для окраски таджиков и Михи Зеленого, перестоял, потеряв подъемные свойства. Пришлось искать топливо в интернете. Из всех предложений выбрали сушеный навоз «Добрая сила». Гранулированное удобрение продавали в большом хозяйственном магазине у МКАД.
Когда собрались за навозом, в дачный поселок заехала оранжевая машина-ассенизатор. На боку цистерны ассенизатора красовался разрезанный пополам апельсин с синей надписью Fanta. Под апельсином зеленые буквы призывали не дать себе засохнуть. С другого бока цистерны под надписью «Откачка септика круглосуточно» был указан номер телефона.
Студенты сразу смекнули, что лучше разгонного блока им не найти. Когда ассенизатор объехал участки и собрался уже покинуть территорию дачного товарищества, друзья замахали шоферу руками и распахнули ворота дачи.
Водитель понял сигнал и заехал на генеральский участок. Развернувшись задом к деревянному сортиру, водитель вытянул из-под цистерны гофрированный хобот и сунул его в выгребную яму. Зашумел насос, золотарь, прислонившись к машине, закурил сигарету. Чтобы его отвлечь, друзья предложили выпить за праздник. Водитель не отказался.
Пили за Крещение, за зиму, за мороз и снег. Хорошенько поддав, водитель-ассенизатор решил сходить к проруби, окунуться и смыть с себя нечистоты святой водой. Студенты вызвались проводить. Но Авдеич запретил моржевание.
– Еще утонет! – заявил председатель. – Кто говна будет возить?!
– Надо его придержать до запуска, а когда используем говновоз, как-то объяснить отсутствие на машине бочки с отходами, – стали рассуждать студенты.
– Ничего объяснять не придется, – Авдеич решительно махнул рукой. – Полетит в багажнике. На МКС вечно проблемы с отходами. Наши космонавты вынуждены летать в американский сегмент, чтобы погадить. Ассенизатор в космосе не помешает.
Тут Христофор, знакомый с ситуацией, напомнил друзьям, что американцы поставили у себя женский унитаз за 23 миллиона долларов и русским космонавтам ходить в него неудобно, а памперсов, как у американцев, у них нет.
– Почему нет? – оживились студенты.
– Не положены нашим космонавтам детские памперсы. Русские не сцут! – объяснил ветеринар позицию Роскосмоса.
Идею послать водителя говновоза на МКС одобрили большинством голосов. Воздержались только таджикские рабочие, которые плохо понимали русскую устную речь и не представляли перипетии космической одиссеи.
Цистерну ассенизатора сняли с машины и поставили на пусковую платформу. В нее всыпали пару мешков селитры и, зажимая носы, замешали термоядерную смесь. Топливо пучилось, пускало ядовитый пар и стремилось наружу.
