напротив Сони. С той же ровной спиной и вскинутой головой. В ней ощущалось легкое презрение, но это было объяснимо. Еще бы она не презирала ее, любовницу своего жениха.
Они хорошо смотрелись вместе, мельком подумала Соня. Гораздо лучше, чем она и Киран.
– Так вот с кем мне изменял мой будущий муж, – спокойно произнесла она, внимательно разглядывая Соню. – Честно говоря, это можно воспринимать как оскорбление.
Киран скривился, будто почувствовал мерзкий запах.
– Не смей открывать рот, – процедил он, проигнорировав возмущение, от которого Таньярат буквально вспыхнула.
Соня не могла заставить себя посмотреть на нее. По большому счету ей было плевать на девушку, на все, что она могла сказать, на то, что она по отношению к ней чувствовала.
Важно было лишь то, что связывало ее с Кираном.
Киран взглядом умолял ее не задавать вопрос, хотя наверняка понимал, что он должен прозвучать.
– Это правда? – одними губами спросила Соня, но каким-то чудом ее поняли все сидящие за столом, однако все молчали, ожидая, пока ответит Киран.
Он не мог соврать. Только не в таких обстоятельствах.
И он сказал правду:
– Да.
Соня почувствовала, как комок слез набухает в горле. Нет, она не может расклеиться прямо здесь. Только не на глазах этих людей. Только не сейчас.
– Конечно правда, – в голосе Таньярат послышалась горечь, и Соня невольно посмотрела на нее. Красивые темные глаза были подернуты тоской. – Ты влезла в эти отношения. И едва не разрушила их.
– Замолчи, – снова рявкнул Киран.
– Ты знаешь, что я тебя люблю! – вспыхнула девушка, поворачиваясь к нему. – И решил уйти от меня ради нее? Должно быть, ты не в своем уме!
– Таня, – угрожающе прорычал Киран, – замолчи.
Девушка взглянула на Соню, но тоски в глазах уже не было, только яркая ненависть.
– Нравится быть любовницей? – выплюнула она, и Соня отшатнулась от вложенного в эти слова яда. – Никем больше тебе не стать. Что бы ты себе ни напридумывала, что бы он ни сказал, ты останешься просто интрижкой, а его женой стану я.
Соня вдруг все поняла, и от осознания по позвоночнику прошел холодок.
Все, что говорила госпожа Суван до этого, было просто словами. Они отвлекали, оттягивали время до прибытия Таньярат. Госпожа не собиралась позволять им сбегать, ей не нужно было принимать Кирана обратно, потому что она никогда бы его не отпустила.
И Соня почувствовала себя полной дурой из-за своего благородного порыва дать Кирану выбор, протянуть руку, если он решит отвернуться от семьи и уйти с ней. Она была просто развлечением для этих богатых людей, тем, что разнообразило их будни; заинтересовавшим настолько, что госпожа отвлеклась от своих важных дел и прилетела в Трат. Тем, что позволило им вновь насладиться властью и своими безграничными возможностями.
Но даже все это не заставило бы Соню отвернуться от Кирана, если бы он попросил не отворачиваться.
Она смотрела на девушку невидящим взглядом. Может быть, та была неплохой актрисой, а может, ей было по-настоящему больно. Но Соня не хотела быть той, кто уводит чужого жениха; любовницей, причиняющей боль девушке, которая ни в чем не виновата. Она не хотела строить свое счастье на руинах чужого разбитого сердца.
Скорее всего, госпожа Суван пригласила Таньярат, чтобы показать, что Киран занят. Что Соне нечего тут ловить, ей стоит убраться. Рассчитывала надругаться над ожиданиями, показать, что Соня всегда будет на втором плане.
Но у Сони никогда не было ожиданий относительно Кирана. Она просто любила его и именно поэтому прекрасно понимала чувства сидящей напротив нее девушки. Именно поэтому не могла оставаться здесь. Соня не была на втором плане. Возможно, для Кирана она навсегда останется на первом, только это уже не имело значения. Она пришла позже.
Соня знала, как много боли может принести любовь к Кирану. Она ведь такая… огромная. Занимает все сердце. Конечно, будет больно, если такая любовь разобьется. Просто невыносимо.
Госпожа Суван рассчитывала, что Соня честолюбива и расчетлива и это сыграет с ней злую шутку. Но Соня была мягкой и чувствительной, и вот это сыграло с ней по-настоящему злую шутку.
Какая разница, каким способом? Прибытие Таньярат привело госпожу Суван к цели.
Киран вдруг поднялся, привлекая внимание всех сидящих за столом. Соня вскинула на него уязвимый взгляд, а он смотрел прямо на нее, красивые раскосые глаза были непроницаемы.
– Сядь, – невозмутимо приказала госпожа Суван.
На губах ее играла легкая улыбка. Она явно наслаждалась происходящим.
Однако Киран будто не услышал. Выйдя из-за стола, он схватил Соню за руку и рывком поднял ее.
– Киран, сядь, – уже без улыбки повторила женщина, но он словно стал глух и слеп ко всему, что не касалось Сони.
Соня чувствовала себя тряпичной куклой, когда он потянул ее к выходу. Они стремительно пересекали зал – Киран практически тащил ее, сама Соня, напрочь лишенная сил, едва переставляла ноги. Она не должна была идти с Кираном. Она должна была остановить его, вытащить ладонь из его пальцев. Вернуться к госпоже Суван и сказать, что хочет немедленно покинуть Трат. Покинуть Таиланд. Оставить все позади.
Но она продолжала следовать за ним, потому что Кирана, казалось, ничто не сможет остановить. Даже она сама.
Они вышли на улицу. Соня глотнула влажного жаркого воздуха, уголки глаз защипало. Она споткнулась на ступенях, но Киран удержал ее, и это подействовало отрезвляюще. Она затормозила у парковки, где было так пустынно, словно целый мир решил оставить их наедине. Киран обернулся, и Соня потянула руку на себя, однако он перехватил ее крепче.
– Соня… – В одном этом слове было столько отчаянной мольбы, что у нее разрывалось сердце.
– Ты не упоминал, что у тебя есть невеста, – заметила она, и голос ее прозвучал безжизненно.
– Это договоренность между семьями, – резко ответил Киран. – Брак по расчету.
Подняв на него более осмысленный взгляд, Соня сжала ладонь в кулак.
– Она твоя невеста, Киран?
Киран нахмурился.
– Просто потому, что так решили родители! – воскликнул он с бессильной злобой.
Соня потянулась к его руке, коснулась пальцев. Мягко, почти неощутимо. От неожиданно ласкового прикосновения он расслабил хватку и выпустил ее запястье из плена. Соня отошла от него на шаг, и он непроизвольно потянулся за ней.
– Соня, – на лице его отразилось смятение, – ты же не собираешься уйти… из-за нее? Я не люблю ее, слышишь? Никогда не испытывал к ней никаких чувств.
– А она к тебе? – От этого вопроса Киран заметно растерялся, а когда до него дошло, что она имеет в виду, зло рассмеялся.
– Да она
