на светофоре сменился на зеленый. Скунс надавил на педаль, разогнался на полпути через перекресток, а затем резко дернул руль влево и съехал в Лоуэр-Рок-Гарденс, едва не врезавшись во встречное такси. И к своему облегчению, увидел в зеркале, что «вектра» пролетела перекресток.
Скунс на полной скорости несся по улице с викторианскими террасными домами, дешевыми мини-отелями и пансионами. Остановившись на красный сигнал очередного светофора, он заметил сзади быстро приближающуюся «вектру». Теперь последние сомнения в том, что за ним следят, отпали.
Посмотрев в обе стороны, Скунс увидел, что слева от него один за другим едут два автобуса. Выждав до последнего момента, он газанул и обогнал первый из них, несясь со скоростью ветра. Он промчался по Эгремонт-плейс, сделал резкий разворот, с огромным риском обогнал с неположенной стороны замешкавшийся на углу «ниссан», но, к счастью, все обошлось: никто не выехал ему навстречу.
Затем Скунс остановился на перекрестке с оживленной Элм-Гроув и стал напряженно ждать просвета в сплошном потоке машин. Внезапно темноту далеко позади пронзили две яркие фары. Ждать дольше было нельзя, и он свернул направо, поперек движения, пересек разделительную полосу, не обращая внимания на визг тормозов, гудки и мигающие огни, и помчался мимо брайтонского ипподрома, а затем вниз, через пригород Вудингдин.
Скунс подумывал о том, чтобы остановиться, дабы снять фальшивые номерные знаки, вернувшись к настоящим, поскольку владелец «ауди» почти наверняка еще не успел заявить об угоне, однако решил не рисковать, боясь, что «вектра» снова его догонит. Поэтому он продолжил ехать и лишь криво усмехнулся, проигнорировав вспышку камеры слежения, которая зафиксировала превышение скорости.
Десять минут спустя Скунс оказался на проселочной дороге в двух милях от порта Нью-Хейвена. Лобовое стекло густо облепили разбившиеся о него насекомые, а в зеркале заднего вида не отражалось ни одной машины. Он сбавил скорость и свернул направо возле указателя с надписью «Мидс-Фарм».
Через проем в высокой и неровной живой изгороди Скунс вырулил на однополосную щебеночную сельскую дорогу и проехал по ней около полумили в окружении полей, с которых давно уже пора было убрать кукурузу. Через дорогу изредка шмыгали туда-сюда кролики-камикадзе. Он миновал заброшенные массивные сараи, в которых когда-то выращивали кур в клетках, и открытый навес справа, где ржавела давно уже вышедшая из употребления сельскохозяйственная техника. Затем фары высветили прямо впереди него стену огромного обитого железом ангара.
Скунс остановил машину. Свет в здании не горел, снаружи не было припарковано ни одного автомобиля. Ничего такого, что указывало бы на то, что в этот момент здесь велась активная деятельность.
Вытащив из кармана мобильный телефон, он набрал номер, который знал наизусть.
– На месте, – коротко сказал Скунс, когда ему ответили.
Электронные двери распахнулись ровно настолько, чтобы позволить ему въехать, открыв ярко освещенное, похожее на пещеру пространство, а затем мгновенно начали закрываться вновь. Внутри Скунс увидел около двадцати автомобилей, в основном новейшие модели роскошных машин высшего класса. Два «феррари», «астон-мартин», «бентли-континенталь», парочка «рейнджроверов», «порше-кайен», а также несколько менее редких автомобилей, в том числе «фольксваген-гольф», «мазда», классический желтый «трайумф-стэг» и новый «эм-джи-ти-эф». Некоторые выглядели абсолютно целыми, другие же находились на разных стадиях демонтажа. Несмотря на поздний час, четыре механика в комбинезонах трудились вовсю: двое склонились над открытыми капотами, третий лежал на спине под спортивным «лексусом», четвертый устанавливал панель кузова на «рейнджровер».
Скунс выключил двигатель, и музыка смолкла. Вместо этого затрещал какой-то дешевый радиоприемник, из которого донеслась песня Джина, третьесортное старье. Завыла дрель.
Барри Спайкер вышел из своего кабинета со стеклянным окном в дальнем конце здания, разговаривая на ходу по мобильному телефону, и направился к Скунсу. Невысокий, жилистый, бывший чемпион региона по боксу в наилегчайшем весе, с коротко подстриженными волосами и настолько твердым выражением лица, что хоть лед им коли. Он был одет в синий рабочий комбинезон поверх сетчатой майки и шлепанцы. От Барри несло приторным, нестерпимо сладким ароматом какого-то лосьона после бритья; на золотой цепочке на шее висел медальон. Не обращая внимания на Скунса, Барри обошел машину, все еще разговаривая по телефону: спорил с кем-то и, судя по всему, пребывал в отвратительном настроении.
Когда Скунс вышел из машины, Спайкер закончил разговор, а затем, размахивая мобильником, как кинжалом, подошел к нему.
– Что за чертовщина? Мне нужен шестицилиндровый двигатель объемом три и две десятых литра. А ты что за барахло приволок? Двухлитровый ночной горшок. И где только такое отрыл? Надеюсь, ты не думаешь, что я это у тебя куплю?
Сердце у Скунса упало.
– Но ты… ты же ничего не говорил…
Он вытащил из кармана скомканный листок бумаги, на котором утром записал инструкции, и показал его Спайкеру. Там значилось: «Новый „Ауди А-4“ с откидным верхом, автоматической коробкой передач, небольшим пробегом, металлик – синий, серебристый или черный».
– Ты, вообще-то, не предупредил меня про объем двигателя, – оправдывался Скунс.
– Да ты никак с дуба рухнул? С какой стати я должен предупреждать? Это же и так ясно. Если человек покупает дорогую машину, то подразумевается, что и мотор у нее будет соответствующий.
– Она и с этим мотором прекрасно ездит, – возразил Скунс.
Спайкер пожал плечами и снова задумчиво уставился на автомобиль.
– Нет, меня это не устраивает. – У него зазвонил телефон. – Цвет тоже не ахти. – Он взглянул на дисплей, поднес аппарат к уху и резко сказал: – Я занят, перезвоню позже. – И отсоединился. – Шестьдесят фунтов.
– Сколько?! – Скунс рассчитывал на двести.
– Бери или проваливай.
Скунс яростно сверлил Барри глазами. Этот ублюдок всегда находил способ его кинуть. То краска поцарапана, то шины изношены, то выхлопная труба нужна новая. Всегда к чему-нибудь да придирался. Но, по крайней мере, сегодня Скунс получил тайную прибыль, присвоив деньги за автостоянку, отомстив этому хмырю и потешив таким образом свое самолюбие.
– Где ты ее взял?
– На Ридженси-сквер.
Спайкер кивнул. Он тщательно проверял салон, и не трудно было догадаться почему: искал любую отметину или царапину, которую можно было бы использовать, чтобы еще снизить цену. Вдруг глаза Барри жадно сверкнули, заметив что-то под сиденьем. Он открыл дверь, нагнулся, а затем вновь выпрямился, держа в руках небольшой листок бумаги.
Внимательно осмотрев трофей, Спайкер радостно воскликнул:
– Прекрасно! Просто замечательно!
– Что ты там такое нашел?
– Квитанцию на парковку с Ридженси-сквер. Выдана двадцать минут назад. Всего два фунта! Ты молодец, Скунс, что сэкономил. Иначе говоря, ты должен вернуть мне двадцать пять фунтов из той суммы, которую я выдал тебе на расходы.
Скунс проклинал собственную тупость.
39
Слова Брайтона потрясли
