Зоя Федоровна словно прочла ее мысли.
– Даже одна книга в библиотеке стоит немало, а их там сотни. Да еще антикварная посуда, мебель… А мои украшения? Их несметное количество собралось за годы совместной жизни с Наумом. Показать?
– Не надо, верю! – поспешно откликнулась Настя, подумав, что такими темпами она вообще не уйдет отсюда никогда.
– Ладно, поверь на слово. У меня на душе наболело, и я сейчас очень искренняя. Наум Борисович не отличался нежностью и проявлением чувств, но он был человеком с хорошей памятью и на каждый праздник, на каждую дату, которую мы отмечали, дарил мне по золотому ювелирному украшению. Ему было так удобно, а зарплата позволяла быть щедрым. Так что можешь себе представить, сколько у меня всего скопилось за сорок-то лет совместной жизни…
– Представляю.
– Вот именно. Сама даже боюсь иногда… И не помню, что есть. Ну зачем они в моем возрасте? Куда я пойду? Спина больная и ноги… Целый сундук у меня, как сокровища у пиратов. Слушай, а давай я тебе горсть подарю? – внезапно оживилась вдова.
– Да вы что?! Зоя Федоровна, в самом деле! Что значит горсть? Какая может быть горсть? – удивилась Настя.
– Так у меня все так запущено, что можно брать горстями. Зачем мне они? На тот свет с собой не заберешь… Вот ты – славная девушка. Я же могу тебе подарить некоторые украшения? Просто потому, что так хочу! Идем, выберешь, что захочешь! – уговаривала Настю Зоя Федоровна, но та на этот раз отказалась очень категорично. Хозяйка вздохнула. – Вот и Петр был всегда такой же скромный. Тарелку супа лишнюю не съест, – пробубнила про себя Зоя Федоровна с большим сожалением в голосе.
Единственно, что в гостиной, куда хозяйка привела Настю, было современным, так это жидкокристаллическая телевизионная панель, домашний кинотеатр, который совсем не вписывался в интерьер.
– Подарок Петра, – перехватила ее взгляд Зоя Федоровна. – На прошлый день рождения спрашивал, что мне подарить, а я ответила, что хочу телевизор побольше, чтобы видеть могла хорошо. Вот и привез… Не знаю, наверное, дорого стоит, я и не думала, что он такой крутой купит. Петр всегда был очень внимателен ко мне.
– Интересная вы женщина… – засмеялась Настя.
– Спасибо, сочту за комплимент, – разгладила на круглом столе ажурную салфетку ручной работы Зоя Федоровна и искоса посмотрела на Настю. А потом, понизив голос, старушка вдруг сообщила: – Знаешь, в последнее время меня несколько раз чуть не убили…
После минутного молчания, переваривая неожиданную информации, Настя произнесла:
– Расскажите мне подробно.
– Только пообещай никому не говорить, чтобы меня не сочли сумасшедшей старухой, – попросила Зоя Федоровна.
– Обещаю.
– Я и сама не знаю… Может, к старости такая подозрительная стала? Началось все с пустяка, – с милой улыбкой начала рассказывать Зоя Федоровна в стиле «Ах, какая ерунда…» Но по бледности ее лица и дрожащим рукам Настя понимала, что она очень обеспокоена, даже встревожена. – Пошла я как-то раз по осени в магазин, просто за хлебом, и вдруг прямо на меня, на тротуар, выскочил автомобиль. До сих пор помню жуткий визг тормозов, пронзительный гудок и крики окружающих людей. На какое-то мгновение я даже сознание чуть не потеряла.
– Как же вы спаслись? – ахнула Настя.
– Буквально чудом. Просто мимо проходил один бывший спортсмен – мужчина с очень хорошей реакцией и большой физической силой. Как он успел среагировать и вытащить меня из-под колес, одному Богу известно. Если бы не тот случайный прохожий, меня уже не было бы на свете. Я тогда сильно испугалась. У меня прямо душа в пятки ушла! А машина умчалась в неизвестном направлении. У нее еще номера все грязью заляпаны были.
– Еще бы! Что ж вы себя обвиняете в том, в чем не виноваты? Да на вашем месте любой бы человек испугался!
– Спасибо за понимание. Если бы тот случай был единственный, то ничего страшного. Психика у меня крепкая, я бы восстановилась, но… – Зоя Федоровна отвернулась к окну с тяжелыми атласными портьерами.
– Были и другие случаи?! – ужаснулась Анастасия.
