Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 55
Она кивнула.
– Так почему же ты не позвала их на помощь, когда он принялся избивать твою подружку?
– Я так и сделала. Когда он взбесился и заорал на Мими, я спустилась по лестнице и начала искать Хогана, да и всех остальных.
– Хогана?
– Он самый большой. Он у нас как глава семейства.
Котлета нахмурился.
– Если бы я не пошла за помощью, может, он бы ничего и не сделал. Может, я сама помогла бы Мими от него отвязаться.
– И ты нашла Хогана?
– Нет, он как сквозь землю провалился. Там была пара девочек, но они не захотели пойти со мной на крышу.
– Ну, а Котлета?
– Его я тоже найти не могла. Я вернулась туда одна, но мужик уже ушел, а Мими…
Она заплакала, ее затрясло.
– Ты уверена, что все оно так и было? Уверена, что отправилась за подмогой? Я хочу сказать, ты ведь была под дозой. Ты уверена, что на самом деле спустилась по опасной лестнице с крыши, а потом самостоятельно поднялась обратно?
Она наклонила голову, уперлась в грудь подбородком.
– Посмотри на меня, детка, – ласково сказал Канаан – именно тем тоном, которым успокаивал некогда маленькую племянницу, если она пугалась своего дядюшки Айзека. – Я не собираюсь кричать на тебя. Никто не собирается кричать на тебя. Я хочу сказать, нам необходимо всего лишь разобраться. Что конкретно ты помнишь?
– Я ничего не помню, – пробормотала она.
– Ты уверена, что этот мужчина ушел, пока ты ходила привести кого-нибудь на помощь?
Канаан провел рукой возле самой ее щеки, словно собираясь погладить, но Хулигэн сгреб его за плечо и оттащил в сторону, чтобы самому подобраться поближе. Он разинул рот, готовясь заорать на нее, терпение у него лопнуло.
Канаан, в свою очередь, извернулся и оттолкнул Хулигэна.
– Отвали от нее. Ее нельзя было выпускать из больницы. Надо было продержать там, как минимум, до утра.
– Отвали, мудак, – сказал Хулигэн.
– Девочка в шоке, – ответил Канаан.
– Наплевать мне, в шоке она или нет.
Они стояли друг против друга, стояли вплотную.
– Она ничего не помнит.
– Она еще не оправилась от наркотика. Может быть, это был ЛСД. А может, и игла.
– Это не имеет значения. Ей надо отдохнуть. Хулигэн опустился в кресло, откинулся на спинку.
– Черт побери, Канаан, ты ведь даже не католик. Так какого хера ты разыгрываешь из себя святого?
Кровотечение не останавливалось. Все знают, что рваная рана на лбу кровоточит сильнее и выглядит хуже, чем на самом деле оказывается опасна. Вот она и кровоточит. И, стоит ему убрать со лба носовой платок, кровь сразу же заливает глаза.
И болит она тоже сильно. Он ощупал карманы в поисках таблеток, которые подсунула ему дамочка на вечеринке у Хобби. Нет, ничего не осталось… Прошлой ночью он все роздал малолетним шлюшкам.
По Западной авеню – то есть по главной магистрали, на которой торгуют наркотиками, – ему в таком виде идти явно не следовало. С первой же патрульной машины заметят, что у него хлещет кровь, и заберут его в участок, потому что заняться им сейчас все равно нечем.
Конечно, все это останется позади, стоит ему найти травмопункт, который как он смутно припоминал, должен был быть где-то поблизости. Промоют рану, наложат пластырь, может быть, даже шов. Нельзя же разгуливать по городу, когда из головы у тебя хлещет кровь.
Он не услышал, как сзади к нему приблизилась, а затем и притормозила машина. Он понял, что что-то происходит, только услышав стук дверцы. Затем мимо него проехала патрульная машина и остановилась футах в двадцати спереди от него. Тогда он обернулся. Из той машины, что притормозила сзади, вылез водитель и тоже двинулся навстречу ему.
– Доброе утро, сэр. Вы, наверное, так порезались во время бритья?
– На меня напали в аллее.
– Вы гость города?
– С чего вы взяли?
– Мне показалось, у вас акцент. Вы, случаем, не из южных штатов?
– Из Кентукки.
– Что ж, нормально. И у нас проездом?
– Подумываю о том, не поселиться ли здесь.
– Надеюсь, этот прискорбный эпизод не отвратит вас от нашего чудесного города. Не будете ли так добры подойти к патрульной машине и положить руки на крышу?
– Не понимаю, чего ради. На человека напали, и вы его тут в Калифорнии так защищаете?
– Мы собираемся защитить вас, сэр. Так что не судите о нас неверно. А моя последняя просьба представляет собой элементарную предосторожность. И вы ведь сами это понимаете, не правда ли?
