Буквально час спустя после боя над нами пролетел первый вертолёт, через минуту пронёсся второй. Карусель чуть не завертелась вновь. Но не даром мы взяли с собой радиотелефон командира группы, которую разгромили некоторое время назад. Вертолёты, что пролетели над нами, были патрульными машинами. Переговаривались они без всяких позывных, поэтому на запрос, как дела, я ответил, что у нас всё хорошо и русских диверсантов не наблюдаем. Вертолёты улетел. Почти в течение целого дня мне удавалось морочить голову нашему противнику с помощью захваченной радиостанции, а тем временем мы старались уйти от места, где нами был уничтожен вражеский спецназ, как можно дальше.
Заканчивался пятый день нашего пребывания на территории противника. В наступающей ещё одной ночи была скрыта вся наша надежда на успешный исход броска через горы. Или нам удастся окончательно оторваться от преследования и вырваться из уже захлопывающейся ловушки, или… Я был уверен, что впереди нас будут ждать засады, заслоны, да и группа, что сегодня заходила с тыла, по всей видимости, не была последней. Как оказалось потом, я не ошибался в своих прогнозах. Полковник Дентен решил, видимо, надёжно заблокировать всю местность, где мы предположительно находились, а потом, разбив её по квадратам, тщательно обыскать, не упустив из виду ни одной пещеры, ни одного кустика, ни одного камня.
Полковник постоянно требовал доклада от командиров высланных группы, засад и подвижных патрулей. Его приказ был категоричен: «Каждый час докладывать об обстановке в районе поисков и патрулирования». Помимо прочего он распорядился, чтобы кроме двух закреплённых за его группой вертолётов, военное командование выделило в его распоряжение ещё шесть боевых машин. В итоге восемь вертолётов вели постоянно в течение всего светлого времени суток визуальное наблюдение с воздуха, причём постоянно на патрулировании находилось четыре машины.
Полковник Дентен нервничал, и было от чего. Русские неожиданно пропали, словно в воду канули. Их следы затерялись у реки, где они уничтожили специалистов из ЦРУ, несколько человек из «Дельта Форс», турецкой контрразведки, освободив при этом своего человека. Диверсантов искали в радиусе десяти километров от горного потока, но результатов те поиски не дали.
— Ни малейшего следа? Такого не может быть! Не мо-жет! Что-то они должны были о себе оставить: банки, склянки, окурки и прочий мусор! Искать! — Кричал на своих людей полковник. — Искать! Залезть в каждую щель, под каждый камень! Проверить всё, но найти! Не могли же они полететь по воздуху или…
Вскоре поступил доклад от его заместителя, майора Бертона. Он был направлен в район реки, где произошло последнее и весьма роковое для многих боевое столкновение с русскими.
— Сэр! — Доложил майор по рации, — мы нашли пещеру, в которой диверсанты провели прошлую ночь. Они отсиделись буквально в пятистах метрах от берега. Наши потери три человека: один убит и двое тяжело ранены.
— Какие потери? Откуда потери? Ведь пещера пуста или там…
— Да, сэр! Они оставили ручную гранату, как-то хитро прикрутили к ней проволоку и, когда наши люди полезли в пещеру, та рванула. Нам раньше не приходилось сталкиваться с такими сюрпризами.
— Возвращайтесь немедленно! — Зло бросил Дентен и закончил связь. — Болваны, а не спецназ! Русские перебьют всех моих парней до того, как те их обнаружат. Ведь я предупреждал офицеров и сержантов, чтобы действовали крайне осторожно. Их убивают, а они этого не видят.
Но не это беспокоило полковника Дентена. «Солдаты на то и солдаты, чтобы погибать!» — думал он. Командира «Дельты» буквально бросило в холодный пот, когда он понял, что русские в очередной раз обвели его вокруг пальца. Они сделали это так легко и просто, будто полковник был для них полным профаном, а не офицером, награждённым Почётной медалью Конгресса США26. Ещё немного и они вообще могли бы просто ускользнуть от него навсегда. Для этого им нужно было просто уйти на территорию соседнего Ирана, до которого оставалось пройти всего ничего.
— «Гордый Орёл»! «Гордый Орёл»! Я — «Хитрый Лис»! Отзовитесь, приём! — Вызвал по радио полковник вертолёт, патрулировавший район, куда высадили две группы морских пехотинцев, одну для засады в горном ущелье, а вторую для проверки этого же ущелья со стороны высохшего русла реки. Это был самый короткий путь в сопредельное с Турцией государство.
— «Хитрый Лис»! Я «Гордый Орёл»! Слушаю Вас, сэр! — ответил командир вертолёта.
— Пройдите над ущельем со стороны высохшей реки, где высаживался десант, и запросите, как у них дела! Обязательно проверьте визуально! Вы меня поняли, «Гордый Орёл»?
