756
С самого начала востоковеды оказались осажденными большими трудностями, что касается до нахождения какого-либо порядка в Пуранических «Творениях». Браман очень часто смешивается Уильсоном с Брамою, за что его критикуют его преемники. Фитцэдуард Холл предпочитает оригинальные санскритские тексты для перевода Вишну Пураны, тексту, употребленному Уильсоном. «Если бы проф. Уильсон мог воспользоваться преимуществами, которые находятся сейчас в распоряжении каждого ученика индусской философии, то, несомненно, он выразился бы иначе», – говорит издатель его трудов. Это напоминает ответ, данный одним из почитателей Томаса Тэйлора, тем ученым, которые критиковали его перевод Платона: «Может быть, Тэйлор знал хуже греческий язык, нежели его критики, но он лучше знал Платона». Наши современные востоковеды искажают мистический смысл санскритских текстов гораздо больше, нежели это делал Уильсон, хотя последний, несомненно, повинен в очень крупных ошибках.
Вайю Пурана.
«Собрание Сочинений», III, 381.
Проф. Уильсон переводит это, как если бы животные стояли на скале «творения» выше, нежели божества или ангелы, хотя истина о Дэвах очень ясно выражена в дальнейшем. Это «Творение», говорится в тексте, «одновременно первичное (Пракрита) и Вторичное (Ваикрита). Оно Вторичное по отношению к происхождению Богов от Брамы, личного антропоморфического творца нашей материальной Вселенной; оно Первичное, что касается до Рудры, который есть непосредственное проявление Первого Принципа. Термин Рудра является не только наименованием Шивы, но вмещает посредников создания, ангелов и людей, как это будет показано в дальнейшем.
Ни растение, ни животное, но существование между этими двумя.
«Five Years of Theosophy», стр. 276, статья «Mineral Monad».
«Эти понятия», замечает проф. Уильсон, «рождение Рудры и святых кажутся как бы заимствованными от Шайвов и неуклюже привитыми к системе Вайшнава». Следовало бы сначала ознакомиться с эзотерическим смыслом, прежде чем высказывать подобную гипотезу.
См. Санкхья Карика, 46, стр. 146.
Парашара, ведический Риши, получивший Вишну Пурану от Пуластиа и преподавший ее Майтрейе, помещается востоковедами в различные эпохи. Как правильно отмечено в «Индусском Классическом Словаре», «Мнения относительно его эпохи расходятся широко, от 575 лет до 1391 года до Р. Хр»., и потому им нельзя доверять. Совершенно правильно: но они не менее достоверны, нежели любой другой срок, называемый санскритологами, столь знаменитыми в области произвольной фантазии.
Они действительно могут отметить «особое» или «чрезвычайное творение», ибо это они, которые, воплотившись в бессмысленные оболочки двух первых Коренных Рас и в большинстве Третьей Расы, создали, так сказать, Новую Расу, расу мыслящих, самосознательных и божественных людей.
«Индусский Классический Словарь».
См. Линга Пурана, LXX, 174.
См. Ману, I, 10.
См. Линга, Вайю и Маркандея Пураны.
Movers «Phцinizer», – 282.
Вебер. «Akad. Vorles», 213, 214 и т. д.
IX, 850.
«Stromata», I, т. 6.
Геенна Библии была долина вблизи Иерусалима, где монотеистические евреи приносили в жертву Молоху своих детей, если верить слову пророка Иеремии. Скандинавская Обитель Ада – Неl или Hela была суровой, ледяной областью – та же Кама-Лока – и египетское Аменти было местом очищения. (См. «Разоблаченная Изида», II, 11.)
I, VI, 1.
«Cod. Naz.», I, 47; см. также Псалтырь, – LXXXIX, 18.
1 Посл. к Коринф., VIII, 5.
«Concerning Divine Names», перевод Darboy, 364.
См. «Des Esprits», II, 322, де Мирвилля.
«The Correlation of Physical Forces», – стр. 89.
Там же, XIV.
Вторая Книга Царств, XXII, 9, 11.
Второзаконие, IV, 24.
Op. cit., III, 415.
Вт. Книга Царств, XXII, 14, 15.
Геродот, «Polymnia», 190, 191.
VIII, 24.
Фа-хуа-цзин.
См. «Миссия Евреев», (Сент-Ив Д'альвейер).
«China Revealed», выдержки, приведенные Харгрев Дженнингс'ом в его «Phallicism'e», стр. 273.
Стр. 202.
Op. cit., стр. 60.
Там же.
O'Brien, «Round Towers of Ireland», стр. 61, упомянуто Харгревом Дженнигс'ом в его «Phallicism'e», стр. 246.
