Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 212
И с тем сэр Тристрам повернулся и поехал своей дорогой.
– Дивлюсь я, – сказал король Артур, – отчего этот рыцарь не захотел назвать мне своего имени? Поезжайте за ним, сэр Грифлет, и просите его поговорить со мною с глазу на глаз.
Сэр Грифлет поскакал вслед за ним, нагнал его и передал, что король Артур зовет его и хочет с ним побеседовать.
– Сэр, лишь на том условии я возвращусь, – отвечал ему сэр Тристрам, – если вы мне поручитесь, что король не станет допытываться о моем имени.
– Я ручаюсь, – сказал сэр Грифлет, – что он очень сильно вас допытывать не станет.
И они поскакали вместе обратно и явились снова к королю Артуру.
– Вот что, любезный сэр, – сказал король Артур, – отчего вы не желаете назвать мне ваше имя?
– Сэр, – отвечал сэр Тристрам, – без причины я не стал бы скрывать своего имени.
– Ну что ж. А на которой стороне намерены вы выступить? – спросил король Артур.
– Истинно, государь мой, – отвечал сэр Тристрам, – я и сам не знаю, которую сторону изберу, покуда не выеду на турнирное поле. А там как сердце мне подскажет, за тех я и буду сражаться. Завтра вы сами увидите и узнаете, на какой стороне я буду.
И с тем он уехал и возвратился к своим шатрам. А утром они облачились в зеленые одежды и выехали на поле.
Первыми выступали молодые рыцари, и они немало там отличились. И тогда обратился к сэру Тристраму сэр Гарет и просил себе позволения тоже обломать на турнире копье, ибо ему казалось позором, что копье у него целое.
Выслушал его сэр Тристрам, засмеялся и сказал:
– Прошу вас, поезжайте и отличитесь!
И сэр Гарет выставил копье и изготовился к бою. Увидел его рыцарь, который приходился племянником Королю-с-Сотней-Рыцарей, звали же его сэр Селис, рыцарь добрый и славный боец. И этот Селис изготовился к бою с сэром Гаретом, и сшиблись они двое с такой силой, что повергли один другого наземь, и коней и всадников.
При падении они оба сильно расшиблись и покалечились и так лежали без движения, покуда Король-с-Сотней-Рыцарей не помог подняться сэру Селису, а сэр Тристрам с сэром Паломидом не подсадили в седло сэра Гарета, и поскакали они с ним обратно к их шатрам. А там они сняли с него шлем, и когда Прекрасная Изольда увидела, как разбито у него лицо, она стала спрашивать его, что с ним приключилось.
– Госпожа, – он ей отвечал, – мне достался жестокий удар по голове, надеюсь, что и я ответил таким же, из товарищей же моих ни один, да возблагодарит их Господь, за меня не вступился.
– Клянусь Богом, – сказал сэр Паломид, – нынче ни одному из нас и не пристало сражаться, ведь сегодня на поле одни только молодые, неиспытанные рыцари. И когда та сторона увидела, что вы намерены сражаться, против вас выслали отличного рыцаря среди его сверстников, ибо я его знаю хорошо, его имя сэр Селис. И он сражался с вами достойно, и ни один из вас не обесчещен поражением. Так что теперь вы должны освежиться и подкрепиться, дабы завтра к началу турнира быть готовым и исполненным сил.
– Что до этого, – сказал сэр Гарет, – то я не премину явиться на поле, если только в силах буду держаться в седле.
3
– Hy, сэры, на какой же стороне нам лучше будет завтра выступить? – спросил сэр Тристрам.
– Сэр, – сказал сэр Паломид, – мой совет такой: давайте завтра выступим против короля Артура, ведь на его стороне будет сэр Ланселот и еще многие славные рыцари, его родичи, и чем больше славных бойцов будет на их стороне, тем больше чести будет нам.
– Это сказано по-рыцарски, – сказал сэр Тристрам, – и как вы советуете, так тому и быть.
– Во имя Господа, – сказали все.
И вот в ту ночь предавались они отдыху. А наутро, лишь только рассвело, они украсили коней своих зелеными чепраками, сами во всем зеленом и с зелеными щитами и копьями сели верхом, и Прекрасная Изольда и три ее дамы тоже были в нарядах зеленого цвета. И проехали эти четверо рыцарей наперерез через все турнирное поле, они сопровождали Изольду Прекрасную туда, где она должна была остаться и следить за турниром из окна ложи, но лицо ее все время было закрыто покрывалом, так что ни один человек не мог разглядеть ее черты. А затем эти рыцари возвратились на поле и присоединились, не мешкая, к стороне короля Шотландского.
Король же Артур, видя все это, спросил у сэра Ланселота, кто такие эти рыцари и эта королева.
– Сэр, – отвечал сэр Ланселот, – точно я не могу вам сказать. Но если бы сэр Тристрам и сэр Паломид находились в наших краях, тогда, уж конечно, это были бы они, и королева Изольда Прекрасная с ними.
