Владимир Топоров - Святость и святые в русской духовной культуре. Том 1.

58

Ср.: «вси бо пророци… прорешя» (Мар.); «въсі бо пророци… прорешя» (Ассем.); «вси бо про… прорешя ся» (Савв.) и т. п. Еще более многочисленны примеры, не образующие figura etymologica, типа «пророки & говорят, изрекают, предсказывают, (пред) возвещают, пишут и т. п.».

В реконструкции: «се ся събыстъ въ седмыи векъ се» (Nahtigal 1943:53).

Симптоматичное совпадение («еже ся и събысть въ седмыи векъ нашъ…» и далее) обнаруживается и в «Слове похвальном Кириллу и Мефодию».

Ср. актуальное чередование к: ц, позволяющее строить еще более монотонную цепь — пророкъ прореклъ.

Другие примеры приведены выше.

Слово–сигнал конца «аминь» также начинается с а.

Ср. характерное противопоставление «прежних» и «нынешних» богов в ряде древневосточных традиций (например, у хеттов, ведийцев, греков и др.).

Ср.: έκ… λαών και γλίοσσων, Арос. VII:9, с одной стороны, и тему Христа, грядущего в мир (о Χριστός… о εις τον κόσμον ερχόμενος, Ио. XI:27), с другой. Эта последняя тема нередка как в новозаветных текстах (Откр. Ио. III:11; ХХІІ:7, 12, 20 и др.), так и в библейских (Псалт. XLIX:3; Исайя XIX:1; XL:10; LXII:11; Аввак. III:3; Захар. IX:9 и др.). Евангелисты не раз ссылаются на пророчества Исайи, ср. Мф. ХV:7; Мк. VII:16; Лк. IV:17, и др.

«Вы есте светъ миру» (Зогр.); «въи есте светъ въсему міру» (Ассем.).

Впрочем, некоторые примеры из Исайи обнаруживают значительное сходство с евангельскими. Ср. «И придут народы к свету твоему», LX:3 (где народы х свет, ср. в «Прогласе»: языкъ х светъ), 19 и др.

Ср. для наглядности: cв… т… ст… / в(ь)с… с; му… ми… му; е — [ъ — о] — е — ъ — [ь — е] — у — и — у — е — и.

Ср. там же: «Тогда откроются глаза слепых, и уши глухих отверзутся» (ХХХV:5); «Слушайте, глухие, и смотрите, слепые…» (XLII:18) и др. Не всегда обращают внимание на то, что зрение слепых и слух глухих в отношении «слова букъвенаго», т. е. слова книги, не гипербола и не метафора, а совершенная реальность: глухие могут читать это слово, а слепые слышать, как его им читают. Тем самым подчеркивается естественный, т. е. не нарушающий законов природы (как во многих других случаях употребления этого образа) характер этого чуда.

Ср.: «дабы я познал Тебя», Исх. XXXIII:15; «да познают, что ты один Бог», 3 Цар. XVIII:36; «да познает народ, что Ты Бог», Там же: 37; «познайте, что Я Бог», Псалт. XLV:11 и др.

За пределами цитат остаются такие фрагменты текста, как «Христос», «Ибо Он», «Ведь они сказали», «Итак, надлежит» и отсылка к Пророкам.

Ср.: «Хрестъ грядетъ, светъ бо естъ, слепии прозьрятъ, глуси слышять» (преимущественно для первого полустишия) и «распространения» одного из элементов первого полустишия: «(грядеть) съберати языкы»; «(світъ) вьсему миру сему»; «(слышять) слово букъвеное», но и: «(Бога) познати достоить».

И потому, что разные части текста составлены из разных цитат (т. е. речь идет о совокупности цитат в горизонтальном [линейном] аспекте текста), и потому, что одна часть текста (любая) результирует целую совокупность тождественных в заданном отношении цитат из разных текстов («вертикальная» соборность).

Ср. лат. com–positor, com–positio: сотропо & carmen, versus и т. п.

Уже из того, что сказано, видно, что основной принцип построения «Прогласа» сближается с мозаичной (или «набивной») техникой, при которой художнику приходится иметь дело с исходными, от воли художника не зависящими элементами, в той или иной степени определяющими и выбор соседних с ними элементов. Если обратиться к самому составу «Прогласа», то оказывается, что он переполнен цитатами, реминисценциями, намеками, отсылками к многочисленным примерам из ветхо- и новозаветной литературы (и, вероятно, к текстам византийских писателей, хотя с этой точки зрения «Проглас» не был обследован). Ср. по стихам: 2 — Исайя LXVI:18; 3 — Иоанн VIII:12; ІХ:5 (а также Захария VI:12); 5–7 — Исайя XXIX:18; 11 — Матфей XXV:33; 12 — Иоанн ІV:10; 33–34 — Посл, к Римл. VІІ:25; 46 — 1–ое Посл, к Фессал. ІV:5; 50 — Павел; 51 — 1–ое Посл, к Коринф. XIV: 18; 52 — 1–ое Посл, к Коринф. XIV:19; 65 — Марк ІV:26–29; 67 — Марк ІV:28; 72 — Марк ІV:29; 75 — Матфей XIII:19; 98 — 1–ое Посл. Петра I:24, Исайя XL:6; 99 — 1–ое Посл. Петра I:24; 100 — 2–ое Посл, к Тимоф. ІV:3, и др. (Vaillant 1956:21–23). Естественно, что эти «чужие» голоса так или иначе трансформируются, чтобы быть включенными в текст «Прогласа», но вместе с тем (особенно в условиях метрически организованного двенадцатисложника) они до известной степени ограничивают возможности автора, который вынужден допускать некоторые промежуточные позиции, позволяющие ему связать «чужое» и «свое», но не являющиеся обязательными сами по себе.

