ладонь человека, закрытое тонкой пленкой. Эта пленка ритмично открывалась и закрывалась. Две головы смутно походили на буйволиные, а больше — на какие-то защитные шлемы-маски. На макушке каждой из них белели отростки. "Скорее всего, это искусственные аппараты", — решил Патрис.
Не пошевелив крылом, закрывавшим люк, двухголовый резко взмахнул другим крылом. Патрис мгновенно отскочил назад.
— Что ты хочешь?! — крикнул он сердито. — Давай объяснимся!
Как и прежде, двухголовый ничего не ответил.
"Как быть? — лихорадочно соображал Патрис. — На борту самолета стоят в готовности дежурный робот и киборлингвист. Мне надо лишь назвать шифр вызова. Но если я дам сигнал о помощи, робот без колебания применит лазерный луч…"
— Ну хорошо, ты не хочешь ответить мне, но должен понять, что я ничем не угрожаю тебе. Я не намерен причинить зло тебе или твоим соплеменникам. Почему ты не даешь мне войти в самолет? Чего, собственно, хочешь ты от меня?
Двухголовый молча слушал, не меняя позы.
Патрис на минуту выключил прожектор, думая, что свет раздражает существо.
Двухголовый наклонился и прыжком бросился на Патриса. Вцепился когтями в скафандр и сжал африканца крыльями… Стальные, казалось, когти все сильнее впивались в плечо. Пара голов нелепо раскачивалась прямо перед лицом Патриса, треугольные "уши"-отростки двигались вверх-вниз.
Левое крыло существа чуть приподнялось. Патрис немедленно высвободил руку и нанес инопланетянину мощный удар.
Двухголовый упал навзничь.
Патрис мгновенно оседлал противника, но тот снова вцепился когтями в скафандр, широко распростер крылья. Миг — и ошеломленный Патрис почувствовал себя летящим в воздухе. "Ну все, кажется, конец!.. Сейчас бросит на камни", — вихрем пронеслась мысль.
Он рывком дотянулся до какой-то "жилы" на крыле. Другой рукой сорвал вырост на одной из голов. Существо странно вздохнуло, зашипело, и стало медленно опускаться на землю. Метрах в двух от поверхности расслабилось и упало.
Патрис мгновенно оказался на ногах. Включил прожектор, несколько секунд смотрел на двухголового, который конвульсивно дергал неповрежденной головой. Затем бросился к самолету.
Добежать не удалось: метрах в пятнадцати от самолета он ощутил, как ожгло спину. Тотчас вышла из строя система подачи кислорода, герметизация скафандра нарушилась. Задержав дыхание, африканец прыжком влетел в кабину. Люк автоматически закрылся, а Патрис ворвался в камеру безопасности. Лихорадочно стащил скафандр и, задыхаясь, жадно стал глотать кислородно-аргоновую смесь. Наконец пришел в себя, принял таблетку биостимуляции, надел запасной скафандр и приказал роботу:
— В ста метрах отсюда лежит существо, которое сражалось со мной. Иди к нему, Если станет проявлять враждебные действия, поступай согласно программе.
Когда робот покинул машину, Патрис осмотрел поврежденный скафандр. На спине чернела дыра с оплавленными краями. След "ранения" был похож на тот, который оставляет газовый резак на металле. "Выходит, они используют тепловые пистолеты очень большой энергии?" — Хорошо, что выдержал второй защитный слой, лишь небольшую трещину дал".
Двухголовый стоял перед роботом, выставив вперед здоровую голову. Вторая была опущена, словно шляпка подсолнуха, ночью.
— Он что-нибудь сказал тебе? — спросил Патрис у робота.
— Бормочет, но я не понимаю, — ответил робот.
— Надо было транслировать его на самолетную ЭВМ.
— Я это сделал. Прочтите перевод на пульте.
— Прочти сам… отсюда.
— "Мы подчиняемся", — бесстрастно проговорил робот.
Существо распласталось на земле и концом крыла прикрыло отросток на безжизненной голове.
