Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 112
Атмосфера располагает…
Они смотрят на меня с такой злостью, будто на мою роль уже давно есть дублерша, а я вот, настоящая, и приехала, и права качаю.
«Ну и что тебе нужно?! Без тебя было лучше…»
Они не говорят со мной о том, о чем я хочу говорить.
Мол, ладно, если уж приехала, живи здесь и дальше…
Я сказала, что хочу вернуться назад. Никакой реакции…
Мама просто живет своей жизнью, и эта жизнь — насквозь светская.
Она окончательно прибрала Сережу к рукам. Теперь у нее есть сын.
Мама, ты умница!
Сережа всегда восхищался тобою.
Выросший без родителей, он мечтал о матери.
Хладнокровной, стальной, чтобы радовалась его победам.
Вы нашли друг друга…
Ты стала матерью моему мужу, но не собственной дочери.
Фу, какой отвратительный пафос! Вслух я такого не произнесу никогда. Прошло время подростковых истерик…
Я все же надеялась получить поддержку со стороны бабушки. А ее больше нет.
С минувшей весной она не захотела расстаться. Пусть они будут вместе, навсегда… Бесслезно прощаюсь…
Ни разу не позволила себе заплакать здесь. Боюсь показаться слабой? Боюсь проиграть свою битву? Мне нужна эта победа.
Понимаю, что мои жертвы никому не нужны. Но я все равно приношу их — не могу иначе.
Baby, не забывай, Москву никакими жертвами не удивишь.
Слишком много судеб, желаний, стремлений уже здесь погибло.
Чаще во имя идеи, не человека…
Здесь не идут к одной конкретной победе. Удерживаться в седле нужно every day. Перехватила сапфиро-бриллиантовое нечто из новой коллекции Bvlgari, отлично!
Сдружилась с Аней Анисимовой, получила расположение ее кокера Honey, ты умница!
Попала в High Life русского Vogue, это супер!
Маленькими шагами к большой победе.
В Москоу-сити собрались редкие люди.
Более редкие и капризные, чем первая группа, отрицательный резус.
Здесь душевное состояние упрямо зависит от со$тояния.
И я тоже из этого мира иду, и я не стесняюсь. Я не исповедуюсь перед собой. Просто прощаюсь.
С той девочкой, которая когда-то была частью меня.
Милая, пора возвращаться в настоящее. Из ненастоящего.
Ты никогда бы не стала славянской подругой агента 007…
Ты никогда бы не стала исповедовать work hard, play hard…
Душу в обмен на туфли Jimmy Choo — не получат, утрутся!
Больше не закрывайте передо мной шторы… Света я не боюсь.
…мы уже взобрались на вершину своего треугольника и стоим там в беспокойном ожидании — ожидании дня, когда придется спускаться вниз. Всякий раз, глядя в окно, я боялась, что этот день и есть тот самый, и спрашивала себя, как придется спускаться: по ступенькам, по скользкой ледяной дорожке, цепляясь за выступы, или легко, не оглядываясь назад? А оказалось — кубарем.
Елена Болотова
…Да, я в тоске и сплю на подушке без наволочки. Злюсь на то, как медленно, по глотку, сочится истина.
А может, просто написать эсэмэс: «Светусвет! Забери меня завтра в семь. Насовсем»…
Мою смелость искать нужно где-то в хосписе.
Жутко зла на себя, безнадежную.
Надавать бы пощечин хотя бы той, что в зеркале: «Здравствуй, девушка-дура, как же ты умудрилась все проебать?»
Но и этого не могу.
Боюсь провисающей тишины в ответ…
Я разбита на полюса, как компас в моем кармане.
«Что же, baby, наложила в штаны? Поздно прятаться в ауле. Пей до дна за свое возвращение сюда…»
Fuck the world — вот мой статус. Моя программа. Временная…
Только небо осыпается, как известка…
Мне бы брусничной водки, требования «соберись, тряпка!», порции суши из Michael's, поглощающих поцелуев, мне бы голосом Нины Симон вздыхать…
Мне бы хорошего начала отличного конца.
Просматриваю семейный фотоальбом, беру ножницы, вырезаю себя из того времени.
Дура я!
Привязалась к изображениям прошлого, когда суть лежит на поверхности.
Достаточно стать частью реального пространства, не отводить взгляда от неба (не смотреть вниз!), вывернуть лампочки в кладовке страха, закрыть дверь на ключ, проглотить его и вернуться к тебе.
Все так просто. Пишется. На практике — сплошь квадратные корни…
Сегодня я достойна не только критики. Есть чем гордиться.
Вынесла на помойку ту самую одежду из шкафов, сделала влажную уборку, спустила в унитаз мутную воду. Пальто, шубы, куртки вмиг растащили. Молодец, Мирумир! Еще немножко, и ты останешься голой.
Ничего страшного. Это плата за новый мир, он стоит еще дороже.
Воротишься в Стамбул и, как говорят, начнешь все с начала. Прямо сказка…
Я не привязана. Ни к чему. Кроме тебя…
«Забери меня в семь. Насовсем».
Я совсем здесь чужая.
Понимаю теперь абсолютно.
Меня спрашивают: «Где ты была?» Я отвечаю: «В Стамбуле». Разве они рискнут спросить: зачем, для чего, с кем?
Бесит эта политкорректность, которая просто в моде, как стекляшки Стивена Вебстера.
Я не ищу ничего особенно.
Я не собираюсь никому ничего доказывать.
Я за правду в лицо. Пусть даже самую пронзительную…
Конечно, для этого не обязательно покидать родину.
Но меня ждут…
Там. Они…
Любовь меняет дело.
Отвоевываю свой выбор, точнее, право выбора. Сейчас, как никогда, меня не волнуют мысли окружающих.
Делаю шаг. Уверенный. Вперед… В детстве бабушка часто ругала меня за наивность.
Говорила, что человек должен быть немного эгоистичным, капельку циничным, в меру доверчивым.
Тогда в моем характере, кроме доверчивости, ничего и не было.
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 112
