холостяк, никогда не был женат, – вмешался следователь.
Дабао хлопнул в ладоши и хихикнул:
– Хорошо же ты прочитал между строк!
– А разве женщина не может изменять? Что мешает врачу быть чьим-то любовником?
– Если у него были отношения с замужней женщиной, тогда понятно, почему на жертву напали внезапно, вонзив нож в сердце, а потом убийца постарался от него избавиться, – подметил я. – Личность установлена, теперь известен мотив; чувствую, мы уже на хвосте у преступника!
Закончив говорить, я краем глаза заметил урну для мусора рядом со стулом врача.
– Что-то с ней не так, – сказал я. – Это же педальная урна, врач наступал ногой на педаль, крышка открывалась, потом он снова слегка нажимал – и она закрывалась. Но сейчас крышка не закрыта. – Я посветил туда специальным светом: – Тут валяется кусок бинта.
Вытянув пинцетом кусок марли из помойки, я продолжил:
– А вот это уже совсем странно. Следы крови на марле свежие, но их очень мало. Обычно в клинику обращается два типа людей: одним нужно сменить повязку на старой ране, но тогда на бинте остается лишь кровянистая жидкость темно-желтого цвета. А другим, наоборот, наложить повязку из-за свежей травмы, тогда на бинтах останется свежая кровь, но ее количество будет явно больше. Неужели в эту клинику обращались даже с такими незначительными ранками?
– Хочешь сказать, – решил уточнить Дабао, – что убийца притворился, будто пришел на перевязку, а сам напал на ничего не подозревающего врача?
Я кивнул:
– Похоже на преднамеренное убийство. Преступник сделал вид, что ему нужна перевязка, – и это был предлог для нападения.
– Тогда вполне возможно, что убийца – это обманутый муж, – сказал следователь.
– Сейчас в первую очередь необходимо сделать анализ ДНК крови на марле. Уж очень подозрительно она выглядит. Во-первых, в мусорке не было ничего, кроме этого окровавленного кусочка, а во-вторых, ее крышка не закрыта. Весьма вероятно, что покойный был убит сразу после того, как бросил туда марлю. В некоторых медицинских отходах могут содержаться инфекции, поэтому врачи всегда закрывают крышку мусорного ведра.
Следователь вышел – это было его молчаливое согласие с моими аргументами.
– Сколько же работы в одночасье прибавилось, – заметил Дабао. – Что будем делать дальше?
Я пожал плечами и вышел из клиники:
– Делать нечего, будем ждать новостей от следователей. Сегодня я не выспался, да и в общем-то у нас официальный выходной в честь праздника, поэтому вернусь домой и хорошенько отосплюсь.
В это время к нам подошел начальник Ху:
– Мы получили результаты физико-химического исследования. В золе были обнаружены следы легковоспламеняющейся жидкости – бензина.
– Известно ли, где преступник его взял? – спросил Дабао.
– Сейчас несколько групп просматривают записи с близлежащих заправок, – сказал начальник Ху. – Также наши ребята общаются с владельцами и сотрудниками заправок, узнают, видели ли те кого-то подозрительного среди своих клиентов.
– Я думаю, это ни к чему не приведет, – сказал я. – Напоминаю: у убийцы есть транспортное средство, он мог отлить бензин, например, из собственной машины.
– В современных легковушках есть система защиты от воровства бензина – извилистые топливопроводы, – поэтому сейчас слить бензин из машины не так-то просто. – Хань Лян стоял около машины, опираясь на ее кузов. – У грузовиков топливопроводы ровные, но такие машины работают на дизеле.
– А мотоцикл или мопед? – спросил я.
Хань Лян кивнул:
– Подойдут. У двухколесных транспортных средств бензин через топливный кран заливается напрямую в бак.
4
После хорошего сна я, набравшись сил, вернулся к оперативной группе. Атмосфера была оживленная – все обсудили наше дело.
– Ли Кэхуа действительно имел связь с замужней женщиной, – сообщил следователь. – Ее зовут Жуань Фан. Не знаю, помните ли вы, но в том стихотворении было слово «цветы»; так вот, это иероглиф из ее имени.
– Ее мужа, начальника одной фирмы, зовут У Лисюэ, – сказал другой следователь. – Плохая женушка, заведшая молодого любовника, – удар по репутации.
– Начальник… – Я нахмурил брови, задумавшись. – Вы уже его задержали?
Следователь кивнул:
– Командир подразделения сейчас с ним разговаривает, а еще ждем результатов сравнения ДНК.
– У Лисюэ увлекается разведением птиц? Есть они у него дома? – внезапно спросил я.
Следователь непонимающе посмотрел на меня, его смутил мой странный вопрос. Но через секунду он помотал головой:
– Нет.
Я посмотрел себе под ноги:
– Думаю, вы взяли не того. Уверен, ДНК не совпадут.
– Почему? – удивился следователь; его будто окатили холодной водой.
Я достал прозрачный пакетик для вещественных доказательств:
– Вернувшись из клиники, мы отправили на экспертизу коврик, лежавший под стулом. Еще тогда мы обсуждали, что, весьма вероятно, преступник наступил на коврик и оставил свои следы. Физико-химическая лаборатория очень быстро подготовила для нас вещественное доказательство, которое лежит прямо тут.
– Ну и что же там такое?
– Желтое – это просо, чаще всего используемое в качестве корма для птиц. А черное – угольный шлак, который обычно продается в брикетах. Другими словами, в месте, где находится убийца, есть птицы и угольные брикеты для розжига. Начальник фирмы не разводит птиц, тогда почему на ботинках просо? Городские не топят квартиры угольными брикетами, тогда почему на ботинках шлак?
Во время нашего разговора из лаборатории пришел ответ: «ДНК подозреваемого не совпала с генетическим следом на месте преступления».
– На данном этапе сложно судить о том, насколько марля и коврик связаны с убийством, – сказал руководитель Чжан. – Ваши рассуждения имеют логику, но она мало чем подкреплена, поэтому мы пока не можем отпустить его.
– Я полностью уверен в своей правоте, – сказал я. – Но отпускать или не отпускать – дело ваше.
– А за что еще могли убить врача? – задумался следователь. – У клиники не так много денег, чтобы имело смысл заранее планировать покушение…
– Есть еще одна причина, – сказал Линь Тао, стоя в дверном проеме. – Убийца, возможно, увидел в клинике нечто, за что был готов убить.
– Нечто? – Следователь удивленно посмотрел на загадочно ухмыляющегося криминалиста.
Пока я спал, он осматривал место преступления. Его самодовольный вид ясно говорил: он что-то нашел.
Линь Тао медленно зашел за трибуну, не спеша хвастать своими заслугами, сделал глоток воды, а после вставил флешку в компьютер и вывел на большой экран фотографии, которые только что сделал.
– Во второй половине дня мы сосредоточили все свое внимание на кладовой. И хотя пол в ней непригоден для выявления отпечатков подошвы, старина Цинь напомнил мне, что там полно вещей, которые могли бы сохранить какие-то следы. Изучив тонкий слой пыли повсюду, мы поняли: в кладовке недавно кто-то все переворошил.
– Как вы исключили самого врача из «ворошителей»? – спросил я.
– Очень просто. Погибший врач имел очень полезную