– В том-то и дело… Не могло же мне все привидеться! Пошла я как-то опять на улицу… не помню уже зачем… в магазин или в аптеку… Только ступила на лестницу и все – кто-то выключил свет. Я поскользнулась, полетела вниз, пересчитав все ступеньки, и потеряла сознание от боли.
– Какое несчастье… – искренне проговорила Настя.
– Если бы я стукнулась головой, то повторяю, мы бы с тобой здесь не сидели. Мне опять повезло – удар пришелся на бок, а в результате перелом локтя и шейки бедра. В моем возрасте – это почти приговор, но тогда мне помог Петр. Да и Дима тоже. Пригласили каких-то врачей, прооперировали меня, делали какие-то уколы для быстрого восстановления костной ткани, массажистка приходила на дом и так далее. Поэтому я сейчас хожу, хоть и с палочкой. Думаешь, с каждой могло случиться? Мол, оступилась… И под машину каждый может попасть. Но все дело в том, что на ступеньках была разлита какая-то маслянистая, очень скользкая жидкость. Случайность? А вдруг нет? Пока я лежала в гипсе, то много чего передумала и теперь боюсь выходить на улицу. Глупо, да?
– Даже не знаю, что сказать… Я бы на вашем месте тоже насторожилась, – ответила Анастасия.
– Правда?! – воодушевилась Зоя Федоровна.
– Конечно! Подряд два случая с реальной угрозой для жизни… А вы кому-нибудь говорили о них? Хотя бы Петру? – спросила Настя.
– Пете точно нет! Зачем я его буду озадачивать всякими глупостями? А вот участковому милиционеру пожаловалась. Я же знаю порядки, вот и пошла посоветоваться с ним.
– И что?
– Да ничего! Успокойтесь, говорит, гражданочка, в вашем возрасте волноваться вредно. Как я и боялась, счел за бред старухи. Да ведь и объективно я ему ничего не могла предъявить, ни с какими «черными риелторами» переговоров не вела, ни с какими подозрительными личностями не общалась, никаких подписей нигде не ставила…
– То есть убивать-то вас, по большому счету, было не выгодно никому? – спросила Настя.
– Точно!
– Вернее, я не так сказала: лицо, которому была бы выгодна ваша смерть, не установлено, – поправила сама себя Анастасия.
– Так никому и не выгодно! – развела руками Зоя Федоровна.
– Кому-то все-таки выгодно, если два раза вы чуть не отправились на тот свет, – возразила Настя. – Значит, надо установить заинтересованное лицо.
– А как его установить? – спросила вдова.
– Я сейчас как раз думаю над этим… Кто же сможет нам помочь? Митя улетает… – задумалась Анастасия.
– Кто это? – прервала ее Зоя Федоровна.
– Мой друг, на которого я всегда могла полностью положиться, – пояснила Настя, пребывавшая в задумчивости. – Петр в изоляторе… Константин Львович слишком пожилого возраста, чтобы я втягивала его в такое дело… Знаете, а у меня есть знакомый следователь, вот к нему я обращусь. Может, он нам в чем-то поможет? – воодушевилась она.
– Не отвлекай серьезных людей от работы всякой ерундой, – откликнулась вдова.
– Какая же это ерунда? Надо разобраться, – не согласилась с ней Настя.
– Я так рада, что доверилась тебе! – заулыбалась Зоя Федоровна, как-то сразу расслабившись. – Мне прямо полегчало, просто камень с души. А может, ты останешься со мной? В смысле, жить… Или у тебя есть семья? Я имею в виду, пока Петр в изоляторе, ты можешь жить со мной.
Анастасия, уже открывшая рот, чтобы отказаться, на секунду задумалась. И поняла, что Зоя Федоровна предложила не просто так. «Она же боится! Бедная пожилая женщина смертельно боится, что ее убьют за все ее добро и за квартиру. Она храбрится, размахивает своим страшным и бесполезным оружием, строит из себя опытного следователя, а на самом деле абсолютно одинока и беззащитна!»
– Знаете, мне в последнее время почему-то целая группа людей предлагает жилье… – рассмеялась Настя. – Словно я выгляжу бомжом. Петя тоже предлагал жить в его доме, не требуя взамен даже ждать его. Только как он себе это представлял? Пока он в тюрьме, я живу у него в доме и с тоской зачеркиваю дни в календарике, отмечая, когда хозяин дома выйдет на волю, и мне придется покинуть «теплое гнездышко»? Или я там буду на правах сторожихи хаты? А еще мои друзья постоянно предлагают пожить у них в квартирах…
