Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 111
Может быть, это все зря? Как мы сделаем ловушку? Как заманим его сюда? Что будем делать потом, когда поймаем его?
Некоторое время я молчу. Дальнейшего плана у меня действительно нет.
– Основная часть плана будет позже, – уверенно говорю я. – Все, что пока нужно, – это распилить решетки и раскопать яму. Так что мы будем работать над этим этапом. А что делать дальше – об этом будем думать параллельно работе: руки заняты, но голова свободна. Ты пили, не отвлекайся.
Рома хмуро смотрит в землю и пилит с двойным усердием. Я хожу вокруг Ямы и думаю над его словами. Что дальше? Этот вопрос меня пугает. Каким образом заманим сюда это чудовище? Его не так просто обмануть. Оно никогда не ходит в одиночку, всегда только в компании. Но нам нужно отрезать его от остальных, заманить сюда одного. А потом… а что потом? Нет, не могу сейчас об этом думать. Слишком много дыр в нашем плане.
Через пару часов к нам присоединяются остальные. В конце дня мы заходим в одно из заброшенных зданий промзоны и прячем ножовки.
На следующий день я прихожу раньше всех. Тяжелая бездумная работа успокаивает. Монотонные однообразные движения приводят меня в состояние абсолютного спокойствия. В голове – ни единой мысли. Мне это нравится.
Несколько дней пролетают незаметно. Каждый день в точности похож на предыдущий. В голове будто груда битого стекла. Спина – заржавевшее железо. Руки покрываются жуткими мозолями. Через несколько дней мозоли лопаются, работа ножовкой причиняет ужасную боль. В следующий раз я приношу с собой перчатки.
Мы пилим по пять-восемь часов в день, продвигаемся миллиметр за миллиметром.
Родные радуются – ведь я начала есть. Они видят, как я ухожу куда-то на целый день, прихожу уставшая и сразу же набрасываюсь на еду.
Утром я ухожу из дома и возвращаюсь к вечеру. У меня болят все мышцы. Физическая работа утомляет. Но я рада этому – я засыпаю, едва коснувшись головой подушки. Никаких кошмаров и видений. Я просто проваливаюсь в черную пустоту.
Иногда, когда я ухожу из дома или возвращаюсь обратно, вижу Его. Наблюдаю, как Оно идет по улице. При взгляде на Него в груди закипает ненависть. Она придает мне сил двигаться дальше… к своей цели.
У меня не так много времени. Егор сказал, что Оно собирается уехать. Когда именно? Сколько у меня времени?
В один из дней караулю у их дома Яну. Завожу с девочкой ничего не значащий разговор и осторожно выпытываю нужную мне информацию: когда переезжает брат? Ответ: где-то недели через две, но не точно. Я не спрашиваю, куда он уезжает и зачем. Мне это неинтересно. Мне нужно знать, когда.
Две недели… Хватит ли у меня этого времени на то, чтобы все доделать? Я не знаю. Но должна успеть.
Я просыпаюсь и стискиваю зубы. Неужели снова придется идти и в этот лес и пилить, пилить, пилить до тех пор, пока кисти рук не рассыплются в крошки? Я не хочу вставать. Хочу провести целый день в кровати.
Но, как и в любой подобный день, я начинаю думать о Нем. Представляю, что он сейчас делает. Как ходит по дому, нацепив на лицо свою беззаботную улыбку, как строит планы на день. Как думает о том, с какой девчонкой он замутит вечером. Он ни капли не сожалеет о том, как разрушил чью-то жизнь.
Сегодня четверг, утро выдалось прекрасным. Если бы еще так сильно не болели спина и руки… я сижу на кухне и пью чай с корицей. Руки трясутся, чай немного расплескался. Пахнет выпечкой – бабушка работает. За окном ярко светит солнце. На меня вдруг накатывает волна удивительного спокойствия. Слышу звонок – кто-то стоит за калиткой. Встаю, чтобы пойти открыть.
