Ознакомительная версия. Доступно 7 страниц из 46
– Он говорит, что бог послал сюда белых путников – христиан-воинов. Он говорит, что злые люди никогда не посягали на их храм. Он говорит, что они пришли с побережья, что они сомалийцы. Они услышали про святыню, которую должны принести в их храм, а потом ее торжественно должны перевозить по другим храмам. Он говорит, что они хотели завладеть ею, но Господь уберег. Но грабители поспешили, и реликвию еще не принесли. Нет ее в храме!
Андрей почему-то сразу понял, что старик говорит неправду. С его стороны глубоко верующего человека было мужественно – взять на себя грех солгать, чтобы уберечь святыню от посягательств. Какое послушание, какое наказание он на себя потом наложит за этот грех лжи во спасение?
– Поло, скажи, что мы не знали о святыне, – велел Андрей, – и не ее спасали, а монастырь и монахов. Скажи, что мы сегодня уйдем и никогда не вернемся в эти края, но будем с благодарностью вспоминать их гостеприимство и то, что у нас была возможность помочь монастырю, уберечь его от беды. Больше нам ничего не надо!
Теперь старый монах посмотрел на Андрея более пристально, даже больше, чем пристально, и с явным облегчением. Он закивал с явной радостью. И снова что-то заговорил и стал показывать рукой в сторону скалы, где высился их храм.
– Он говорит, что нам дадут в дорогу еды, – стал переводить Поло. – Он говорит, что они будут за нас молиться. Что еду принесут скоро, а я должен пойти с ним.
– Эй, парень, – прищурился Андрей и погрозил Поло пальцем. – Смотри не обмани!
– Не волнуйся. Ты должен мне верить, – засмеялся Поло. – Он наверняка хочет наедине расспросить меня про вас. Но я расскажу только то, что встретил вас и взялся быть проводником. Я не стану говорить всей правды. И про караван, и про контрабанду.
– Ладно, – согласился Андрей, но все же выразительно покачал головой.
Когда старик и Поло ушли, появились несколько монахов с лопатами и кирками. Они отошли метров на тридцать на восточную часть обрыва и стали там копать землю. Наверняка это будет могила для бандитов. Интересно, хоронят, но не на освященной земле. А ведь у них есть свое кладбище. Ладно, это их дело.
Поло не было почти два часа. За это время спецназовцам принесли лепешек, кислого молока и сыра. Пришлось есть, хотя всем хотелось мяса. Потом снова наступило томительное ожидание. Единственным развлечением было наблюдение за монахами, копавшими могилу.
Аденский залив. Борт БПК «Адмирал Трибуц»Капитан первого ранга Ломашевский сидел перед экраном монитора и смотрел на осунувшееся лицо адмирала, начальника Разведуправления флота, и думал. Информации на него вывалили целый ворох, но полезность ее сейчас для него лично, как для руководителя операции, была практически нулевой. Да, материалы, которые должна спасти группа Истомина – это материалы высочайшей ценности, стратегические материалы. Да, ЦРУ за них пойдет на все, и исламисты тоже.
Это все было и так понятно, но связи с человеком, который эти материалы нес, как не было, так и нет. А он, Ломашевский, не бог и не провидец. Он, может, и умеет многое, у него богатейший опыт в подготовке и проведении уникальных операций за рубежом, но… Но есть же границы возможности у любого человека.
– Вы уверены, Денис Васильевич, что подобранная вами группа идет по следу агента, что они не попались на хорошо организованную дезинформацию, что материалы все еще не захвачены противной стороной?
Задали все-таки этот вопрос. Как Ломашевский не хотел его услышать, да еще в такой нервной форме. Фактически три вопроса в одном, на каждый из которых надо давать обстоятельный ответ. И это он слышит из уст профессионального военного разведчика. Наверное, и отвечать надо так, чтобы у руководства появилась уверенность в успехе, не раскрывая при этом деталей проводимой операции. Значит, отвечать надо коротко.
– Уверен, – ответил Ломашевский.
– А если уверены, то назовите мне сроки окончания операции, – уже с плохо скрываемым раздражением потребовал с экрана монитора адмирал.
– Сроков назвать не могу, – стараясь отвечать ровно и спокойно, произнес Ломашевский, – потому что нет связи с агентом. Агент мечется, агент не знает, что мы идем за ним, на агента охотятся. И может, вы в конце концов скажете мне, что происходит. Почему нам не помогают, а только нагнетают обстановку. Дополнительная полезная информация очень помогла бы группе Истомина.
– Боевые пловцы на берегу, – с неудовольствием проговорил адмирал, глядя куда-то в бумаги на своем столе. – Как вы могли решиться на такое?
