бутылку к его губам.
После нескольких глотков дыхание профессора немного успокоилось, а глаза медленно открылись. Эти глаза, некогда такие острые и проницательные, теперь казались стеклянными и пустыми. Их взгляд обратился на Фан Му. И лишь спустя несколько секунд профессор узнал его.
— Это ты?
— Да, профессор Цяо. Это я, Фан Му. Как вы здесь оказались?
Профессор покачал головой, и его губы сложились в горькую улыбку.
— Лучше не спрашивай. — Он вздохнул. — Я старый… старый дурак. Думал уговорить его сдаться. Верил, что он все тот же прилежный ученик, каким был когда-то.
— Вы имеете в виду Сун Пу, да?
— О? Так ты уже знаешь? — Цяо помолчал, а потом засмеялся тихонько: — Значит, я в тебе не ошибся…
— Поберегите силы. Я вытащу вас отсюда!
Усадив профессора поудобнее спиной к решетке, Фан Му встал и принялся исследовать клетку. Вместе с пленником она весила больше ста килограммов — ее невозможно было сдвинуть с места, не говоря уже о том, чтобы поднять со дна резервуара и затащить на первый этаж. Надо было как-то взломать замок, вытащить профессора Цяо, а потом решать, что делать дальше.
Фан Му взвесил замок в руке. Эта штука была тяжелой. Вытащив нож, он вставил острие в скважину и легонько повертел — нет, не сработает. Замок ему не открыть, а острие может отломиться.
Он поднял зажигалку и огляделся. Резервуар был пуст; поблизости не нашлось ничего, чем можно было бы сбить замок.
Немного поразмыслив, Фан Му вспомнил о тюремных камерах, заставленных сломанной мебелью, на первом этаже. Наверняка там есть какие-нибудь металлические перекладины — например, в основаниях столов. Опустившись на корточки перед профессором Цяо, он сказал:
— Подождите минутку. Я пойду поищу что-нибудь, чтобы открыть клетку.
Но, прежде чем юноша договорил, наверху раздался шум.
В проем ударил луч яркого света, нацеленный в лицо Фан Му.
Ослепленный, тот прикрыл глаза ладонью и задрал голову.
В прямоугольное отверстие люка бил свет прожектора.
В бункере кто-то был.
Фан Му сумел разглядеть смутный силуэт мужчины.
— Кто вы?
Сердце отчаянно колотилось у него в груди. Может, это полиция?
Мужчина не ответил — только мрачно усмехнулся.
Ледяная рука сжала сердце Фан Му. Он понял, кто стоит наверху.
Прежде чем юноша успел среагировать, в люк полилась жидкость с резким отвратительным запахом.
Фан Му инстинктивно отшатнулся, но жидкость успела брызнуть ему на рукав. Профессору Цяо прятаться было негде — он промок насквозь.
Фан Му поднес рукав к носу и понюхал. По его спине побежали мурашки.
Бензин.
Мужчина наверху исчез; люк опять был пуст. В него струился слабый свет; это было похоже на глаз, прищурившийся на Фан Му с дьявольскими намерениями.
Юношу обуял смертельный страх. Он подкрался к клетке.
— Профессор Цяо…
— Не приближайся!
Фан Му замер на месте, не осмеливаясь шевельнуться и тем более щелкнуть зажигалкой.
В темноте он вглядывался в клетку, стоявшую в паре шагов от него. Ему было видно, что профессор Цяо выпрямил спину и глаза его ожили — он как будто решил сложную задачу.
Спустя несколько секунд профессор заговорил.
— Фан Му, — сказал он, постучав по прутьям клетки. — Ты ведь некогда присутствовал при том, как несколько человек сгорели заживо?
Пораженный, юноша мог лишь подтвердить:
— Да.
Профессор усмехнулся.
— Вот, значит, в чем дело, — пробормотал он себе под нос. — Неудивительно, что он держал меня живым столько времени…
Голос его стал громче.
— Фан Му, ты сделаешь то, что я тебе скажу?
— Да.
— Хорошо. Сун Пу скоро вернется. Подойди ближе и слушай меня. — Профессор Цяо заговорил медленнее, с расстановкой: — Когда-то я отругал тебя за то, что ты помог полиции расследовать преступление. Помнишь?
— Помню.
— Я стар… так стар, что не осмеливался позволить любимому студенту испробовать свои силы. Все потому, что я боялся повторить прошлую ошибку.
Профессор Цяо сделал паузу.
— Да-да, я ошибся, признаю. Вы с Сун Пу очень разные. Поэтому ты обязательно должен выбраться отсюда живым. Что бы ни случилось, ты должен его остановить.
— Профессор Цяо…
— Ты слушаешь? — рявкнул тот во весь голос.
— Слушаю. — Фан Му кивнул, погружаясь в бездну отчаяния.
— Ты хороший мальчик. — Кажется, все силы профессор потратил на эту последнюю вспышку; теперь его голос звучал все тише и тише. — Теперь иди. Выбирайся отсюда. Скорее.
У Фан Му навернулись на глаза слезы от осознания того, что они говорят с профессором Цяо в последний раз. Он отступил на шаг и помутившимся взором увидел, как тот откинулся на прутья клетки.
Фан Му подбежал к нему и упал на колени.
— Профессор Цяо, профессор Цяо… — Слезы лились по его щекам горячим потоком. — Я не могу бросить вас здесь одного!
— Значит, ты не послушаешься меня? — спросил профессор неожиданно ласковым тоном. — Ты что, плачешь? Похоже, ты не такой необыкновенный, как мне казалось…
Морщинистая костлявая рука коснулась в темноте лица Фан Му.
— В смерти нет ничего страшного, — мягко произнес профессор. — Гораздо страшнее жить без души. Сун Пу — бездушный человек. Вот в чем разница между ним и тобой. А теперь иди и сделай то, что должен сделать. Примени свои методы.
Наверху раздался оглушительный хохот.
Фан Му поднял голову. В просвете люка опять появился темный силуэт.
Мужчина поднял руку, и за ней потянулся огненный шлейф. Он держал ком горящей бумаги.
— Нет!
Словно в ответ на крик Фан Му, полыхающая масса выпала у мужчины из ладони.
С расширившимися от ужаса глазами юноша глядел, как бумага летит вниз, рассыпая искры, и те пляшут в воздухе завораживающий танец смерти.
Какая-то мощная сила толкнула его в грудь, отбросив к противоположному борту.
Горящий ком попал между прутьев клетки.
Там вспыхнул огненный шар, осветив бункер до последнего, самого темного, уголка.
Профессор Цяо коротко вскрикнул и больше не издал ни звука. Он корчился в бушующем пламени, еще пытаясь цепляться за решетку, извиваясь всем телом.
С того места, куда его отбросило, Фан Му с раскрытым ртом смотрел, как профессор Цяо гибнет в огне.
В воздухе поплыл запах паленого мяса… тот самый, давно знакомый.
Запах смерти.
Внезапно все вокруг Фан Му исчезло. Бункер, клетка, профессор Цяо — все сгинуло без следа…
* * *
Он стоял в коридоре, охваченном пожаром.
Двери по обеим сторонам от него горели. Он видел обугленные, скорченные тела Четвертого Брата и Ван Чжан в комнате 352.
Где я?
Кто-то медленно отступил от стены. Это была Сун Мей. Она больше не выглядела как человек — из ее рук торчали голые кости. Обрывки одежды,