– Ты сиди, я открою, – бабушка вытирает руки полотенцем. – Это, наверно, соседка… Она обещала зайти.
Бабушка уходит. Я смотрю в окно. Строю планы на день – рассчитываю, сколько часов потребуется пилить сегодня.
– Томочка, смотри, кто к нам в гости пришел, – радостно говорит бабушка.
Я оборачиваюсь на голос. Чашка выпадает из рук, звон бьющегося стекла, лужа чая на полу.
Оно в моем доме. Оно пришло за мной. Как оно посмело?
Кожа вмиг покрывается мурашками.
Меньше всего мне хочется видеть Его в моем доме. Я мечтаю увидеть Его только еще один раз – в Яме. С землей, затолканной в глотку.
На что способен разум? Что может сделать с человеком сумасшествие?
Он мне отвратителен. Видеть его в моем доме – невыносимо.
Бабушка озадаченно смотрит то на меня, то на разбитую чашку.
– Я уберу, – она кидается на пол.
– Не надо, – Оно останавливает ее. – Я сам уберу. Это из-за меня.
– Нет, не подходи ко мне! Я сама уберу! – визжу я, ведь осколки чашки слишком близко от меня. Я не хочу, чтобы Оно приближалось.
– Тома, иди в свою комнату, – строго говорит он. – Я хочу поговорить с твоей бабушкой.
Почему? Почему мне снова хочется опустить голову и подчиниться? Почему Оно имеет столько власти надо мной?
– Тома, почему ты кричишь? – нападает на меня бабушка. – Почему ты так себя ведешь? Это же наш Стасик… Прости ее, Стас, ей сейчас нелегко.
Зачем? Зачем Оно пришло? О чем Оно будет говорить с бабушкой? Я хочу, чтобы Оно убралось из моего дома!!
– Убирайся! – кричу я. – Убирайся отсюда!
– Тамара, успокойся. Пожалуйста, перестань кричать! Кто-нибудь расскажет мне, что здесь происходит? – испуганно говорит бабушка и вопросительно смотрит на Стаса.
– Тома, иди в свою комнату, – устало говорит Оно и переводит взгляд на бабушку. – Есть кое-что, о чем я должен вам рассказать.
Я подчиняюсь. На ватных ногах поднимаюсь наверх. Но вместо того чтобы уйти в комнату, сажусь на верхнюю ступеньку и обращаюсь в слух.
Я слышу все… с удивительным спокойствием и равнодушием он рассказывает обо всех ужасах, которые он вытворял со мной. Я не вижу бабушку, она сидит прямо за балкой, которая ее загораживает.
Зачем, зачем он пришел? Зачем он все это рассказывает? Замучила совесть? У такого чудовища нет совести.
Я чувствую злость – Оно снова играет со мной. Снова пытается притвориться добреньким, чтобы я в очередной раз простила Его. На этот раз у Него ничего не выйдет. Теперь игра будет по моим правилам.
Но одновременно со злостью я чувствую облегчение. Мне больше не нужно притворяться и никого обманывать. Теперь бабушка все знает – скоро узнает и мама. Начнется ад – родные затаскают меня по врачам и судам. У меня будет меньше времени на осуществление своего плана – а этого никак нельзя допустить.
Оно рассказало нашу с ним историю и замолчало. Я слышу только тишину, а потом – тихий бабушкин шепот:
– Убирайся из моего дома. И советую твоей семье поискать хорошего адвоката, очень скоро он тебе понадобится.
Оно молча встает и уходит.
О чем Оно думало, когда пришло сюда? Что мои родные вот так просто смогут его простить? Оно же собиралось уехать отсюда… Его теперь не отпустят. Дядя Костя вцепится в Него бульдожьей хваткой и не отпустит до тех пор, пока на Его руках не щелкнут наручники. О чем же Оно думало, черт побери?
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 111
