постоянно помнил о них, там, внизу, потому что слишком близко крутились они возле его запястий, двигались, наблюдали, выжидали; и через некоторое время полное отсутствие звуков — ни лая, ни рычания, ничего — стало нервировать больше всего, будто назревало некое напряжение, которое завершится невероятным взрывом и разрушением.
Перджи и Хьюз сразу же заговорили о грузовике, и Грофилд изо всех сил старался быть внимательным и не думать о собаках. Как и положено продавцу и покупателю, Перджи все расписывал, какой это замечательный грузовик, а Хьюз все выискивал в нем возможные неполадки.
— Похоже на то, что на нем лихо поездили. — Хьюз держал дверцу водителя открытой и наклонял голову к сиденью. — Посмотри-ка на эту тормозную педаль, как она истерта с одной стороны. Какой-то ковбой гонял на нем в хвост и в гриву.
— Да ты что, этому грузовику всего два года! — Голос Перджи был высокий, но очень хриплый, будто он сорвал связки, пытаясь взять высокую ноту. — Едва обкатанный! — добавил он. — Где ты еще сыщешь такой новый грузовик по той цене, что я прошу?
Грофилд стоял и наблюдал. Это была не его специальность: ему предстояло вести другую машину, если они купят этот грузовик. Хьюз заглянул под капот.
— У тебя есть плоскогубцы?
— Не станешь же ты его разбирать на части? — возмутился Перджи.
— Просто хочу осмотреть. А еще нам понадобится рулетка.
— Ну и запросы у тебя! — проворчал Перджи и повернулся к Грофилду: — Видишь вон там хлебный фургон? Посмотри в кузове, там стоит ящик с инструментами, принеси его сюда.
— Хорошо.
— Собаки! — гаркнул Перджи. — Стоять!
Они встали. Грофилд пробрался по коричневой грязи к хлебному фургону, нашел в кузове ящик с инструментами, и ни одна из собак не отправилась за ним следом. Но когда он двинулся назад, то увидел, что половина собак там, рядом с Перджи, стоит совершенно неподвижно и наблюдает за ним. Их было шесть или семь, столько же, сколько до сих пор вилось вокруг Хьюза. Грофилд принес ящик с инструментами и положил на землю возле грузовика, а наблюдавшие за ним собаки снова принялись ходить кругами вместе с остальными.
Хьюз взял плоскогубцы с рулеткой и передал рулетку Грофилду.
— Прикинь размеры проема в кузове, — сказал он.
— Хорошо.
Неизменные три или четыре собаки двинулись за ним, в то время как он обогнул грузовик, зашел со стороны кузова и открыл дверцы. Он забрался в прицеп и был несколько удивлен, что ни одна из собак не запрыгнула за ним следом.
Внутри прицепа было пусто, не считая двух труб, тянущихся по всей его длине чуть повыше головы, — наверное, чтобы подвешивать меха.
Грофилд измерил проем, потратив на это около минуты, походил внутри, притопывая по полу, надавливая на стенки, а потом снова спрыгнул вниз, к собакам, и пошел туда, где Хьюз и Перджи препирались по поводу свечи зажигания в руке у Хьюза. Перджи недовольно бурчал:
— Я этот грузовик за что купил, за то и продаю. Я не меняю свечи зажигания, я не убавляю километраж на счетчике, я вообще ничего не делаю. Он твой за те деньги, за которые человек пригнал его сюда, за две штуки.
Хьюз сказал:
— Теперь ты знаешь, что я не собираюсь платить две тысячи долларов за этот грузовик.
— Где вы еще достанете такую машину?
— Которую бы так же старательно искала полиция, как эту? Нигде! — Он повернулся и вопросительно посмотрел на Грофилда.
Тот сообщил результаты замера:
— Пятьдесят семь дюймов в ширину, восемьдесят четыре в высоту.
— Узкий, — покачал головой Хьюз. — Не уверен, что мы вообще сможем им воспользоваться.
— Если вы не хотите покупать грузовик, — обиделся Перджи, — никто вам пистолет к голове не приставляет. Грофилд сказал Хьюзу:
— Пол, кажется, в порядке.
Хьюз кивнул и наклонился к мотору.
Перджи спросил:
— А сейчас что ты делаешь?
— Ставлю ее на место.
Поскольку Хьюз не показывал ему ничего, кроме своей спины, Перджи повернулся к Грофилду:
— Ты разбираешься в грузовиках?
— Они крупнее, чем легковые автомобили, — серьезно ответил Грофилд. — Примерно в таких вот пределах я разбираюсь в них.
— Так вот, поверь мне, заполучить этот грузовик за две штуки — все равно что угнать бесплатно.
— Ты имеешь в виду, что он угнанный? — Голос Хьюза был слышен приглушенно из-за того, что он по-прежнему возился с двигателем. Когда он вынырнул, то снова повернулся к Перджи, выставив перед собой руки: — У тебя нет тряпки, руки вытереть?
— Возьми наверху, на сиденье грузовика. Залезь туда, заведи двигатель и прослушай его.
— А как же! — Хьюз забрался в кабину. Пока Грофилд и Перджи наблюдали, выжидая, Хьюз завел двигатель, выключил, снова завел, опять выключил, завел, выжал газ, выключил, завел, подал грузовик вперед фута на три, выключил, завел, подал его назад фута на три, выключил, завел и поехал на нем.
Грофилд наблюдал, как он отъезжает. Примерно половина собак осталась с ним и Перджи, а остальные потрусили за грузовиком.
Хьюз был первоклассным водителем. Среди легковых автомобилей, грузовиков, автобусов и разномастных драндулетов, поставленных на этой ровной площадке, места для маневра оставалось немного, но Хьюз прокладывал путь по этому лабиринту без каких бы то ни было затруднений. Он задним ходом выписал восьмерку, ехал передним ходом в разных направлениях на разных скоростях, переключая передачу, и наконец вернулся к Перджи и Грофилду, резко остановился перед ними и выключил мотор.
Перджи подбоченился, готовый яростно защищать свой грузовик. Он посмотрел, как Хьюз выбирается из кабины, и односложно бросил:
— Ну?
— Тормоза немного ведет вправо, — скривился Хьюз. — Прицеп не очень хорошо катится.
— Что ты от него хочешь, он ведь пустой. Ты ведь знаешь, такой грузовик порожняком не гоняют.
— Полагаю, он стоит не более пяти сотен, — небрежно бросил Хьюз.
— Пять сотен? Да ты в своем уме? Хочешь, чтобы я даже своих денег не вернул?
— Мне доводилось тебе кое-что продавать, — напомнил Хьюз. — Я знаю, сколько ты способен дать своих денег. И тут ты заплатил каких-нибудь полторы сотни за этот…
— Хьюз, ты круглый дурак! Да кто это согласится продать такой грузовик за сто пятьдесят долларов?
— Люди, которые привезли его тебе, — сказал Хьюз. — Которые сделали свои деньги на его содержимом. Все, что им было нужно, — это спокойное место, чтобы его разгрузить и не бросать где-нибудь на обочине — так чтобы полицейские не подобрали его и не обнаружили чьи-нибудь отпечатки пальцев, или пуговицу от пальто, или еще какую-нибудь улику. Я же тебе сказал, мне доводилось продавать тебе кое-какое барахло. Так вот — ты заплатил за грузовик
