высокий гном.
Лучшее из плохого – все равно плохое, детка.
Мысли о Барте вернули меня в мою квартиру. В безопасность. Здесь я не видела ни перепуганных младенцев, ни чудовищ с глазами, как смоляные ямы, ни издевательств над детьми.
Я сделала еще несколько судорожных вдохов.
Кошмары, сменяющие друг друга, были для меня чем-то новым, но я была готова и к этому. Я приучала себя отходить от края пропасти медленно и осторожно, чтобы мое тщательно выстроенное здравомыслие не рухнуло, увлекая меня за собой.
Вдох через нос, выдох через рот.
Едва я начала расслабляться, на столе завизжал мобильник. Годы тренировок – вот единственное, что помогало мне не выпрыгнуть из кожи.
– Алло?
Щелк.
Дисплей сообщил мне, что это номер Лич-Лейка. В наши дни мошенники именно этим и занимались: присваивали телефонному номеру названия близлежащих городов и притворялись, что звонят вам оттуда. По-любому это он и был. Мошенник.
Но все равно.
Ладно, сказала я себе, завтра попрошу Кайла проверить.
Глава 19
Ван
После кошмара в двух актах мне каким-то чудом удалось вновь уснуть и проспать целых шесть часов подряд. В результате я проснулась с новым осознанием.
Во-первых, я признала, что никогда не буду нравиться Комстоку, что бы я ни говорила и ни делала, но это не помешает мне выяснить, что случилось с Эмбер и Лили. Во-вторых, увиденное в баре было только глюком, вызванным депривацией сна, и никакой Фрэнк, само собой, туда не заявился. И в-третьих, Гарри не выяснит ничего нового в деле Чайной убийцы – я буду слишком осторожна. Я буду ему подыгрывать, пока он не потеряет интерес.
Черт, мне стало до того хорошо, что я даже собрала еще два мешка мусора и отнесла в мусоропровод. В общем-то моя квартира от этого не сильно изменилась, но я-то знала, что это так.
Еще я решила сама зайти в «Магнолию», а то в последнее время это почти всегда делал Кайл. Взяла себе мокко, ему – его любимый латте со льдом и поехала в Бюро. Он уже ждал меня возле кабинета, одетый как молодой сыщик: темно-синие брюки, белая рубашка на пуговицах, темно-синий галстук.
– Спасибо. – Он улыбнулся, когда я протянула ему стаканчик.
– Не за что. – Я вынула ключ-карту. – А ты чего так рано?
– Ты сказала, что мы встретимся у тебя как можно раньше. Сейчас восемь утра.
Я повернула запястье, посмотрела на циферблат часов, которые никогда не снимала, разве что в ду́ше. За эти часы коллеги считали меня каким-то луддитом[695] или просто думали, что я выделываюсь, но у меня были на то свои причины.
Кайл был прав насчет времени.
– Давай сделаем вот что, – предложила я. – Когда закончим эту встречу, ты забронируешь для нас диспетчерскую.
Нам нужен был штаб, в котором мы могли бы как следует все обсудить, – хорошо организованное пространство, где есть доска, AV-оборудование и, возможно, даже видеомагнитофон. Не только технологии, но и сама по себе нейтральная территория работала бы нам на пользу – производительность всегда лучше всего, когда не нужно устанавливать иерархию. Мне следовало заняться этим вопросом сразу же после того, как меня назначили руководителем команды.
Моя первая ошибка в этом деле. Надеюсь, что и последняя.
– Ты сама все понимаешь, – сказал Кайл.
Я плюхнулась в кресло и подала ему знак следовать моему примеру.
– Давай обсудим план, прежде чем я примусь за дело.
Кайл сел, достал блокнот, раскрыл и положил себе на колени. Большую часть записей он делал от руки, а потом вносил в систему. Это мне в нем нравилось – было что-то особенно серьезное в том, чтобы погружаться в дебри собственных каракуль.
– Для начала, хотя диспетчерскую мы не забронировали, надо все равно хоть как-то набросать временную шкалу, – начал он. – Ты не против начать, скажем, за месяц до того, как исчезли Эмбер и Лили?
– Пойдет. – Я включила компьютер и допила кофе. – Еще немного, и мы сами пустимся в погоню за дикими гусями. Если начнем позже, можем упустить важный катализатор.
Он что-то записал в блокнот.
– Пока я строю график, проверяю финансовые и телефонные записи и подтверждаю алиби наших подозреваемых. Все, что можно сделать с телефона или компьютера, я беру на себя.
– Спасибо. – С его стороны это был настоящий подвиг. В 1980 году отчеты в лучшем случае печатались на пишущей машинке, в худшем – писались от руки. Так что в этом случае большая часть работы аналитика данных заключается в расшифровке записей и принятии решения о том, как следует обращаться с информацией. Вчера, просматривая файлы перед встречей с Чендлером, я обнаружила надписи «черное», «возвращение отца» и «кардиохирург???», втиснутые на полях описания места преступления, и это только один пример.
По своему опыту детектива по расследованию убийств я знаю, что небрежные записи не всегда вызваны халатностью. Иногда на кухне просто слишком много поваров, особенно если процесс растягивается на несколько десятков лет. Каждое новое поколение полицейских добавляет свои два цента, используя тот метод, к которому они привыкли. Даже в краткосрочных делах детективы делают записи от руки, намереваясь впоследствии оформить их как следует, а потом их внезапно вызывают расследовать новое преступление, а старое приходится забросить.
Но я не говорю, что дело не может быть просто в плохой работе полиции.
– Еще я буду расследовать все, чем занимались в то время девочки, их родители, все зарегистрированные свидетели и все потенциальные подозреваемые. – В голосе Кайла звучало нетерпение. Хороший знак.
Значит, он решил взять на себя путешествие во времени. Тогда видеомагнитофон ему точно пригодится – некоторые из записей интервью, вполне возможно, не обновлялись с восьмидесятого года.
– Как только ты с этим разберешься, мне бы хотелось, чтобы ты со мной вместе взялся за работу в полевых условиях, – сказала я.
Кайл наградил меня благодарным взглядом. Дела шли лучше, когда каждый агент занимался своим делом, но при этом общался с командой. Но некоторые руководители не хотели таким образом уступать контроль. Они предпочитали управлять другими, лезли в их дела, чтобы оставить свой след на всем. Вполне возможно, Кайл задавался вопросом, не отношусь ли я к такому типу начальников.
– Отличный вариант, – одобрил он.
– Ру Ларсен мне так и не перезвонила. – Я просматривала журнал звонков. – Попробую набрать ей еще раз. Ее следует допросить в первую очередь.
– После нее, очевидно, Кайндов и миссис Ларсен. – Кайл сверился со своими записями. – Тереза Кайнд переехала в жилой комплекс, Рита Ларсен
