к лифту и пыталась выровнять дыхание. Конечно, она бы не навредила детям, не такая же она конченая, но этот козырь всегда хорошо играл против семейных людей. Угрозы тоже незаконны, но пока специальный агент не слышит, можно и заставить предателя одуматься. Сукин сын еще что-то мямлит. Да если Роза будет каждый раз спускать подобное на тормозах, никакого авторитета у нее не останется!
– Отпускай, не стану я больше на него бросаться, – сказала Роза, перебивая бубнеж Вулфа.
– Ты меня услышала?! – Вулф развернул ее лицом к себе. Ого, как взбесился: волосы взъерошены, лицо такое, будто сейчас ей в горло вцепится.
– Нет, – честно ответила Роза и скривила губы. Пусть орет, что ему там вздумается. – Отстегивай свои хреновы браслеты, нет состава преступления.
– Ты на него напала с ножом!
– Когда ты ввалился, я просто стояла рядом с ним и – и! – держала нож. – Роза подняла указательный палец свободной руки. – Это, на хрен, не преступление! Отпускай, Мехико не в твоей юрисдикции, так что я тебя еще по судам загоняю.
Они буравили друг друга взглядами несколько долгих секунд. Кровь пульсировала в ушах, от злости сводило челюсть. Вулф все же потянулся за ключом и высвободил руку Розы так резко, будто пощечину ей дал.
– Твое счастье, что не в юрисдикции…
Опять только гавкает, а в пасти-то и клыков нет, чтобы кусаться.
– Да-да, отвали. – Роза пару раз нажала на кнопку вызова лифта. Дурацкие антикварные развалюхи добирались сюда слишком медленно.
– Какого черта ты делаешь? – Рик встал перед ней, закрывая спиной двери лифта. Попытается помешать ей уйти, познакомиться с Геворгом. – Ты в своем уме вообще?
Роза шумно вдохнула через нос, прежде чем произнести прописные истины, которые усвоила еще от отца:
– Тот, кто не уважает тебя и предает, должен понести наказание.
– Уважение не так заслуживают.
– Я сказала, отвали.
– Если ты хочешь найти Пепе…
– И найду.
Звякнул сигнал прибывшего лифта. Как же, сука, долго.
– Запугивая? – Вулф выставил перед ней руку, не позволяя пройти, и навис над ее лицом. – Угрожая? Конечно, с такими методами люди сразу к тебе потянутся…
Раздался еще один сигнал – оба замерли, пытаясь понять, что это за звук. Роза вынула телефон из сумочки, прочитала сообщение, и победная улыбка расплылась на ее губах.
– Что ты говорил? – Она продемонстрировала Вулфу экран телефона с сообщением от Мехии: «Виктория, номер телефона…» Прежде чем Вулф выхватил у нее телефон, Роза спрятала его обратно в сумку. – А теперь, с твоего позволения, не мог бы ты свалить на хрен?
Вулф опустил руку, дождался, пока Роза войдет в лифт и дверцы сомкнутся перед его все еще взбешенным лицом.
Глава 7. Рик. Психопатка
Психопатка! Чертова психопатка! Она напала на человека, зная, что прямо сейчас в эту же комнату ломится агент ФБР. Привыкла считать себя неприкасаемой и творит что вздумается!
– Она психопатка, – повторил Рик теперь уже вслух.
На ноже осталась кровь, он видел. И ее глаза, полыхающие от ненависти, он тоже видел. Фурия во плоти. Смогла бы она… Смогла бы она в самом деле кого-то убить? За эти четыре года ФБР, конечно, находили убитых, но не было подтверждений, что это дело рук Розы, а не кого-то из ее людей. А есть разница – сама она убивает или отдает приказы? Сколько тел они находили, изуродованных и изодранных зверями. Собаками, по всей видимости. Она спасает этих псов, чтобы сделать своим оружием?
Другие картели не церемонятся с полицией, но Вергара прежде обходились осторожно. Не вступали в открытую конфронтацию, хотя, Рик уверен, подкупили не одного копа на своем пути. А что с теми, кого они не могут или не хотят подкупать? В какой момент Розе надоест его преследование и в вольере с ее псами окажется сам Рик?
– Конечно, психопатка, – ответила агент Армас и захлопнула дверцу мини-бара. В их номерах сдохли оба кондиционера, так что единственным источником прохлады стал бар. Один на две комнаты. – А кто бы не был с такой семейкой? И почему ты вообще с ней нянчишься?
Рик не рассказал ей всего – умолчал про нож и наручники. Лишь сказал, что Вергара хотела броситься на Мехию, но он ее остановил. Как, на хрен, и должен был. Так что он не столько Розу выгораживал, сколько спасал собственную репутацию. И в отчете он напишет так же.
Специальный агент София Армас сама вызвалась полететь вместе с Вулфом. Она была родом из Колумбии, двадцать лет как жила в Америке, десять лет как служила в ФБР. Они пересекались прежде и по делам Розитас, и по делу Эрмосы и были неплохо знакомы, но Рик бы предпочел, чтобы с ним поехал кто-то из его парней, пусть даже Доустен. Тот хотя бы не осмеливался читать нотации. Но Доустен и испанского не знал – упущение для агента, работающего в Сан-Диего.
– Я не нянчусь, – ответил Рик.
– Ну да, весь отдел видит, как ты не нянчишься, – фыркнула Армас себе под нос.
Номер у них был сдвоенный: отдельные комнаты, но разделенные тонюсенькой стеной-перегородкой. Конечно, им бы никто не выделил денег на номер в шикарном отеле Альберта Мехии. С самолета Армас так и не переоделась и сидела на кровати Вулфа прямо в ботинках, поджав ноги под себя.
– И в чем тогда дело? – спросила она. – Кровь от мозгов отливает, стоит Вергаре на горизонте появиться? Давно пора арестовать ее.
Удачи в поисках законного обоснования.
Сколько лет уже Рик гонялся за этой парочкой, сестрами Вергара, но воспитание бабки давало о себе знать – никаких улик, никаких свидетелей, ничего, что напрямую бы дало ФБР возможность ухватиться за них. Был, правда, тот случай с Бьянкой, но это ерунда, никакого состава преступления, просто девчонка, оказавшаяся не в том месте не в то время.
И вот теперь Роза напала на человека прямо на глазах у Рика. И что он сделал? Просто отпустил. Вот так. Отстегнул хреновы наручники, смотрел, как она заходит в хренов лифт, и испытывал хренову ярость. Даже не на нее. На себя. Права Армас, хватит ее спасать, не заслуживает она больше никаких поблажек. Даже если это будет стоить Вулфу жетона или шеи.
В отделе, по большей части состоящем из парней, Софию Армас знали все. Громкая и бестактная, она влезала во все дела, что касались Принцесс, в непробиваемой уверенности, что мужики с таким не справятся. Что все они падут ниц перед чарами этих вертихвосток. Ну да, конечно, как будто