Из-за близлежащего холма вынырнула большая группа двухголовых. Приземлившись в десятке шагов от Патриса, они хором что-то забормотали.
"Подчиняемся", — прочел Патрис на своем экранчике, дистанционно связанном с пультом ЭВМ.
— Давно бы так! — с облегчением сказал Патрис.
Плохо, что возможности разговора с двухголовым были ограничены: они не понимали Патриса.
Немного поразмыслив, он приказал роботу:
— Видишь вон то почерневшее строение?.. По-моему, это и есть светодающий локатор. Иди к нему и посмотри, можно ли привести его в порядок. Если наладим, тогда двухголовые поймут наши намерения. А я пока облечу спутник на само…
Патрис вдруг застыл на полуслове. По его телу прошла какая-то болезненная тяжесть. "Что это? — подумал он беспокойно. — Может, я устал?" Торопливо извлек таблетку, проглотил ее.
Но тяжесть не отпускала.
5
— Погляди на экран дальнего обзора, — сказал Ганс. — Видишь? Из зоны света локатора к спутнику, где должен быть Патрис, движутся два лайнера инопланетян.
— Вижу! — отозвался Слейтон.
Он долго молчал, наблюдая за кораблями чужаков. Шевелил губами, словно что-то прикидывал в уме, словно задачу какую-то решал. И наконец решил.
— Я не могу сидеть, сложа руки, Ганс. На резервном самолете полечу туда, к спутнику. Сколько можно ждать вслепую? Может, ребятам срочная помощь нужна, а мы ручки на коленях сложили и сидим пай-мальчиками, дожидаемся, когда срок истечет. Хватит! Остаешься за меня.
— Погоди ты, не пори горячку! — остановил его Ганс. — Мы не имеем никаких сведений о Байраме и Патрисе. А если еще исчезнешь и ты — что тогда? По инструкции, пилот ни при каких условиях не имеет права покидать корабль. Тебе сия заповедь, надеюсь, известна? Это, во-первых. А, во-вторых, если им и потребуется помощь, то предпочтительнее, чтобы рядом оказался врач — у него диапазон возможностей шире.
— Нет! — категорически отрубил Слейтон.
— Погоди, торопыга! Что — "нет"? Я ведь еще ничего не предложил. Нам надо не поодиночке, а кораблем приблизиться к спутнику. Или даже к Туманной. Может быть, так следовало поступить с самого начала — сесть на планету. А ты напугал своим скепсисом Байрама — он и спорол горячку.
Когда корабль замер на таком расстоянии, что до поверхности спутника, казалось, рукой дотянуться можно, Ганс радостно закричал:
— Смотри, смотри, Слейтон. Передаю видеозапись на твой экран.
— Да, да, — отозвался пилот, — теперь хорошо вижу! Вон стоит самолет Патриса.
Ганс с радостью думал о том, что хоть одна забота свалилась с шеи. Самолет космогеолога цел, значит, и сам Патрис жив и невредим.
— Что-то я не заметил на спутнике ни одного аборигена, — сказал Слейтон, внимательно шаря взглядом по экрану, на котором отчетливо виднелись достаточно мелкие детали поверхности. — Может, гы видишь?
— Тоже не заметил. Придвинь корабль немного ближе к спутнику и включи большой прожектор.
— А какова сила притяжения спутника?! Мы ведь не удосужились в спешке определить, — сказал Слейтон. — Как бы не врезаться.
— Не мне тебя учить. Пилот высшего класса — и такой детский лепет! У тебя же в резерве орбитальная кривая! Тем более, что спутник, конечно же, не относится к типу нейтронных или даже железных объектов.
— Откуда тебе это известно?
— Истребитель Патриса сел нормально. Иначе из него получилась бы двухмерная лепешка.
Они приблизились, чтобы успеть увидеть, как недалеко от самолета Патриса приземлились оба лайнера инопланетян. Собственно лайнеры — это слишком громко. Так, патрульные катера.
