Свидетели – из тех, с кем мне удалось поговорить, то есть дочь месье Антрессангля, ее муж и господин Карюше – в один голос заявили, что никаких цветов, кроме тех, что принесли они сами, не было. Они считают выдумкой и романтическую историю о престарелом господине на «роллс-ройсе», приводимую почти во всех известных мне биографиях Каролины Отеро, в том числе и в книге Артура Льюиса. «Уверяю вас, в процессии не было «роллс-ройса», – заверила меня дочь Антрессангля, – это не более чем легенда, будто бы по окончании церемонии из автомобиля вышел старый господин и, когда могильщики стали засыпать гроб землей, сорвал с груди орден, поцеловал его, затем бросил в могилу. Неправда и то, что на дверце этого «роллс-ройса» была нарисована королевская корона. В могилу Каролины были брошены лишь веточки мимозы, они упали на гроб (кстати, очень красивый). И катафалк был достойный, и могила, и ее расположение – в солнечном месте, с хорошим видом на долину. Говорят, что мадам позаботилась обо всем за пятнадцать лет до смерти, заплатив 250 000 франков за свою последнюю постановку. У нее всегда был великолепный вкус».
Человек, побывавший на Восточном кладбище в Ницце, сможет в этом убедиться. Надгробная плита Каролины Отеро также очень элегантна: она высечена из розовато-желтого камня, который венчает (еще одна причуда Беллы?) большой христианский крест из того же материала. Кроме того, чья-то сочувственная рука (вероятно, недавно) украсила надгробье букетиками фарфоровых цветов. На могиле Беллы нет ни фотографии, ни дат рождения и смерти, ни памятной надписи – только имя: «К. Отеро».
Когда я смотрела на это надгробие, мне показалось странным, что женщина, так тщательно приготовившаяся к смерти – накрасилась для могильщиков, заказала могильную плиту на пятнадцать лет раньше, выбрала место с видом на долину и оплатила достойные похороны, – не подумала о достойной эпитафии. Какие слова она могла бы выбрать? «В моей жизни было только две страсти – выигрывать и терять»? Это было первое, что пришло мне в голову, но я тотчас отказалась от этого варианта. Каролина Отеро могла предпочесть что угодно, только не очевидность в своей эпитафии. Или: «Разбогатеть можно лежа в постели… но не в одиночестве»? Эту фразу я отвергла так же быстро, как и первую. Она едва ли была бы уместна на надгробной плите женщины, имевшей некогда бесчисленное множество любовников, но более половины жизни остававшейся в одиночестве. «Я была рабыней своих страстей, но мужчины – никогда…»; «Я все поставила на карту и все проиграла…»; «Я знала и богатство и бедность, но не отказалась бы повторить все сначала, даже грустный конец…».
Возможно, последняя фраза – лучшая эпитафия для женщины, с достоинством перенесшей жизненный крах. Однако есть еще одна фраза, касающаяся жизненного принципа Отеро, тесно связанного с игрой, а именно – вымысла как основы жизни. Поэтому в тот день, прежде чем покинуть Восточное кладбище, я решила написать ей эпитафию на линованном листе тетради, которая всегда была со мной в течение этих двух лет, пока длились мои исследования. Это фраза была сказана Беллой в оправдание мифов, украшавших ее биографию.
«Нет мечты, которая бы устояла против безжалостного солнечного света или холодного клинка Действительности», – написала я крупными буквами и, вырвав страницу, спрятала ее за букетом из фарфоровых роз на могильной плите.
Наверное, ветер Лазурного берега уже унес этот листок далеко-далеко.
За исключением жительниц рю Де Англетер мадам Готье, Перно, Дюбуа и некоторых других, которые являются вымышленными персонажами и служат лишь для воплощения литературного замысла, все герои этой книги реальны, а сведения о них взяты из различных источников.
Почтенный возраст (фр.). – Здесь и далее, кроме особо оговоренных случаев, примеч. пер.
Денежные суммы, приводимые мной в книге, подсчитаны в соответствии с индексом цен, полученным от Государственного института статистики, и с учетом курса международных валют, согласно оценке Педро Мартинеса Мендеса. Моя особая благодарность профессору Габриэлю Тортелье за терпеливую помощь в подсчетах.
Эти суммы действительно огромны и несколько преувеличены, поскольку при подсчетах не учитывалось колебание валюты до и после двух мировых войн. Ниже приведены достоверные сведения о некоторых упоминаемых в этой книге суммах, хотя они могут показаться читателям неправдоподобными:
а) знаменитое болеро Каролины Отеро, выставлявшееся в течение месяца в витринах Парижа, стоило – в переводе на современные деньги – миллиард песет;
б) согласно подсчетам, с 1900 по 1914 год Каролина Отеро проиграла 68 000 миллионов песет, в среднем по 4600 миллионов песет в год;
в) проигрыш за одну ночь достигал 300 миллионов современных песет,
г) в описанном Отеро эпизоде, когда красное, по ее словам, выпало двадцать три раза подряд, выигрыш составил… 63 миллиона песет. В этом случае неправдоподобен уже сам факт, что красное могло выпасть столько раз подряд. – Примеч. авт.
Очень по-испански (фр.).
Очень андалусского (фр.).
Галисийский народный танец.
Давайте, давайте, господин граф, и вы тоже, ваше высочество… делайте ваши ставки… ставки сделаны (фр.).
Я заберу и ваши слезы, дорогой князь (фр.).
В известной поэме Хосе Марти, начинающейся строками «Я открытый человек из страны, где растут пальмы», в десятой строфе речь идет о Белле Отеро. Отрывок из поэмы приводится далее. – Примеч. авт.
Красное, черное, красное (фр.).
Чет, нечет, большое (фр.).
Два других письма написаны в пятидесятые годы. В одном из них, адресованном мэру Вальги, Белла сообщает о намерения завещать свое состояние (уже несуществующее) беднякам родной деревни, а во втором – просит совета у своего адвоката – Примеч. авт.
Черт побери (исп.).
Боже мой (исп.).
Оле (исп.).
Тушеное мясо (фр.).
Папаша (фр.).
Заметьте, что до этого момента чаще встречалось уменьшительное имя Нина (от Агустина), связанное с детством Отеро в Галисии. Теперь она будет фигурировать как Лина (сокращенное от имени Каролина) – так ее называли друзья и любовники во взрослом возрасте. – Примеч. авт.
Так в начале XX века называли людей без определенных занятий или городских преступников-бродяг. См. комментарии в главе «Париж глазами Пио Барохи». – Примеч. авт.
Новое – это всего лишь хорошо забытое старое.
Просто очаровательный (фр.).
Вот она (фр.).
Радость жизни (фр.).
Заключительный момент танца, когда танцовщица опускается на пол, раздвинув ноги в шпагате.
Пятки, дорогая, пятки (фр.).
Из тебя никогда ничего не выйдет, андалусский корнишон! (фр.)
Ирония судьбы (фр.).
Детка (фр.).
Финеас Тейлор Барнум был создателем самого знаменитого и экстравагантного цирка того времени. У него в представлениях участвовали двухголовые коровы, бородатые женщины, человек-гора и тому подобные «уроды». – Примеч. авт.
Маленькая дикарка (фр.).
Дама полусвета (фр.).
Хорошо, что американцам ничего не было известно о печальной жизни Альфонса XII и его страстной любви к двоюродной сестре, королеве донье Марии де лас Мерседес, умершей именно в 1878 году: иначе вряд ли они поверили бы этим байкам, в том числе и бесподобной подробности об оркестре шотландских музыкантов.
