Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 152
— Спасибо за скотч, Уилл. Этот вурдалак действительно выгоняет меня из вашего мавзолея.
— Мисс Блай! Я настаиваю, чтобы вы немедленно покинули помещение.
— Ладно, оболтусы, так и быть. Я понимаю, когда мое присутствие нежелательно.
— Сомневаюсь, Нелл, — с улыбкой ответил Уилл и посмотрел вслед журналистке, которая шла к двери, ругая на все корки несчастного метрдотеля. Когда она исчезла, Макклейн обвел взглядом помещение своего клуба. Мавзолей! Раньше это ему в голову не приходило, но Нелли была права. Два старика в потертых смокингах кричали друг на друга, потому что оба были глуховаты. «Буду ли я ходить сюда, когда мне исполнится семьдесят? — спросил он себя. — Скрипеть костями, жевать обед и бродить по здешним залам как старое привидение?»
Макклейн посмотрел на других мужчин — по преимуществу друзей и коллег, — теснившихся у бара или шедших в столовую. Они проводили вечера здесь, а не дома. Потому что у них не было причины возвращаться домой. Там не осталось ни любви, ни страсти, ни теплой постели. Уилл знал это; в его доме тоже ничего такого не существовало. Они отдавали сердца своему бизнесу, а не своим женам, и именно поэтому были чертовски богатыми.
Если бы Уилл согласился на такой брак, то устроить его ничего не стоило. Сестра и подруги покойной жены тут же нашли бы ему невесту. Он бы и оглянуться не успел, как оказался бы женатым на такой же женщине, какой была его покойная жена: богатой, воспитанной, из хорошей семьи и такой же скучной. Новая жена была бы ему ровней. Партнером. В лучшем случае другом. Безропотно терпела бы его сексуальные фантазии так же, как Анна, но не проявляла бы ни желания, ни удовольствия, потому что это неприлично. Секс груб, вульгарен и существует только для продолжения рода. Если бы ему была нужна женщина, которой нравится заниматься любовью, он бы завел любовницу, как не раз делал в прошлом. Тогда у него и его жены были бы отдельные жизни и отдельные спальни.
Но если бы его женой была Фиона, черта с два он остался бы в отдельной спальне. Он занимался бы с ней любовью каждую ночь, а потом засыпал рядом, вдыхая ее нежный запах. Каждое утро будил бы ее поцелуем и следил, как в эти удивительные глаза возвращается жизнь, как ее лицо озаряет широкая улыбка, предназначенная только для него. «Интересно, на что это похоже? — думал он. — Жить с женщиной, которую ты любишь страстно до безумия?» Этого он не знал. Ему было сорок пять лет, а он понятия не имел, что такое настоящая любовь. Но теперь узнал. Никто никогда не забирался ему в душу так, как Фиона.
Дверь бара открылась снова, и Уилл увидел Карнеги и Фрика. Их длинные лица баронов-разбойников[39] были такими унылыми, что могли бы заставить забыть о любви самого Купидона. Внезапно ему расхотелось говорить с ними о подземной железной дороге.
— Роберт, ты бы сделал это опять? — спросил он брата. Неделю назад. В этом же помещении.
— Что сделал?
— Попросил бы Элизабет выйти за тебя замуж? Несмотря на то… на то, что случилось?
— Несмотря на то, что она умерла? — мягко сказал Роберт. — Несмотря на то, что любовь к ней отвратила меня от остальных женщин? Да, попросил бы. Не медля ни секунды. — Потом он наклонился вперед и накрыл руку Уилла ладонью, что бывало редко.
— Уилл, ты всю жизнь следовал голосу своего разума. Пришла пора дать волю сердцу. Ты имеешь на это право. Хотя бы раз в жизни. Такое право есть у каждого.
Фиона стояла подбоченившись и любовалась горой деревянных ящиков, стоявших на тротуаре. Посыльный протянул ей листок бумаги. Она прочитала накладную, расписалась, закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Запах ощущался даже сквозь освинцованное дерево. Чай. Теплый, богатый и соблазнительный. Запах, которому нет равных.
— Ты просто спятила, — сказал Майкл, внезапно вышедший из-за фургона «Милларда». — Черт возьми, это же пятьдесят ящиков! Пятьдесят! Проклятие, куда ты их поставишь?
— В сто шестьдесят шестой. К соседям. У них чисто и сухо. В конце концов, там был магазин тканей, а не конюшня или общественная уборная, так что чай не впитает никакого постороннего запаха. Ты все это прекрасно знаешь. Я поговорила с мистером Симмонсом, и он сдал мне помещение по божеской цене, — нетерпеливо добавила она.
— Я думал, это только треп! Мне и в голову не приходило, что ты говоришь серьезно.
— Ты бы лучше помог людям занести товар вместо того, чтобы стоять здесь и пререкаться. — Она заметила брата, карабкавшегося на ящики. — Сими! Слезь немедленно, пока не упал!