Тогда король Артур подозвал к себе сэра Кэя и сказал:
– Ступайте, прошу вас, и проведайте потихоньку, скольких рыцарей Круглого Стола мы недосчитываемся, вы это можете узнать по пустым местам за столом.
Сэр Кэй пошел и по надписям на сидениях узнал, что не хватает десяти рыцарей, и вот их имена: сэр Тристрам, сэр Паломид, сэр Персиваль, сэр Гарет, сэр Гахерис, сэр Эпиногрис, сэр Мордред, сэр Динадан, сэр Лакот Мальтелье и сэр Пелеас, благородный рыцарь.
– Что ж, – сказал король Артур, – кое-кто из этих рыцарей, как я понимаю, сейчас выступает на противной стороне.
Тут явились к королю два брата, сородичи сэра Гавейна, – одного звали сэр Эдвард, а другого сэр Садук, два славных рыцаря. И просили они дозволения у короля Артура выступить первыми, ибо они родом с Оркнея105.
– Я согласен и рад, – отвечал король.
И вот сэр Эдвард выехал против короля скоттов, на чьей стороне были сэр Тристрам и сэр Паломид. И этот сэр Эдвард Оркнейский выбил короля скоттов вон из седла, тот упал и жестоко расшибся. А сэр Садук поверг наземь короля Северного Уэльса, и тот упал так, что на стороне короля Артура поднялся громкий крик торжества.
Но это жестоко разгневало сэра Паломида, он навесил щит свой, выставил копье и сшибся с сэром Эдвардом Оркнейским на полном скаку и с такою силой на него ударил, что конь под ним не мог устоять на ногах и рухнул на землю. А затем этим
же копьем сэр Паломид перебросил сэра Садука через круп его коня.
– А, Иисусе! – молвил король Артур. – Кто же этот рыцарь, весь в зеленом? Он могучий боец!
– Так оно и есть, – сказал сэр Гавейн, – он рыцарь добрый, но знайте, он еще и не так отличится, прежде чем покинет турнирное поле. Но вы еще увидите рыцаря и посильнее, нежели он, и тоже в зеленом. А этот самый рыцарь, – сказал сэр Гавейн, – что поверг сейчас наземь двоих моих кузенов, не далее как два дня назад поверг и меня и еще семерых моих товарищей.
А покуда они так стояли и беседовали, прискакал на поле сэр Тристрам на черном коне. И он с ходу, не дав себе передышки, поверг наземь одним копьем четырех добрых рыцарей с Оркнея, все – из рода сэра Гавейна. А сэр Гарет и сэр Динадан тоже сразили каждый по рыцарю.
– А, Иисусе! – молвил Артур, – вон тот рыцарь на черном коне бьется на диво хорошо!
– Погодите, – сказал сэр Гавейн, – рыцарь на черном коне еще и не начал.
Между тем сэр Тристрам распорядился снова посадить на коней тех рыцарей, коих повергли наземь в самом начале сэр Эдвард и сэр Садук. А затем сэр Тристрам обнажил меч свой и ринулся в самую гущу рыцарей оркнейских, и он сокрушал рыцарей, срывал шлемы, отбрасывал щиты и многих поверг на землю. И так преуспел он, что и король Артур, и все рыцари дивились, как может один рыцарь свершить столь много бранных подвигов.
И сэр Паломид на другом конце поля тоже от него не отставал, он так там отличился, что все кругом только диву давались. И король Артур уподобил сэра Тристрама, сидевшего на черном коне, бешеному льву, а сэра Паломида, что был на белом коне, он уподобил бешеному леопарду, сэра же Гарета с сэром Динаданом – двум свирепым волкам.
А было у них там заведено, что ни один король не помогал другому, но все рыцари, сражавшиеся под одним знаменем, стояли друг за друга, сколько доставало сил. Но сэр Тристрам бился так, что под конец оркнейские рыцари изнемогли и отступили за стены Лонезепа.
4
И поднялся тут крик герольдов и всего простого люда:
– Зеленый рыцарь сражался всех лучше, он одолел всех рыцарей Оркнея!
И подсчитали герольды, что сэр Тристрам, под которым был черный конь, поразил копьями и мечами тридцать рыцарей, а сэр Паломид сокрушил двадцать рыцарей; и почти все из этих пятидесяти рыцарей были из Артурова дома и испытанные бойцы.
– Ну, да поможет мне Бог, – сказал король Артур сэру Ланселоту, – великий позор нам смотреть, как эти рыцари вчетвером одолели стольких моих рыцарей. И потому готовьтесь к бою, ибо мы сейчас поедем и сами померимся с ними силой!
– Сэр, – отвечал сэр Ланселот, – двое из них, уж конечно, превосходнейшие из рыцарей, и нам не много чести будет сейчас с ними сражаться, ибо они уже утомились после столь многих ратных трудов.
– Пусть так, – сказал король Артур, – но все равно я желаю с ними сквитаться. А потому возьмите с собой сэра Блеобериса и сэра Эктора Окраинного, а четвертым буду я сам, – сказал король.
Ознакомительная версия. Доступно 32 страниц из 212
