Вспомни меня - Стейси Стоукс

26

– Кто там? – гулом разносится по пустыне голос мэра. Я не осмеливаюсь поднять голову. Вместо этого я вжимаюсь животом в землю так, что ощущаю каждую песчинку на своей коже.

Я слышу, как хрустят ботинки мэра Вормана, медленно и уверенно, словно он преследует добычу.

– Не пытайся спрятаться, я видел тебя. Лучше выходи из своего укрытия. Иначе мне придется послать за тобой Арчи.

Арчи. Разве не так звали мастера, которого мэр прислал для установки сигнализации? И тем же именем Марко называл бородатого мужчину в кондитерской «Пэттис Пай».

Меня трясет так сильно, что я едва могу подтянуть под себя руки, но мне удается приподняться настолько, чтобы видеть происходящее.

Рабочие перестают копать и таскать ящики, их лица повернуты в нашу сторону. Среди них и мама Мануэлы, губы плотно сжаты, взгляд обеспокоенный. Мэр стоит в нескольких метрах от Мануэлы, которая теперь поднимается и выходит на самое видное место. Позади мэра охранник держит оружие наготове.

Мануэла поднимает руку в знак приветствия и улыбается мэру. Она выглядит так, будто они только что столкнулись в бакалее.

– Здравствуйте, мистер Ворман. Не хотела вас напугать. Я просто искала свою маму.

– Мануэла, что ты здесь делаешь? – Ее мама выглядит такой же удивленной, как и мэр. Она приподнимает свой груз, пытаясь удержать ящик в руках.

– Мануэла. – Мэр протягивает ее имя, как будто его все это забавляет. – Это закрытая рабочая зона. Ты же знаешь, что здесь лучше не находиться. Не говоря уже о том, что сейчас глубокая ночь. Молодой девушке небезопасно бродить по пустыне в темноте.

– Я знаю, и мне очень жаль. Просто моя мама оставила дома таблетки. Я не могла уснуть, потому что волновалась, что они ей понадобится, и решила быстренько заскочить и отдать ей их. Я старалась не мешать, но… ну, простите. Вы не против, если я быстро ей их отдам? Потом я пойду домой, а вы, ребята, можете вернуться к работе.

Мэр потирает бороду и дает знак охраннику, чтобы тот опустил оружие.

Мануэла делает шаг вперед, но он поднимает руку, чтобы она остановилась.

– Подожди, Мануэла. Как я уже сказал, это закрытая рабочая зона. Не хотелось бы, чтобы ты получила травму или что-то в этом роде. – Медленная улыбка расплывается по его лицу. – Роза, почему бы тебе не спуститься сюда и не забрать таблетки? Арчи, иди туда и помоги ей.

Охранник засовывает пистолет за пояс, но держит руку на нем, пока идет к маме Мануэлы. Он берет у нее из рук ящик и аккуратно ставит его на землю. Роза идет к своей дочери, на ее лице полная растерянность.

Когда она к ней подходит, Мануэла засовывает ей что-то в карман, затем крепко обнимает свою маму и что-то шепчет ей на ухо. Они стоят так, кажется, целую вечность, и когда они расстаются, Мануэла вытирает глаза.

Сквозь солнцезащитные очки нельзя увидеть глаза, но лицо мэра все это время приковано к ним, как будто он анализирует каждое их движение.

– Увидимся утром, – говорит Мануэла, ее голос слишком бодрый. – И, пожалуйста, не забывай больше свои лекарства. Я очень, очень волновалась.

– Хорошо.

Мэр хлопает в ладоши, испугав маму Мануэлы.

– Давайте, все за работу. Мануэла, почему бы мне не отвезти тебя домой? Уже слишком поздно, чтобы находиться здесь одной. Лучше перестраховаться, ты согласна?

– Это так мило с вашей стороны, спасибо.

– Вы все продолжайте. Арчи здесь за главного, пока я не вернусь.

Он снова хлопает в ладоши. Затем я в ужасе смотрю, как Мануэла и мэр бок о бок идут к парковке.

Мануэла один раз оглядывается назад, туда, где я прячусь. В свете луны ее лицо сияет призрачно-белым, и я вижу, как ее губы складываются в одно единственное слово.

Иди.

27

Проходят минуты. Сколько именно, я даже не знаю.

От страха я вжимаюсь в землю, животом в песок. Я слишком боюсь, что любое движение привлечет внимание или что мэр обнаружит второй велосипед, спрятанный в тени на стоянке, и придет искать меня.

Я начинаю медленно отползать назад, не высовываясь, и лишь решаюсь бросать короткие взгляды на место работ. Люди продолжают копать, и звуки металла о землю наполняет ночь.

Каждый удар или движение заставляют мое сердце биться с удвоенной скоростью.

Когда я оказываюсь достаточно далеко, я начинаю разворачиваться, готовая ускориться и поскорее убраться отсюда, но рука натыкается на что-то твердое и скользкое, торчащее из земли. Что-то, что явно не произрастает в пустыне. Что-то явно созданное человеком.

Из-за темноты ничего не видно, поэтому пальцами пытаюсь нащупать предмет. Я чувствую круглые металлические грани – крышка, затем прощупываю боковую поверхность и чувствую, как металл сменяется чем-то прохладным и гладким. Я провожу руками по краям, пытаясь освободить