С интересными вариациями: «хотяште расти / Божиемь растомь» (67) при «о себе бо земле плодитъ ся», Мк. ІV:28 (Мар.; «въ себе». Зогр.), αυτόματη ή γη καρποφορεί.

С продолжениями: «не падаюште» (99) — как инерция образов соответствующего фрагмента — «засохла трава, и цвет ее опал», 1 Петр. 24 (έξηράνθη о χόρτος, και το άνθος έξέπεσεν). Ср. Исайя XL:7–8.

Ср.: «… и сама тварь освобождена будет от рабства тлению…», Римл. VIII:21 (…και αύτη ή κτίσις έλευθεροθέσεται άπο της δουλείας της φθυράς…) или: «… тление не наследует тления», 1 Кор. ХV:50 (…ουδέ ή φθυρα την αφθαρσίαν κληρονομεί). В фрагменте 10–13 в теме тления нет упоминания о плоти, которая, однако, нередко выступает в соответствующих местах новозаветных и ветхозаветных текстов. Зато такое сочетание появляется в «Прогласе» позже: «плоти бежяште / тьл'я гноевьныя…» (97), а до этого в стихе 59: «яко бо тьл'я / плотехъ настоитъ…». Ср. характерную игру «плоти… тьл'я» (лът… тьл). В некоторых условиях тема «тленной плоти» включает в игру и слово «тело» (ср. Кол. II:11: «совлечением греховного тела плоти» — του σώματος της σαρκός), семантически близкое к плоть, а в звуковом отношении к тьл-.

Ср. рифмообразные окончания стихов 18–20, в двух случаях поддержанные и предшествующими словами: «тьму отогънати» — «тьл'ю отъложити».

Ср. далее еще более общую отсылку: «апостоли же / съ пророкы въсеми…» (93).

Откуда берет начало соответствующая, ставшая своего рода девизом, мифологема — слово: словене, — где выступает и образ лишенности слова — немец, невеглас. Ср. также: «Къто можетъ / притъчя вься решти // Обличаюштя / бес кън'игь языкы, // Невегласыя / съмыслене гласяштя. // Ни аште вься / языкы умеетъ // Можетъ съказати / немошть сихъ», «Проглас», 73–77. Соотнесение евангельского слова и словенского племени намечается и в «Азбучной Молитве» (10–12). — К связи названия славян и слова не раз возвращалась и научная этимология; ср. недавно Maher 1974:143–156 и др.

О собственно языковом аспекте кирилло–мефодиевской деятельности см. Гълъбов 1963 и др.

Важно не многословие, а свое слово, открывающее путь к мудрости. Ибо, по слову Константина, «туждемь языкомь / слышяште слово, // яко медьна / звона гласъ слышите» (48–49), а по слову апостола Павла, которому Константин передает речь сразу же после приведенных собственных слов, — «[сe бо святыи / павьлъ учя рече. // молитву свою / воздая прежде Богу, // яко] хоштя словесъ / пять издрешти, // да и вьсе братии / разумеютъ, // неже тъму словесъ / неразумьнъ» [разумеется слово как средство бытового, профанического общения, полезное, но «слабологосное»]. Ср. несколько более широкий контекст 1 Кор. XIV: «[…ревнуйте о дарах духовных, особенно же о том, чтобы пророчествовать. Ибо кто говорит на незнакомом языке (ό γαρ λάλων γλώσση), тот говорит не людям, а Богу… Кто говорит на незнакомом языке, тот назидает себя; а кто пророчествует, тот назидает церковь. Желаю, чтобы вы все говорили языками (γλώσσαις)… Так, если и вы языком произносите невразумительные слова, то как узнают, что вы говорите? Вы будете говорить на ветер. Сколько, например, различных слов в мире, и ни одного из них нет без значения. Но если я не разумею значения слов, то я для говорящего чужестранец, и говорящий для меня чужестранец… А потому говорящий на незнакомом языке, молись о даре истолкования… Благодарю Бога моего: я более всех вас говорю языками (γλώσσαις);/ но в церкви хочу лучше пять слов сказать умом моим, чтобы и других наставить, нежели тьму слов на незнакомом языке (η μυρίους λόγους εν γλωσση). […В законе написано: "иными языками и иными устами буду говорить народу сему; но и тогда не послушают Меня, говорит Господь" (Исайя XXVIII: 11–12)]» и т. д. Характерно, что и здесь через новозаветный текст, взятый в «Прогласе» как цитата, просвечивает все тот же Исайя.