— Да ну тебя, Фи!
Девушка решительно направилась к нему.
— Фиона, это же пять тысяч фунтов чая, — сказал увязавшийся следом Майкл. — Пять тысяч фунтов! Проклятие, ты потратила целое состояние! Да кто ты такая? Астор? Вандербилт? Нет!
— Пока нет, — поправила Фиона. — Сими! Ты слышал, что я сказала?
— Лови, дядя Майкл! — крикнул Сими и спрыгнул прямо на него.
— Какого черта… ух! — Майкл зашатался под тяжестью пятилетнего племянника. — О боже, парень! Ты чуть не сбил меня с ног!
— Может, тогда ты замолчал бы хотя бы на пять минут, — проворчала себе под нос Фиона, а потом велела брату: — Ступай в дом и умойся к ужину.
Майкл отряхнул пыль с рубашки и снова взялся за свое.
— Интересно, кто будет за это платить?
— Мы. В «Милларде» нам дали срок в девяносто дней вместо тридцати. Так что времени у нас уйма.
Майкл покачал головой:
— Вряд ли. На кой черт тебе понадобилось покупать сразу пятьдесят ящиков?
— Я хотела скупить весь индийский чай, который есть у «Милларда». Чтобы никто другой не мог наложить на него лапы. Это я тоже говорила. Ты просто не слушал.
— Через два месяца мы будем по-прежнему сидеть на этих ящиках, задолжав «Милларду» сотни долларов…
Фиона прервала его:
— Не будем! Одна часть ящиков останется в магазине, вторую отправим на оптовый склад, третью — в чайную…
— Какую еще чайную?
— Ту самую, которую я собираюсь открыть. Уже начала искать место.
— А кто твои оптовые покупатели?
— «Мейси», «Кроуфорд», «Рестораны Чайлда»…
— Они уже прислали тебе заказ?
— Еще нет. — Майкл возвел глаза к небу. — Но пришлют! — упрямо сказала Фиона. — Я договорилась о встрече с их закупщиками. Она состоится на следующей неделе. Я знаю, что стоит им попробовать чай, как его тут же раскупят. Вот только название нужно придумать. И показать им упаковку. Займись ящиками, ладно? А я вернусь к Нату и Мадди…
— Чересчур много новых идей, — проворчал Майкл, вынимая из кармана пару рабочих рукавиц. — Этот Уильям Макклейн совсем заморочил тебе голову. Этак в следующий раз ты купишь целую чайную плантацию.
Фиона никак не отреагировала на его слова. Напрасно дядя упомянул имя Уилла. Макклейн ей очень понравился. Девушка жалела, что он больше не появляется, хотя надеяться на это было глупо. Какой смысл думать о человеке такого высокого положения, если ее отверг даже уайтчеплский рыночный торговец? Измена Джо не просто разбила Фионе сердце. Она подорвала ее уверенность в себе, заставила почувствовать себя никчемной и никому не нужной. Явное отсутствие интереса со стороны Уилла только подтверждало это.
Майкл, которому наконец надоело пилить племянницу, взял из фургона тележку и направился к груде ящиков. Фиона вернулась в магазин, где ее ждали друзья. Нат грыз кончик карандаша, морщил лоб и задумчиво рассматривал набросок Мадди, лежавший на дубовом прилавке.
Фиона заглянула ему через плечо.
— Ох, Мадди! — радостно воскликнула она. — Это прекрасно!
— Что, нравится? — вспыхнув от удовольствия, спросила Мадди.
— Не то слово!
— Я очень рада. Вот только насчет фона сомневаюсь. Хотела посоветоваться с Ником. У него хороший глаз. Говоришь, скоро придет? К ужину успеет?
— Должен. — Фиона повернулась, посмотрела на часы и нахмурилась, увидев, что они показывают половину седьмого. — Странно… Наверное, что-то задержало. — Она начала волноваться. В прошлый раз Ник выглядел неважно, но говорил, что все в порядке. Говорил, что она тревожится понапрасну. Она сама понимала, что слишком переживает. Из-за Ника, Сими и всего на свете. Это бесило родных, но Фиона ничего не могла с собой поделать. Слишком велики были ее потери, чтобы не обращать внимание на кашель, простуду и на то, что братишка слишком высоко залез.
— Должно быть, маляры, — догадалась Мадди. — Ник говорил, что на этой неделе они придут красить стены. Помнишь? Наверное, это его и задержало.
— Ты права. Верно, говорил. Если так, то он явится с минуты на минуту. — Фиона с облечением вздохнула и начала рассматривать набросок подруги.
Мадди изобразила захватывающую индийскую процессию. Возглавляли шествие украшенные драгоценностями махараджи на белых слонах; за ними следовали женщины в сари, несшие корзины с чайными листьями и кувыркающиеся дети с попугаями и обезьянами. Над головами махараджей развевалось белое знамя.
Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 152