– Они не просто боевые пловцы. В первую очередь разведчики-диверсанты, обученные действовать практически в любой обстановке. Плюс знание языков, что является неотъемлемой частью их боевой квалификации.
– Истомин, Истомин, – задумчиво проговорил адмирал. – Не родственник ли он капитана первого ранга Истомина?
– Это его сын, – улыбнулся Ломашевский. – Капитан третьего ранга Истомин Андрей Владимирович. Герой Парагвайской операции прошлого года.
– Да, да, – кивнул адмирал.
– Что происходит, товарищ адмирал? У нас большие проблемы?
– Проблемы? Большие, Денис Васильевич. Операция на контроле в Генеральном штабе и… у президента. Этим материалам придается огромное значение, потому что они могут повлиять чуть ли не на всю внешнюю политику. Ты правильно понял, что я не просто держу тебя у экрана, а жду одного гостя. Но ты… от него тоже многого не ожидай. Этот визит опять направлен не на то, чтобы тебе там помочь, а успокоить определенное ведомство.
– Внешняя разведка?
Адмирал поднял глаза на Ломашевского, но не ответил. Где-то там в комнате, в которой находился сейчас адмирал, послышались голоса, шаги. Адмирал исчез с экрана, а спустя минуту перед глазами Ломашевского появился человек с широким лицом и суровыми бровями.
– Здравствуйте, Ломашевский! – четко произнес человек. – Денис Васильевич, верно?
– Так точно, товарищ генерал, – ответил Ломашевский, который вспомнил этого человека по одному из совместных совещаний со Службой внешней разведки.
– Ага, ну и отлично. Значит, вы руководите этой операцией! Сожалею, что вас бросили на это дело без нужных для работы данных и подготовки. Но, насколько я знаю, флот еще никогда не подводил, так?
Ломашевский промолчал, считая, что подобная похвала хороша для молодых неопытных лейтенантов, которые еще покупаются на нее.
– Значит, вы ее еще не нашли, – сказал генерал. – Я в курсе хода операции, но вы мне все-таки скажите: вы уверены, что материалы еще у этого… этой девушки?
– Очень они, вижу, всех беспокоят, – не удержался Ломашевский от колкости.
– Очень, Денис Васильевич! Вы даже не представляете, насколько сильно беспокоят. Последствия могут быть серьезными после их применения. Ну, да не мне вам рассказывать, чего иногда стоят разведданные.
– Ну, а если они так важны, то почему же нам никто не помогает? – угрюмо поинтересовался Ломашевский. – Теперь этот вопрос я могу задать уже не своему начальству, а непосредственно вам, чье ведомство, как я понимаю, представляет эта шустрая девица. У моих людей даже ее фотографии нет, не говоря уже о явках. У них нет ничего, кроме теплого еще следа и умения по нему идти. Считайте, что это просто чудо, что мы ее еще не потеряли.
– К сожалению, Денис Васильевич, к сожалению, – выдавил генерал, – мы не имеем права передавать вам такие данные. Не мне вам объяснять, что такое законы в нашей среде. Они написаны кровью! Я знаю, что у ваших людей отличная подготовка, что вы послали самых умелых и опытных, я знаю, что они обладают «верхним чутьем»[12]. Помочь я вам могу пока только советом. Человек, по следу которого вы идете, естественно, не знает, что вы друзья и намерены помочь. Последний раз девушка выходила на связь еще до того, как вас ввели в операцию. Она очень высококлассный специалист, с высочайшей способностью к выживанию, великолепно ориентируется в оперативной обстановке.
– Это мы уже поняли, товарищ генерал. Она лихо обходит ловушки, которые ей ставят чужие спецслужбы.
– Да, это она может. Теперь конкретные советы. Прошу вас не передавать все дословно своим людям, как пожелания нашего ведомства. Просто направляйте их, хорошо?
– Я вас слушаю.
– Она сейчас не будет пользоваться запасными каналами связи и явками в тех странах, в которых находится. Логика такого подхода проста: она считает, что нападение на яхту «Венера» не случайно произошло у берегов Северной Африки. Она будет считать, что в Северной Африке ей расставлены ловушки и она поставит под угрозу провала других агентов. Она станет прорываться, теряться в неспокойных районах, где действия других разведок затруднены, где затруднена легализация. Она будет самостоятельно выходить к нашим границам либо к границам тех стран, где наше ведомство контролирует ситуацию, где оперативно мы сильнее. Помните, что уповать на замеченные тенденции в ее поступках нельзя. Она непредсказуема, кроме, может, тех выкладок, о которых я вам только что сказал.
Ознакомительная версия. Доступно 7 страниц из 46