– Если я положу руки на крышу, мне все лицо зальет кровью.
– Запрокиньте голову, сэр, и мой напарник, офицер Шелли, позаботится о том, чтобы кровь не лилась, пока я проверю ваши документы.
Второй полицейский, опустив руку на плечо Нигеру, сказал:
– Пожалуйста, не пререкайтесь, сэр. Сделайте то, о чем вас попросил офицер Крамп. Это займет какую-то минуту, а потом мы отвезем вас куда-нибудь, где позаботятся о вашей травме.
Янгер подошел к патрульной машине и положил руки на крышу, запрокинув голову, чтобы кровь не хлынула ему в лицо. Второй полицейский достал чистый носовой платок из собственного кармана и приложил его ко лбу Янгера.
– А почему вы вообще остановились? – спросил Янгер. – Ведь сзади не видно, что я ранен.
– По вашей походке, сэр, было видно, что вы несколько не в себе.
– А это еще что такое, – воскликнул Крамп, извлекая из кармана у Янгера выщелкивающийся нож.
– Нож, – сказал Янгер.
– Сам вижу, что нож. Я спрошу иначе. А зачем он вам, собственно говоря?
– В моих родных местах все ходят с ножами.
– С какой стати?
– Веревку перерезать, шкурку с кролика спустить, свисток вырезать, ногти почистить. Мало ли что?
– И впрямь, мало ли что. Возможно, у вас там так действительно принято, но в нашем штате выщелкивающиеся ножи считаются запрещенным холодным оружием.
Янгер понимал, что их учтивость и изысканные выражения это всего лишь прикол. Никто так не предубежден против пришлых, как полицейские. И их можно понять: от чужаков, как правило, бывает больше неприятностей, чем от аборигенов. А поскольку Лос-Анджелес – это город иммигрантов, здешние полицейские ненавидят практически всех. В патрульной машине заговорило радио. Сухой, странно механический голос полицейского диспетчера сообщил о нападении с применением холодного оружия в пивной "У Вики". Крамп, ухмыльнувшись, снял с крючка микрофон.
– Триста двадцать первая мобильная группа. Офицер Крамп. Какого рода оружие?
– Бутылочная «розочка» и нож. Это вас интересует?
– Мне кажется, мы задержали преступника.
К радиоразговору подключилась еще одна патрульная машина. Мобильная группа заехала к "У Вики", сняла письменные показания и проверяет личности свидетеля и потерпевшей.
Офицер Крамп снял с пояса пару наручников.
– Хочешь надеть на него? – спросил Шелли.
– Согласно Уставу.
– Наденешь на него наручники, так он кровищей все зальет. А потом…
Шелли мог и не договаривать. Крамп и сам знал, что все задержанные тут же начинают жаловаться на бесцеремонное, а то и безжалостное обращение.
– Тогда тебе придется сесть с ним на заднее сиденье, – сказал Крамп.
– Не возражаете, сэр, если я посижу с вами на заднем сиденье? – спросил Шелли у Янгера.
– А пошел ты на хер, – угрюмо возразил Янгер, уже сообразивший, что влип.
– Разве не удивительно, с какой скоростью пришлый люд усваивает модные словечки, – сказал Шелли, ощупывая лоб Янгера, чтобы убедиться в том, что никаких других увечий у него на момент задержания нет.
– Перерыв? – предложил Хулигэн.
Он поднялся с места и подошел к полке, на которой стояли кофейник и несколько разнокалиберных и немытых чашек. Канаан последовал за ним.
– Ну, как тебе кажется? – Хулигэн налил себе полчашки. – Вред эта сиповка или говорит правду?
– Не думаю, что она знает всю правду.
– То есть тебе кажется, что она нам лжет? Хулигэн отхлебнул кофе.
– Я этого не сказал.
– Вот блядство! Совершенно холодный.
– Я сказал, что она, возможно, не знает всей правды. Может быть, не может в точности вспомнить смысл или последовательность случившегося.
– Значит, ты не думаешь, что она лжет?
– Этого я тоже не сказал. Я сказал, что она, возможно, сама не знает, где правда, где ложь.
– Но не стала бы она врать, покрывая мерзавца, который подобным образом расправился с ее подругой?
Хулигэн отставил чашку.
– Может, ей проще повести себя так, чем нам довериться. Но, повторяю, возможно, она действительно ничего не помнит.
– Из-за наркотика?
– Или из-за наркотика или какой-нибудь другой блокировки памяти.
– Ты веришь в такую херню?
– Ты где учился? Никогда не слышал об избирательной амнезии? Или о шоке?
– Ну, так что же нам делать?
– Основательно допросим ее еще раз. Может, найдем какую-нибудь ниточку, а может, и нет. Если это не сработает, пригласим на беседу с нею полицейского психиатра.
Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 55
