пьяная и под наркотой, начинала выстраиваться в очереди возле ночных клубов.
Большая сумка с логотипом супермаркета «Теско» покачивалась на руке у Скунса, пока он медленно продвигался сквозь плотную толпу, время от времени протискиваясь мимо столиков переполненных кафе под открытым небом. Теплый воздух в центре города был пропитан тысячами всевозможных ароматов. Одеколоны, духи, сигаретный дым, выхлопные газы, оливковое масло со специями, шипящее на сковородках. Мысли его витали где-то далеко, он полностью отключился от болтовни, смеха, цоканья высоких каблуков по брусчатке, грохота музыки, доносившейся из открытых дверей и окон. Нынче вечером Скунс лишь краем глаза замечал часы «Ролекс» на загорелых запястьях, бриллиантовые броши, ожерелья и кольца, а также характерные выпуклости на мужских пиджаках и куртках – там, где лежит пухлый бумажник.
Сегодня в сети шла рыба покрупнее.
Продвигаясь по Фаст-стрит, Скунс чувствовал себя так, будто плывет сквозь надвигающийся прилив. Свернув направо и миновав ресторан мексиканской кухни в переулке за отелем «Тистл», он затем свернул еще раз и направился вдоль набережной. Обойдя девочку-подростка, которая, громко всхлипывая, скандалила с лохматым парнишкой, Скунс прошел мимо «Старого корабля», Брайтон-центра, шикарных отелей «Гранд» и «Метрополь» – ни в одном из них он никогда не был. Наконец, весь потный, добрался до Ридженси-сквер.
Избегая въезда на парковку, где сидел служащий, Скунс поднялся наверх, а затем спустился по вонявшим мочой бетонным ступеням в центр второго уровня автостоянки. Он уже предвкушал, как на деньги, которые получит после выполнения этого заказа, купит себе пакет желтого, а потом отправится в ночной клуб и еще что-нибудь там раздобудет. Все, что ему нужно было сделать, это отыскать машину, соответствующую пожеланиям покупателя, которые были записаны на мятом листе бумаги, что он хранил в кармане брюк.
В сумке лежал набор номерных знаков, скопированных с авто, которое Скунс видел раньше. Если он найдет подходящую машину – новый «Ауди А-4» с откидным верхом, автоматической коробкой передач, небольшим пробегом, металлик – синий, серебристый или черный, – то поставит на нее эту табличку. Таким образом, если владелец заявит об угоне, полиция будет искать машину с другими номерами.
Здесь почти наверняка обнаружится что-нибудь подходящее. Если нет, то он попытает счастья на другой парковке. В самом крайнем случае поищет на улице. Такие автомобили обычно принадлежат богатым сучкам, а в этом городе нет недостатка в крашеных крутых телках, которые любят прокатиться с ветерком. Он и сам бы не против обзавестись кабриолетом «ауди». Скунс представил себя в какой-то параллельной вселенной, едущего с Бетани по набережной теплым пятничным вечером: в салоне громко играет музыка и пахнет новой кожей.
Когда-нибудь…
Когда-нибудь, в другой жизни, все будет иначе.
Через несколько минут он нашел подходящую машину в дальней части третьего уровня автостоянки. Темный оттенок переливчатого синего или зеленого цвета – трудно было сказать при таком хреновом освещении; черный откидной верх и кремовые кожаные сиденья. Судя по номерам, куплена не больше полугода назад, заключил Скунс. Но, подойдя поближе, он, к своей радости, понял, что «ауди» совершенно новый. Ни единой царапинки!
И хозяин очень кстати поставил его носом к пилону.
Тщательно проверив, нет ли кого поблизости, Скунс подошел к автомобилю и положил руку на капот. Тот был еще горячим. Отлично. Это означало, что машина, по-видимому, приехала сюда совсем недавно. А стало быть, если повезет, пройдет несколько часов, прежде чем ее владелец вернется. Но в качестве меры предосторожности угонщик все же вынул из своей сумки два комплекта номерных знаков и приклеил их двусторонним скотчем поверх настоящих.
Потом Скунс извлек из сумки устройство, которое любой остановивший его полицейский принял бы за пульт от телевизора. Он нацелил его через водительское окно на приборную панель, набрал код, который ему сообщили раньше, а затем нажал зеленую кнопку.
Никакого эффекта.
Скунс попробовал еще раз. На пульте загорелся красный свет, но больше ничего не произошло.
Черт! Он снова осмотрелся, уже более нервно, а затем подошел к передней части машины и опустился на колени возле правой фары. Скрытый машиной и пилоном, он немного расслабился. Это будет несложно. Он проделывал такое раньше как минимум с дюжиной «ауди». Работы максимум минут на пять.
Достав из полиэтиленового пакета отвертку, Скунс начал откручивать ободок правой передней фары. Закончив, он вытащил герметически закрытую фару и оставил ее болтаться на пучке проводов. Потом просунул руку с кусачками в пустое гнездо фары, хорошенько все ощупал, нашел провод сигнализации и перерезал его. После чего начал шарить вокруг, выругавшись, когда случайно коснулся горячего двигателя и обжег костяшки пальцев, пока не обнаружил механизм автоматической блокировки. Затем перерезал провода, отключив его.
Вернув фару на место, Скунс открыл водительскую дверь, отключив мигающие фары – все, что оставалось в арсенале у поврежденной системы сигнализации. Затем поднял капот и присоединил к стартеру катушку зажигания. Двигатель мгновенно сладко взревел и ожил.
Скунс скользнул на водительское сиденье и сильно дернул руль. Затем, к своей радости, обнаружил, что сегодня вечером получил бонус. Владелец любезно оставил талон на парковку на пассажирском сиденье. А Барри Спайкер, тот самый тип, для кого он сейчас выполняет работу, выдал ему целых двадцать семь фунтов, чтобы оплатить штраф за парковку в течение целого дня и беспрепятственно вывезти машину со стоянки. Ха! Этот ублюдок, который вечно корчит из себя самого крутого, даже не предусмотрел подобный поворот!
Через две минуты, раскошелившись всего на два фунта, которые он сунул контролеру, Скунс радостно въехал на машине на пандус, уже имея двадцать пять фунтов прибыли. Он был в таком прекрасном расположении духа, что остановился наверху пандуса, включил музыку погромче и опустил крышу.
Это было не слишком разумно с его стороны.
37
– Ну как твои дела? – настойчиво расспрашивала Софи. – Что случилось? Как…
– Примерь, – резко сказал он, игнорируя ее вопросы. И положил на поднос какой-то сверток.
В сгущающихся сумерках завыла сирена, на мгновение заглушив навязчивое четырехтактное бум-бум-бум-бум танцевальной музыки, которая становилась все более утомительной.
Софи, удивленная и обескураженная поведением любовника, покорно развязала бантик и заглянула в подарочную коробку. Пока что видно было только папиросную бумагу.
Краем глаза она заметила – прочитала по губам, – как Крис Таррант на экране телевизора произнес:
«Это ваш окончательный ответ?»
Нелепый очкарик кивнул.
Желтая рамка на экране замигала вокруг названия «Марокко».
Спустя несколько мгновений мигающий зеленый свет окружил слово «Тунис».
Брови Криса Тарранта поднялись на несколько дюймов.
Женщину в инвалидной коляске, которая раньше выглядела так, будто ее вот-вот ударят крикетной клюшкой, теперь, казалось,