— Слушаюсь, сэр!
Вертолёт прошёлся над ущельем и запросил командира десантировавшихся морских пехотинцев об обстановке. Тот ответил, что всё нормально. Вернее, вместо убитого офицера ответил я. Вертушка развернулась и ушла. У вертолёта заканчивался керосин, и он был вынужден вернуться на базу для дозаправки.
— «Орёл»! Я «Хитрый Лис»! Вы визуально наблюдали группу?
— Нет, сэр! У меня закончилось горючее, я вынужден вернуться. После дозаправки готов вылететь вновь. Они сделали доклад по радио. Командир группы передал, что у них всё о’кей!
Полковник сейчас находился в таком состоянии, что не верил никому.
— По радио мог ответить кто угодно, например, тот, кто убил сержанта Дэвида Скотта. Он здорово говорил по-английски, даже я сам вначале подумал, что мой пленник не славянин, а американец, — размышлял полковник Дентен. — Только, когда тот пленник напомнил мне про Афганистан, я поверил, что перед мной русский. Поэтому советские диверсанты вполне могли прихлопнуть в очередной раз моих солдат, забрать их радиостанцию и, маскируясь под них, отвечая на запросы, делая доклады, спокойно уходить от преследования. Да, нужно признать, что это профессионалы высочайшего класса, — впервые за всё время поисков с уважением подумал о русских полковник Чад Дентен. Он взглянул на часы. Время безостановочно бежало вперёд. Оно уходило, оставляя всё меньше и меньше шансов полковнику, найти русских диверсантов, но главное, своего обидчика.
— «Гордый Орёл»! «Гордый Орёл»! Что вы там возитесь, вы уже в воздухе? Дозаправились или… — опять запросил Дентен командира вертолёта.
— Да, сэр! Я уже вылетел! Через час буду на месте!
Этот час тянулся для полковника нудно и долго. Он почему-то был уверен, что группа, которую высадили для проверки и патрулирования в ущелье высохшей реки, уже уничтожена. Предполагая такой поворот событий, Дентен отдал приказ держать в готовности две роты морских пехотинцев, чтобы в случае обнаружения диверсантов дополнительными подразделениями усилить уже оцепленный район их возможного нахождения. Предчувствия не обманули полковника Дентена. Ровно через час и пару минут командир вертолёта, заикаясь от волнения, прокричал в микрофон, чуть было, не оглушив своего начальника
— Сэр! Сэр! Я «Орёл», — кричал лётчик, перепутав имена и позывные. — Они все убиты, сэр! Абсолютно все! Они даже не успели сделать ни единого выстрела. Эти дьяволы уложили их всех, наверное, за одну секунду! Они буквально нашпиговали их пулями, сэр!
— Хорошо, Сэм! Возвращайтесь на базу!
Полковник вызвал к себе командиров рот и отдал приказ на десантирование подразделений морской пехоты в районе, который указал на карте. Сердце Дентена учащённо забилось и приятно похолодело в груди. Всё! Теперь русским не уйти. То, что погибли с десяток солдат из корпуса морской пехоты, абсолютно не волновало полковника. Голова его после доклада командира вертолётного звена была занята совершенно другими мыслями.
— Солдаты загонят русских вот на это горное плато, с которого они никогда не спустятся без специального снаряжения, а уже там я со своими парнями возьму их всех живыми. — Думал Дентен, радостно потирая руки. Полковник тут же связался с резидентом ЦРУ: «Сэр! Можете докладывать в Вашингтон, русские найдены. Через некоторое время они будут давать Вам показания».
— Может это лишнее? Не торопитесь ли с докладом о ещё не сделанной работе? Вы уверены, полковник? — твёрдо спросил Беннет своего подчинённого.
— Как никогда, сэр! А потом конкретно дата их задержания не названа. Но рассчитываю, взять русских сегодня или завтра, в крайнем случае, через два дня они будут у вас в кабинете!
— Прекрасно, полковник! Но пусть ваши ребята особо не перетруждаются, нам достаточно, чтобы Вы взяли и одного русского. Остальных можно ликвидировать. Они нам все не нужны. Одного или двух вполне будет достаточно.
Дентен буквально возликовал, услышав последние слова резидента, который выдал ему карт-бланш на предстоящие убийства. Он даже налил себе полный стакан виски и выпил за предстоящий успех своей главной операции, именно главной, ибо этот захват русских диверсантов он считал главной в своей служебной карьере. «Действительно, а для чего мне все трое, когда можно захватить одного. Зачем зря терять своих парней?» — Думал Дентен, слегка захмелев скорее от радости, нежели от выпитого спиртного. Полковник решил, что этим единственным, кто должен уцелеть, чтобы вновь потом предстать перед ним и его боссами, будет кто угодно, но только не Дмитрий Сокольников, свидетель его давнего предательства.
