числа потенциальных самоубийц. Затем Рой набрал Клио Мори и извинился за то, что ему пришлось отменить сегодняшнее свидание, которого он с нетерпением ждал всю неделю. Клио все поняла и пригласила его попозже, когда он закончит все дела, зайти выпить чего-нибудь, если к тому времени он не слишком устанет.
Кроме того, Рой поручил одному из своих помощников в офисе обзвонить всех членов команды и передать им, что в связи с исчезновением Брайана Бишопа все они должны вновь прибыть в конференц-зал к двадцати трем часам. Затем он связался с «Си-Джи-99» (это был позывной дежурного инспектора по подразделению), чтобы сообщить ему последние новости и попросить дополнительные ресурсы: следовало взять под наблюдение дом Бишопов на Дайк-роуд-авеню, на случай если хозяин попытается проникнуть внутрь.
Вернувшись в «мондео», Грейс прикинул, что делать дальше. Пожалуй, логично было бы поговорить с партнерами, с которыми Брайан Бишоп играл в гольф этим утром, и узнать, не связывался ли он с кем-нибудь из них. И тут у суперинтенданта зазвонил телефон.
Женщина-диспетчер одной из местных таксомоторных компаний сообщила, что полтора часа назад их водитель посадил в машину Брайана Бишопа неподалеку от «Отеля дю Вен».
34
Крис Таррант, ведущий телепередачи «Кто хочет стать миллионером?», подпер рукой подбородок. Публика замолчала. Яркие прожекторы телестудии отражались от немодных больших очков сосредоточенного чудаковатого человека, сидящего в кресле игрока. Ставки стремительно росли. Этот мужчина собирался потратить весь свой выигрыш (если, конечно, он выиграет деньги) на покупку бунгало для жены-инвалида. От напряжения на его высоком лбу выступили капельки пота.
Крис Таррант повторил вопрос:
«Джон, у вас есть шестьдесят четыре тысячи фунтов. – Он сделал паузу, поднял чек в воздух, чтобы все могли видеть, а затем положил его обратно. – Итак, следующий вопрос, на сто двадцать пять тысяч фунтов: в какой из этих стран находится курорт Монастир? Варианты ответов: а) Тунис; б) Кения; в) Египет; г) Марокко».
Камера показала жену игрока: она сидела в инвалидной коляске среди зрителей студии и выглядела так, как будто ее собирались ударить клюшкой для крикета.
«Ну, – проговорил мужчина на экране, – я не думаю, что это в Кении».
Сидя на кровати и глядя в телевизор, Софи отпила из бокала глоток совиньона.
– И не в Марокко, – сказала она вслух.
Не то чтобы Софи очень хорошо знала географию, но однажды она провела неделю отпуска в Марракеше и перед поездкой изучила много материалов об этой стране. Монастир вряд ли находился там.
Окно в комнате было открыто настежь. Вечерний воздух все еще оставался жарким и липким, но, по крайней мере, с моря дул бриз. Софи специально оставила открытыми дверь спальни и окна гостиной и кухни, чтобы создать сквозняк. Слабое раздражающее бум-бум-бум-бум танцевальной музыки нарушало ночную тишину. Наверное, это ее соседи снизу, а может быть, еще кто-нибудь.
«У вас остались еще две подсказки», – напомнил Крис Таррант.
«Пожалуй, я позвоню другу».
Была ли это игра воображения, или она действительно увидела тень, промелькнувшую мимо двери спальни? Софи немного подождала, теперь слушая телевизор вполуха и наблюдая за дверным проемом. Ей вдруг стало страшно. А тем временем участник игры решил позвонить другу по имени Рон. Послышались гудки.
За дверью никого не было. Показалось. Софи поставила бокал, взяла вилку, наколола на нее креветку и кусок авокадо, положила их в рот. И вновь уставилась на экран.
«Алло, Рон? Добрый вечер, это Крис Таррант».
«Здравствуйте, Крис. Рад вас слышать».
Софи сглотнула, и тут снова увидела тень. На сей раз воображение определенно было ни при чем. К двери приближалась чья-то фигура. Она услышала какой-то шорох: не то одежды, не то полиэтилена. Снаружи по улице проехал мотоцикл.
– Кто там? – позвала девушка писклявым от испуга голосом.
Тишина.
«Рон, у нас в студии ваш приятель Джон. Он только что выиграл шестьдесят четыре тысячи фунтов, а теперь нацелился на сто двадцать пять тысяч. Как у вас с географией?»
«Ну, вообще-то, нормально».
«Хорошо, Рон. Итак, Джон, у вас есть тридцать секунд. Время пошло».
«Привет, Рон. В какой стране находится курорт Монастир? Варианты…»
У Софи скрутило желудок. Она схватила пульт и выключила звук. Взгляд девушки снова метнулся к дверному проему, затем к сумочке с мобильным телефоном, стоявшей на туалетном столике вне пределов досягаемости.
Тень слегка подергивалась. Кто-то затаился там, но невозможно стоять не шелохнувшись.
Софи инстинктивно потянулась к подносу. Это было единственное оружие, которым она в данный момент располагала, если не считать маленькой вилки.
– Эй! – позвала она. – Кто здесь?
Затем незваный гость вошел в комнату, и весь ее страх моментально испарился.
– А, это ты! – Софи облегченно выдохнула. – Боже правый, как же ты меня напугал! Ты чего прячешься?
– Я просто не знал, будешь ли ты рада меня видеть.
– Ну что ты, конечно же, я очень рада, – сказала она. – Мне так хотелось поговорить с тобой, увидеть тебя. Как ты? Я… вот уж не ожидала…
– Я принес тебе подарок.
35
Во времена детства Роя Грейса Брайтон и Хов были двумя отдельными городами, в равной степени захудалыми, хотя и каждый на свой манер. А потом они слились, соединенные в довольно странном месте виртуальной границей, настолько хаотичной и нелогичной, словно бы ее нарисовала пьяная коза. Или, что более вероятно, это сделал комитет трезвых градостроителей, у которых, по мнению Грейса, в совокупности было еще меньше мозгов, чем у козы.
В результате возникла городская агломерация Брайтон-энд-Хов. Потратив последние пятьдесят лет на то, чтобы вконец разрушить транспортную систему Брайтона и лишить его легендарную набережную элегантности эпохи Регентства, идиоты-планировщики теперь обратили свою некомпетентность на Хов. Каждый раз, когда Рой проезжал по набережной мимо отвратительного вида отеля «Тистл», «Кингсвеста» с его ужасной позолоченной крышей и Брайтон-центра, обладавшего всем архитектурным изяществом тюрьмы строгого режима, он испытывал неодолимое желание заглянуть в мэрию, схватить парочку чиновников и вытряхнуть из них душу.
Только не подумайте, что Грейс был противником современной архитектуры, вовсе нет. Он восхищался множеством современных зданий, включая так называемый «Корнишон» в Лондоне. Просто не мог спокойно смотреть, как его родной город, который он так любил, постоянно портят посредственности, воцарившиеся в отделе городской архитектуры.
Для случайного посетителя Брайтон становился Ховом на единственной части границы, которая была действительно отмечена довольно красивой скульптурой крылатого ангела, державшего в одной руке шар, а в другой – оливковую ветвь. Фигура эта стояла на набережной и называлась статуей Мира. Сейчас Грейс, сидя на пассажирском сиденье «форда-мондео», разглядывал
