пахло яичницей, дешевым кофе и подгоревшей кашей. Призрак Рэдж, строгий, черный, красивый, был здесь совершенно не к месту.
Да и был ли он вообще? В подъезде я ее больше не видел и понятия не имел, куда она пошла… Я даже не мог утверждать, что это действительно была она. Глаза никогда раньше меня не подводили, но и в такой ситуации я раньше не был. Я в эти дни думал только о Рэдж, я все готов был отдать, чтобы ее вернуть. Вдруг из-за этого воображение само подкинуло мне ее образ, чтобы не самоубился ненароком?
Но даже с таким вариантом я не собирался отступать. Как будто у меня так много дел! Нет, еще может оказаться, что Рэдж здесь… Дом был большой, каждая лестничная площадка выводила меня к длинному коридору, в котором соседствовали шесть квартир. Ломиться в каждую из них я не собирался, однако открыл на мобильном фото Рэдж и показывал его всем, кого встречал на лестнице. Даже отдаляясь от ступеней, я не упускал их из виду, чтобы вовремя заметить Рэдж, когда она будет спускаться вниз.
Сначала все шло типично и безнадежно: все, что я видел перед собой, было предсказуемым. Я не ждал никаких странностей… А они все равно появились.
Первым, что я заметил, был запах. Бытовая мешанина из еды, хлорки и дешевых парфюмов рассеивалась, уступая место чему-то несравненно худшему, гнилостно-сладковатому и не похожему ни на что. Разве что на трупный запах, с ним-то я был плохо знаком, но подозревал, что и он отличается. Было ощущение, что такая вонь появляется, лишь когда умирает и загнивает всё без исключения.
Я никак не мог понять, откуда исходит эта вонища, ведь вокруг было вполне чисто. Но скоро изменилось и это. Света на лестнице становилось все меньше, грязи — все больше. Черные комья, забившиеся по углам, и какая-то непонятная плесень на стенах, и паутина на потолке, покрытая пушком серой пыли. Как будто на этих этажах, верхних, и не жил никто.
А может, и правда не жил? До меня только теперь дошло, что я довольно давно не встречал здесь людей. Они же должны быть, больше, чем раньше, самый час пик! Но не хлопали двери и не звучали голоса, а сверху веяло сырым холодом, так не похожим на свежую морозную зиму за стенами дома…
Не хотелось мне туда идти. Вот совсем. Дом загнивал прямо передо мной, и инстинкт самосохранения упрямо шептал мне, что Рэдж не могла пойти в такое место. А вдруг пошла? Она не побоялась, а я что же? Получается, я снова брошу ее тут!
Да и вообще, что здесь может быть страшного? Всего лишь в нормальном доме поселилась семейка маргиналов, вот и портит атмосферу — во всех смыслах. И не более того! Это многоэтажка в тихом городке, а не логово маньяка.
Но сколько бы я ни повторял себе, что все на самом деле круто, легче от этого не становилось. Когда я добрался до очередного этажа, передо мной открылся непривычно длинный коридор — совсем не такой, как предыдущие. Он тянулся далеко вперед, на долгие десятки метров, и упирался в едва различимое окно, за которым мерцал белесый свет.
Только света там быть не могло — еще далеко до рассвета… Может, фонарь? Но фонари здесь не такие, да и высоковато для него… Впрочем, сияющее окно — меньшая из моих проблем, оно-то далеко. Куда ближе находятся два ряда одинаковых дверей.
Они были сделаны из дерева — почти черного, будто бы сгнившего. Обшарпанные двери, с трещинами, сколами и следами то ли ногтей, то ли когтей, то ли крысиных зубов. Рядом с ними по стенам расползалось нечто темное, скользкое, превосходящее даже плесень и будто бы влажное, хотя воды я здесь не видел.
Это было больше, чем покинутые квартиры. Это было нечто нежилое по умолчанию, источающее смрад и отталкивающее от себя кого угодно. Как можно оставаться по соседству с этим… под этим? Неужели другие люди смогли с таким смириться? Я не представлял как. Я поспешно замотал лицо шарфом, но дышать все равно было тяжело, а глаза слезились, как от едкого дыма.
Хотелось просто развернуться и бежать, и не только для того, чтобы сделать свободный вдох. Нет, вонь и духота — это еще полбеды. Гораздо больше меня напрягали звуки, доносящиеся из-за плотно закрытых дверей. Там что-то грохотало, клокотало, как бурлящая грязь, а иногда тяжело, грузно переваливалось. Совсем не ритмично, как будто откормленная бесформенная тварь силится найти путь к выходу, а за выходом — я…
Нет, опять придумываю лишнее. Всему есть логичное объяснение, всему без исключения. Это просто аварийный этаж. Стену в коридоре снесли, соединив его с соседним подъездом, поэтому он кажется таким длинным. Квартиры гнилые, потому что за ними никто не следит. Грохот внутри — это строительные работы. А бледный свет за далеким окном — просто прожектор.
Можно все на свете ногой впихнуть в стандарты привычной реальности, если очень хочется.
Я пересилил желание уйти и шагнул в длинный коридор. Пол был настолько грязный, что ботинки прилипали к нему, так что касаться покрытых темной слизью стен я и вовсе не собирался. Я шел не к ним и даже не к квартирам, за которыми что-то ползало и металось. Я шел к окну.
Это был самый простой способ проверить мою наспех состряпанную теорию и вернуть реальность к норме. Я не мог выяснить, сносили ли тут стены,
