выхватишь, красавица. Ты чё тут косы отпустил? Давно был в парикмахерской?
Крис расправил пятернёй взлохмаченные волосы. Они действительно сильно отросли.
– Для визиток будем отдельно выступать, можно не стремиться к внешнему сходству.
– Но в Калининграде и в Уфе мы вдвоём выступаем, – Вадим сел на стропу и раскачался.
– В Москве ты к моей причёске не придирался.
– Ты такой нервный был, мог и покусать. Что я, дурак, что ли, трогать бешеную собаку?
Крис хмыкнул. Спорить не стал. Прекрасно помнил себя в январе, правда, не догадывался, как выглядел со стороны. Оказывается, его злость легко считывалась, а он, наивный, надеялся, что хорошо держал себя в руках.
Январь получился жарким, хотя в календаре числился зимним месяцем. После поцелуя на площади и оглушающей пощёчины Криса трясло, словно в лихорадке. Он не заболел, даже не простыл, но эмоции дурманили, порождая странное хмельное состояние, при котором раскачивает от восторга до печали в течение не то что дня – минуты. На отдыхе в Сочи он постоянно пропадал на лыжных трассах, не хотел и не мог видеть Аню. Она простыла и не держала его в номере. А может, что-то чувствовала, поэтому не трогала и не приставала с расспросами.
Накануне Рождества Крис вернулся в Краснодар и весь вечер, как маньяк, караулил окно Славки. Свет горел на кухне, там мелькал то крупный мужчина почти всегда с бутербродом или кружкой, то рыжеволосая красивая женщина с ребёнком на руках. Теперь Крис знал – сестрой Луки. Ещё в ноябре Катя заговорщическим шёпотом поведала пикантный секрет.
– А Славка-то – мама. У них с этим рыжим есть ребёнок. На вид нет и полугода. Я брата повела на прививку, а они туда прилетели с рыженькой девочкой на руках, что-то у них стряслось. Взмыленные, растрёпанные, чуть ли не в пижамах.
– Да ладно! – воскликнул Вадим. – Не похожа она на маму.
– А как, по-твоему, выглядят мамы? У них что, на лбу написано? – вмешалась Аня.
Вадим замялся.
– Она не торопится домой, постоянно гуляет в парке и подолгу там бродит уже после работы, пары практически не пропускает.
Катя хмыкнула, её явно рассердило, что Вадим это всё знает, значит, нарочно следил или расспрашивал о Славке.
– Просто есть кому сидеть с ребёнком. А то, что скрывала, вполне понятно. Может, не хочет, чтобы ей кости перемывали за спиной.
– Вот как сейчас, например, – заметил Крис.
Замолчали. Тему материнства Славки больше не поднимали. Вадим точно не поверил, да и Крис решил, что это полный бред. Какой ребёнок? У Славки? Но эта мысль умудрилась поселиться в подсознании и постоянно зудела в голове, обрастая подтверждениями. Почему нет? Фамилию не поменяла, потому что не вышла замуж, а они совершенно точно так живут вместе, отношения у них явно очень близкие, и полугодовалый ребёнок вполне вписывается в эту историю. Стоило признать, что это так, тут же мозг раскручивал обратную цепочку, используя доводы Вадима. Слишком она свободная и не обременённая семейными обязательствами, поехала на турслёт, всю осень задерживалась в парке, будто дома её никто не ждёт. Разве так поступают мамы новорождённых детей? Точно нет! Но больше всего ему не хотелось верить, что Славка так быстро нашла ему замену. Получается, через полгода после их расставания спуталась с рыжим, ещё и забеременела. Бред! Не может такого быть!
И всё равно он прокручивал в голове эту мысль, вращал, подступался к ней с разных сторон, жутко ревновал и всё больше верил, что это правда. Зофья тоже не похожа на классическую мать. Славка вечно бродила в лесу, где и когда хотела, не знала никаких ограничений. Может, ей в наследство достался своеобразный материнский инстинкт.
В середине декабря он не выдержал, полез с дурными вопросами не к кому-нибудь, а к Луке. После пар случайно столкнулся с ним во дворе университета, тот ждал Славку и задумчиво пинал мыском кроссовки шишку. Крис нащупал в кармане пачку сигарет и выбил одну. Он редко курил, в основном в компании Сергея, именно с его подачи начал в семнадцать лет дымить, назло отцу. Правда, почти сразу бросил. Оказавшись в очередной ссылке в Старолисовскую, просто забыл про сигареты. Сейчас носил в кармане пачку скорее по привычке. Ещё одна лежала в бардачке «Нивы» для курящих друзей.
Крис поздоровался и протянул пачку Луке.
– Будешь?
– Нет, я не курю.
– Планируете здоровое потомство? – сказал он и почувствовал себя идиотом. Точно не тот вопрос, который задают малознакомому человеку.
Лука удивился, его шея тут же покраснела, щёки запылали.
– Потомство? Детей? Да нет, ты что! Рано нам ещё детей.
Крис закурил без удовольствия, чуть не раскашлялся.
– А… ну, это случается порой незапланированно.
Лука залился свежей порцией румянца и всерьёз задумался.
– Да, бывает.
Оставив растерянного Луку, Крис направился в «Выдру», он так и не понял, эта короткая беседа опровергла слухи или, наоборот, подтвердила.
Накануне Нового года Катя снова принесла информацию. Оказывается, рыжая девочка – это сестра Луки. На очередном приёме у педиатра они снова столкнулись у кабинета врача, в этот раз он пришёл с мамой. Катя прислушалась к беседе и выяснила степень их родства.
Услышав эту новость, Крис понял, что всё-таки поверил предыдущим слухам, иначе почему испытал такое облегчение? Его затопило глупой сладкой радостью, и тут же вспыхнула тревожная надежда. Может, ещё не поздно вернуть Славку? Увидев её на площади, он, не раздумывая ринулся перекраивать настоящее. То, что она побежала, его окрылило. Было бы ей всё равно, она бы не сдвинулась, досмотрела бы выступление до конца. А так убегание было равносильно признанию в неравнодушии. Даже пощёчина не вправила Крису мозги, наоборот, подарила ещё одну надежду. Славка и раньше лупила его, как раз потому, что любила и остро реагировала на обиду. Если ей было наплевать, она это охотно демонстрировала.
Из Сочи он приехал в взбудораженном состоянии. Выступил плохо, просто повезло, что не упал со стропы, но запорол выступление. Хорошо, что деньги им заплатили заранее. Вадим заметил его странное состояние, но промолчал. Весь день отвлекал шутками и тащил знакомиться с девушками. Кислая мина Криса не испортила ему праздничного настроения.
Распрощавшись с излишне активным другом, Крис отправился к знакомому дому, вдоль окон которого давно вытоптал тропинку. Он караулил Славку весь вечер, выкурил две сигареты, вымок под бисерной нудной моросью, заработал насморк, но её не увидел. Горячим душем ему удалось прогнать зарождающуюся простуду, но не тревогу. Ночью Крис практически не спал, а наутро, даже не позавтракав, отправился в Старолисовскую. Никакого плана
