— А разве ты не делаешь это каждый вечер, котик?
Женщины садятся в переполненной приемной, но очень скоро Марысю вызывают внутрь.
— Идти с тобой? — спрашивает приятельница. — Ты вообще когда была у гинеколога? Сдается мне, что ты делаешь это нерегулярно.
— Только один раз, давно, в Гане, но тогда я была еще подростком.
— Ага.
Доктор Сингх очень ловко и безболезненно обследует пациентку. Сразу же делает УЗИ матки, как внешнее, так и внутреннее. Позже выписывает направление на анализы и также скептически, как и Кинга, воспринимает информацию о том, что Марыся только раз была у женского доктора.
— Вы сейчас хотели бы иметь ребенка, да? — спрашивает она после осмотра, когда они удобно устраиваются друг против друга.
— Да.
— Первое, что я заметила при осмотре, — это рубцы. Глубокие и неровные. Вы могли бы избавиться от беременности у более квалифицированного специалиста, в Европе и Америке таких немало. Такое впечатление, что этот аборт сделан домашним вязальным крючком.
Кинга таращит глаза и сейчас же опускает их в пол, а Марыся становится бледной как стена. Она стискивает ладони и чувствует, как у нее по спине начинает бежать пот. Собственно, этого она и боялась, поэтому не хотела приходить сюда с Хамидом.
— Не всегда есть соответствующие условия, чтобы прибегнуть к медицинской помощи на высоком уровне, — цедит она сквозь зубы. — Когда меня изнасиловали, я была еще подростком и жила с семьей в Гане. Моя тетка работала в дипкорпусе, а остальные члены семьи — одни женщины. Пришлось прибегнуть к подпольному прерыванию беременности в буше у знакомого доктора-миссионера. Лучшего выбора, к несчастью, не было. Мы не хотели огласки и разрушения карьеры женщины, которая была нам очень дорога и к тому же содержала нас.
— Что ж… — Доктор чувствует себя неловко и поджимает губы. — Ваш муж об этом знает?
— Нет, именно поэтому я тут без него.
— Может быть, стоило бы поговорить с ним? Он араб?
— Да.
— Тогда лучше не надо. Я, конечно, сохраню тайну, и в следующий раз вы можете привести его с собой. Возможно, с ним тоже придется провести пару тестов. Вина необязательно должна быть со стороны женщины. Это только мужчины так считают.
— Он просвещенный человек и говорил то же самое, что и вы. Однако я не хочу подставлять под удар наш брак и испытывать его любовь. Если бы он узнал, что меня насиловало стадо негров, может, уже не испытывал бы ко мне такого чистого чувства, как до сих пор.
— У тебя много таких тайн? — спрашивает Кинга после того, как они вышли из клиники.
— Слишком много, слишком для одного человека в столь молодом возрасте, — признается Марыся. — Надеюсь, что когда-нибудь смогу тебе их все рассказать.
— Лучше будет, если мы найдем твою мать. Она тебя выслушает, обнимет, поймет и порадует твое молодое, но уже очень опытное сердце.
В уголках глаз Марыси собираются слезы.
— Сейчас сосредоточимся на этом приоритетном задании, моя дорогая. У меня тоже есть дочь, ей семь лет, — говорит Кинга.
— Лукаш, открой дверь, у меня мокрые руки! — кричит Дорота из кухни в сторону зала.
— Я, женщина, тоже кое-что делаю, ты ближе.
— Разумеется, как всегда, — вздыхает она. — Даруся, присмотри одну минутку за Адамом, я сейчас вернусь.
— Хорошо, хорошо, — с улыбкой отвечает девочка-подросток, обнимая брата рукой. — Вот кому-то не терпится. Ведь мы никого не ждали.
По-прежнему худенькая, хотя уже почти сорокалетняя, Дорота выходит во двор, где ее, словно ватой, обволакивает жар Рияда.
— I am coming! — кричит женщина, слыша следующий звонок.
Она злится на такое нахальство непрошеного гостя, резко открывает металлические ворота и застывает как вкопанная. На лестнице перед домом стоит молодая женщина в длинной, до земли, абае. У нее арабские черты лица, удивительно светлая кожа и вьющиеся золотые волосы.
— Кто это? — Дорота слышит за собой голоса Лукаша и Дарьи.
— День добрый, мама… Наконец-то я тебя нашла.
— Моя Марыся, доченька моя любимая!
Здесь и далее перевод Корана Йозефа Белявского, PIW, 1986.
Ajwa — да (aрабск.). (Здесь и далее примеч. пер., если не указано иное.)
Haram — то, что запрещено (aрабск.).
Gibli — ветер из пустыни (aрaбск.).
Kalima bil kalima — сказано — сделано (aрaбск.).
Ja saida — госпожа (обращение) (aрабск.).
Sadiki — мой друг (aрaбск.).
Mahram — опекун (aрaбск.).
Chalas, jekwi! — Хватит, достаточно! (aрaбск.)
Insz Allah — Как захочет Аллах (aрaбск.).
Ja binti — моя доченька (aрaбск.).
Habibti — любимая (aрaбск.).
Sza’ Allah — Так хочет Аллах (aрaбск.).
Латерит — богатая железом и алюминием поверхностная формация в жарких и влажных тропических областях, образованная в результате выветривания горных пород.
Maam (англ. madam) — госпожа; обращение, часто употребляемое слугами.
Adżnabija — иностранка (aрабск.).
Szaj — чай (арабск.).
Название Ливии.
Bitaka— документ, удостоверяющий личность (арабск.).
Dinner — обед (англ.).
Buriki—пирожок (арабск.).
Kofty — мясные шарики, жаренные в большом количестве масла (арабск.).
Baba ghnusz — паста из баклажанов, приготовленных на гриле (арабск.).