«Introduction to the Science of Religion», стр. 332.
«Pantheon», text 3.
Их Разум, конечно, совершенно иной, нежели тот, который мы можем представить себе на Земле.
Смотри его Третье Письмо к Бэнтлею.
«Concepts of Modern Physics», стр. XI, XII. Введение ко второму изданию.
«Опытные исследования отношения, существующего между сопротивлением воздуха и его температурою», стр. 68. Перевод – выдержки из сочинения Сталло.
Критика на «Concepts of Modern Physics» in Natura. Cм. труд Сталло, стр. XVI. Введение.
Примечание переводчика. – Аффекция или видоизменение в состоянии.
Роберт Уорд, обсуждая вопрос о Теплоте и Свете в ноябрьской книге «Journal of Science» за 1881-й год, доказывает нам, до какой степени невежественна наука относительно одного из самых обыкновенных фактов Природы – теплоты солнца. Он говорит: «вопрос о температуре солнца был предметом исследования многих ученых: Ньютон, один из первых исследователей этой проблемы, старался определить ее, и после него все ученые, занимавшиеся калориметрией, следовали его примеру. Все считали себя успешными и формулировали свои выводы с большою уверенностью. Прилагаемое есть опубликование в хронологическом порядке результатов температур (по 100° термометру), найденных каждым из ученых; Newton – 1,699,300°; Pouillet – 1,461°; Tollner – 102,200°; Secchi – 5,344,840°; Ericsson – 2,726,700°; Fizeau – 7,500°; Waterston – 9,000,000°; Spoлren – 27,000°; Deville – 9,500°; Soret – 5,801,846°; Vicaire – 1,500°; Rosetti – 20,000°. Разница колеблется между 1,400° и 9,000,000°, или же не менее, чем на 8,998,600°!! В науке, вероятно, не существует более поражающего противоречия, нежели обнаруженное в этих цифрах». Тем не менее, вне всякого сомнения, если бы оккультист предложил свое вычисление, каждый из этих ученых яростно протестовал бы во имя «точной» науки за отвергание именно его определенного вывода.
cм. «Correlation of the Physical Forces». Предисловие.
«Soirйes», vol. II.
Вышеприведенный нами труд Сталло «Concepts of Modern Physics», книга, вызвавшая самые ярые протесты и критику, рекомендуется всем, кто склонен сомневаться в этом утверждении. «Антагонизм в отношении метафизических теорий, выказываемый наукою», пишет он, «привел большинство ученых специалистов к предположению, что методы и результаты эмпирических исследований совершенно независимы от контроля законов мысли. Они или умалчивают, или же открыто отвергают самые простые правила логики, включая законы непротиворечия… выказывая самую ярую обиду каждый раз, когда прилагаются правила последовательности к их гипотезам и теориям… и они считают расследование (их)… в свете этих законов, как дерзкое вторжение априорных принципов и методов в область эмпирической науки. Лица, такого склада ума, не испытывают никакого затруднения признать, что атомы совершенно инертны и, в то же время поддерживать, что эти атомы совершенно упруги; или утверждать, что в своем конечном анализе физическая Вселенная распадается на «мертвую» материю и движение, и, в то же время, отрицать, что всякая физическая энергия, в действительности, всегда кинетична; или заявлять, что все феноменальные различия в объективном мире, в конечном итоге, обязаны различным видам движения абсолютно простых материальных единиц и, тем не менее, отвергая мысль, что эти единицы равны». (Стр. XIX.) «Слепота некоторых выдающихся физиков по вопросу наиболее очевидных последствий их собственных теорий изумительна»; так профессор Тэт, в согласии с проф. Стюартом, объявляет, что – «материя просто пассивна» («Невидимая Вселенная», отд. 104), а затем, вместе с сэром Уилльямом Томсоном, заявляет, что материя обладает присущей ей мощью, для сопротивления внешним влияниям («Treat. on Nat. Phil.», том I., отд. 216). После этого едва ли будет дерзостью спросить – как можно примирить эти утверждения? Когда проф. дю Буа-Рэймонд… настаивает на необходимости сведения всех процессов природы к движениям вещественного, основного индифферентного субстрата, совершенно лишенного качеств, («Ueber die Grenzen des Naturerkennens», стр. 5), заявив незадолго перед тем в той же лекции, что сведение всех изменений, происходящих в материальном мире к движениям атомов, производимым их постоянными центральными силами, было бы завершением естественной науки, мы остаемся в недоумении, из которого имеем право быть выведенными. (Предисловие XLIII.)
