все в порядке?
— Прошу прощения, но был вынужден вас покинуть. Сколько прошло времени?
— Господи! Вы что, оглохли? Этот сумасшедший творит с Биллом нечто ужасное.
— Доктор Келли…
Нора забилась в своих оковах. Ей казалось, что ужас физически овладел ее телом.
— Спасите меня!
— Доктор Келли, — произнес Пендергаст нейтральным тоном. — Успокойтесь. Мы можем кое-что предпринять. Но прежде вы должны успокоиться.
Нора перестала биться.
— Прислонитесь к стене. Закройте глаза. Дышите глубоко и ритмично.
Голос звучал медленно — почти гипнотически.
Нора закрыла глаза и, стараясь отогнать ужас, стала дышать как можно медленнее.
В помещении воцарилась продолжительная тишина, которую первым нарушил Пендергаст:
— Вам лучше?
— Не знаю.
— Продолжайте дышать. Только медленно.
Нора последовала его совету.
— Как теперь?
— Лучше. Что с вами случилось? Вы меня действительно напугали. Я подумала…
— На объяснения нет времени. Вы должны мне верить. А теперь я попытаюсь снять с вас цепи.
Нора очень хотела в это верить, но у нее ничего не получалось. Она услышала какой-то стук и звон, после чего снова наступила тишина.
Девушка напряженно прислушалась. Что он делает? Неужели его покинул разум?
А затем она вдруг ощутила, что ее взяли за локоть, а рот накрыла чья-то ладонь.
— Я освободился, — прошептал Пендергаст ей в ухо. — Скоро освободитесь и вы.
Нора не могла поверить своим ушам. Ее начала бить дрожь.
— Расслабьте все члены. Расслабьте полностью.
Девушке показалось, что он легонько поглаживает ее руки и ноги. Затем она почувствовала, как оковы соскользнули с ее конечностей. Это было похоже на чудо.
— Как вам…
— Позже. Какие туфли вы носите?
— Но почему…
— Отвечайте на вопрос.
— Дайте подумать. Фирма «Балли». Черные. Каблуки низкие.
— Я собираюсь позаимствовать одну из них.
Нора почувствовала, как узкая рука Пендергаста сняла с ее ноги туфлю. Раздался легкий треск, затем какой-то металлический звук, после чего обувь снова оказалась на ее ноге. Потом Нора услышала негромкое постукивание. Создавалось впечатление, что Пендергаст бьет одним металлическим наручником о другой.
— Что вы делаете?
— Прошу вас соблюдать полную тишину.
Несмотря на все усилия, ею снова овладел ужас. Вот уже несколько минут до нее извне не долетало ни звука.
— Билл… — с трудом подавив рыдание, прошептала она.
На ее руку опустилась холодная сухая ладонь Пендергаста.
— Что произошло, то произошло, — сказал он. — А теперь я попрошу вас слушать меня очень внимательно. Отвечайте «да» пожатием моей руки. Не произносите ни слова.
Нора слегка сжала его руку.
— Мне необходимо, чтобы вы были сильной. Должен сказать, что, по моему мнению, Смитбек уже мертв. Но здесь остались еще два живых существа, жизни которых необходимо спасти. Это вы и я. Мы обязаны остановить этого человека, кем бы он ни был. В противном случае умрет очень много людей. Вы меня понимаете?
Нора пожала его ладонь. Когда самые ужасные страхи нашли подтверждение в его словах, ей почему-то стало немного легче.
— В подошве ваших дорогих туфель была металлическая планка, из которой я изготовил кое-какой инструмент. Теперь мы сможем покинуть нашу тюрьму в мгновение ока, так как запор, по моему мнению, сложностью не отличается. Но вы должны быть готовы делать то, что я вам скажу.
Она снова пожала его сухую ладонь.
— Но прежде вам следует кое-что узнать. Теперь мне известно, чем занимался Энох Ленг. Продление жизни вовсе не являлось его конечной целью. Долгая жизнь была нужна ему как средство. Его планы были значительно грандиознее, чем простое увеличение продолжительности жизни. Но для того, чтобы эти планы реализовать, требовалось несколько жизненных циклов. Он тратил столько усилий для продления своей жизни только для того, чтобы успеть реализовать другие цели.
— Но что может быть важнее продления жизни? — с трудом спросила Нора.
— Тише… Не знаю. Но это меня страшно пугает.
Наступила тишина. Нора слышала лишь ровное дыхание Пендергаста. Затем он снова заговорил:
— Каким бы ни был этот план, ответ можно найти только в этом доме.
Он ненадолго умолк, а затем продолжил:
— Теперь слушайте меня предельно внимательно. Я сейчас открою дверь нашей камеры и отправлюсь в операционную Ленга, где мне предстоит встреча с человеком, который занял его место. Вы задержитесь здесь на десять минут — не больше и не меньше, а затем пройдете в операционную. Как я уже сказал, Смитбек скорее всего мертв, но в этом еще предстоит убедиться. К тому времени неизвестный и я покинем операционную. Ни в коем случае не преследуйте нас. Что бы вы ни услышали, не пытайтесь спешить на помощь. Помощь мне не нужна. Наша встреча с этим человеком должна дать ответ на все вопросы. Она будет решающей, и один из нас ее не переживет. Другой вернется. Будем надеяться, что им буду я. Вы все поняли?
Нора слегка сжала его ладонь.
— Если Смитбек еще жив, сделайте все, что в ваших силах. Если помочь ему невозможно, выбирайтесь из подвала и дома. Как можно скорее. Найдите ведущую наверх лестницу и выбирайтесь через окна второго этажа. Боюсь, что все выходы на первом этаже надежно заблокированы.
Нора ждала, что последует за этим.
— Может случиться так, что мой план провалится и вы найдете меня мертвым в операционной. В этом случае бегите. Бегите изо всех сил. Сражайтесь за свою жизнь, а если увидите, что вам это не удается, убейте себя сами. В противном случае вас ожидает ужасная участь. Гораздо хуже смерти. Вы способны на это?
Нора подавила рыдание и сжала ладонь Пендергаста.
Глава 3
Человек с удовлетворением осмотрел разрез на спине объекта. Это была отличная работа, которая наверняка получила бы самую высокую оценку на медицинском факультете.
Газетчики нарекли его Хирургом. Ему нравилось это имя. И, глядя на разрез, он думал о том, насколько уместным было это прозвище. Да, анатомию он определил точно. Первоначально был произведен длинный вертикальный надрез вдоль позвоночника. Точный, уверенный разрез кожи. Затем он углубил разрез, пройдя подкожный слой вплоть до фасции, ставя зажимы на сосуды и зашивая самые крупные из них викриловой нитью номер три. Открыв фасцию, он с помощью специального инструмента освободил от мышечной ткани остистые отростки. Человек так долго любовался своей работой, что операция затягивалась. Парализующее действие препарата ослабело, и материал возобновил борьбу, сопровождая ее неприятными стонами. Но это не мешало Хирургу продолжать работу все так же тщательно и методично, как и до этого.
Когда он счищал остатки мягкой ткани, взору стал постепенно открываться позвоночный столб. Хирург достал из кюветы с инструментами еще один самофиксирующийся зажим и вернулся к
