class="p1">– Тем не менее, я бы хотел сходить в аптеку.
Меня пронзил укол стыда. Мне хотелось отмотать назад и вместо этой чепухи сказать что-нибудь доброе, но это было невозможно, так что я просто подошла к хижине и открыла дверь. Сильно воняло грибами и звериной мочой. Я включила фонарик на телефоне. В хижине была одна комната, ни водопровода, ни электричества. Гарри подошел ко мне, включил свой фонарик, значительно ярче моего.
– Когда доктор Карлсон был здесь в последний раз?
– Много лет назад.
Он высветил лежавшую в углу банку из-под энергетика:
– Сюда мог заглянуть и кто-то другой.
– Ну да, заброшенная хижина возле ручья – конечно, детям такое нравится, – рассуждала я. – Но те, кто сюда приходил, вели себя очень аккуратно. Я не вижу никаких признаков взлома.
Я подошла к ближайшему окну. Оно было не заперто и легко поддалось.
– Надо бы поскрести.
Гарри осматривал пол:
– Я буду искать внизу, ты наверху.
Я оценила тот факт, что он не спросил, что именно мы ищем. Я надеялась, что он сам знал ответ – все, что могло здесь остаться сорок два года назад, но если бы произнес его вслух, это подчеркнуло бы невыполнимость нашей задачи. Мысленно я добавила к списку качеств, которые мне нравятся в Гарри, еще и безграничное терпение.
Он сел на корточки справа от двери. Я начала со скудной обстановки: кровати, придвинутой к дальней стене, пузатой печки. Тонкий матрас в серую полоску был покрыт коричневатыми пятнами. Они ничем не пахли, что наводило на мысль, что они старые. Пружина представляла собой просто скрещенную проволоку. Выспаться здесь было затруднительно. В печке лежал пепел и виднелся хрустящий край газеты с датой: 3 марта 2019 года.
– Подойди сюда, пожалуйста, – позвал Гарри.
Я почти забыла, что он здесь. Он стоял в полуметре от двери.
– Ты что-нибудь нашел?
– Может быть. Мне нужно, чтобы ты мне посветила.
Я направила телефон в трещину, идущую параллельно шву деревянного пола сарая. Ширина стены составляла где-то сантиметр, потом она сужалась до половины сантиметра.
– Ближе к стене, – велел он, натягивая перчатки, и достал из своего набора длинный пинцет с изогнутым концом. Посмотрев вниз, я заметила проблеск чего-то ярко-желтого.
– Что это такое?
Он наклонился вперед, вставил инструмент в трещину и вытащил изодранную бумажку, кислотно-желтую, как искусственный солнечный свет. На одной ее стороне был рисунок. Поднеся телефон ближе, я увидела, что это черный контур слона.
– Лейкопластырь, – констатировал он, вытаскивая из своего комплекта сумку для улик. – Похожий на тот, что, согласно старому делу, был в тот день на Лили Ларсен.
это
все
его
мать
виновата
Она его наказывала, пока он не научился подавлять в себе все лучшее.
Он спрятал это так глубоко, он надеялся, что она забудет.
Он держался все школьные годы и годы колледжа, лишь несколько раз попадал в больницу. Выпустившись из колледжа, нашел хорошую работу. Но ему хотелось большего, хотелось того, что он не мог себе позволить там, где люди его знали. Так что он сменил имя и купил дом, где держал свою семью.
Ту семью, которую создал.
Это подарило ему две жизни, и ни в одной из них не было человека, который знал бы, кто он на самом деле, на что способен. Что он сделал. Всем этим людям он казался обычным. Годы тренировок в юности принесли свои плоды. Он всюду вписался.
По большей части он сливался с толпой. Иногда срывался, показывал свое истинное лицо, но люди предпочитали отводить взгляд. Не смотреть на то уродство, которое видели.
Может быть, мать оказала ему услугу, научив его прятаться на виду. Так он подумал, проезжая мимо улицы Вязов.
Глава 36
Ван
Я подождала возле аптеки, пока Гарри купит антисептик. Царапины на его ладонях, оставленные лесом, были не так уж и ужасны, но он заявил, что порезы могут привести к стафилококковой инфекции. Когда он вышел, я смотрела, как он снимает со спрея колпачок и долго поливает ладони.
– Ты все? – спросила я, когда он положил упаковку в пакет и выбросил в ближайший мусорный бак.
– Да, – кивнул Гарри. – Готова идти к миссис Ларсен?
Ничего не отвечая, я поднялась на лестничную клетку, ведущую в ее квартиру. Этот визит был необходим, но мне не терпелось скорее вернуться в Бюро. Гарри сказал, что не знает, сможет ли он проверить ДНК на обнаруженном пластыре. Сорок два года – долгий срок, тем более в таких условиях. Вряд ли там уже осталось что анализировать.
Но если описание соответствовало, это было значительным событием. Информация о том, что девочек спрятали в хижине, после того как похитили, вкупе с отсутствием алиби у отца Эмбер и его связью с владельцем хижины, могла изменить ход расследования.
Миссис Ларсен открыла дверь еще до того, как мы успели подняться.
– Здравствуйте, – произнесла она. Кожа вокруг ее глаз напоминала бумагу – в прошлую нашу встречу такого не было.
– Здравствуйте, Рита, – ответила я. – Можно войти?
– Конечно. – Она отошла в сторону и пропустила нас. В кухне все осталось точно так же, ни одна кружка на стойке не была передвинута. Мы оба ждали, пока она скажет, за стол нам сесть или пройти в гостиную. – Хотите чего-нибудь выпить?
Вчера она не задавала этот вопрос. Я не знала, что было тому причиной: желание стать ближе, стыд за поведение Комстока или что-то еще.
– Большое спасибо, – отказалась я, – но не стоит. Вам звонила миссис Кайнд?
Миссис Ларсен как будто испугалась, но быстро пришла в себя.
– Да. Она сказала, что Эмбер погибла.
Я кивнула. Молча ждала.
– Бедная женщина. Но по крайней мере теперь она знает, где ее ребенок. – Рита заломила руки. – А когда узнаю я?
– Мы делаем все, что в наших силах, Рита. – Я положила руку ей на плечо, пытаясь успокоить. – Вот почему мы здесь. Мы хотели бы задать вам еще несколько вопросов. Вы не возражаете, если мы присядем?
Она скованно опустилась на стул возле кухонного стола. Мы последовали ее примеру.
– Это я виновата, – вновь затянула она свою литанию. – Не надо было в тот день отпускать их в лес. Знаете, тогда время было другое. Дети могли все лето спокойно гулять. Но все равно не надо было их отпускать.
– Да, время было другое, – согласился Гарри.
Интересно, подумала я, вспоминает ли он в этот момент пропавшую сестру.
– Мне хотелось бы чуть больше узнать о Кайндах, – просительно посмотрела
