Гадание на свинцовой гуще - Николай Иванович Леонов

— Спокойней, Дима, не дергайся! — прикрикнул на него Гуров. — На этот раз сбежать тебе не удастся. Пошли к машине!

Он повел упирающегося охранника к автомобильной стоянке.

Водитель Николай при виде этой пары несколько растерялся и не сразу сообразил, что надо делать. Сыщику пришлось объяснить ему, что нужно открыть заднюю дверцу. Гуров сел в машину сам, а затем затащил туда охранника Дементьева, который все еще не мог смириться с тем, что его задержали.

Когда все наконец-то уселись, Лев Иванович сначала приказал водителю заблокировать дверцу со стороны арестанта, а затем скомандовал:

— Теперь вези нас к себе на службу, в прокуратуру.

Когда они подъехали к этому зданию, Гуров велел Николаю подняться в кабинет прокурора Прошина и привести его к машине.

Геннадий Прошин оказался человеком сообразительным. Водителю не пришлось долго объяснять ситуацию.

Уже спустя несколько минут он подошел к машине, взглянул на Дементьева, сидевшего рядом с полковником, и спросил:

— Это кто? Один из убийц?

— Я еще не знаю, — ответил Гуров. — Может, он и есть главный убийца, не исключено, что только пособник. Его роль в этих преступлениях мне еще предстоит выяснить. Сейчас я его отвезу подальше от города, допрошу с пристрастием, а там уж подумаю, что с ним дальше делать. Но у меня есть одна проблема. Если я все же решу оставить этого гада в живых… — Тут Лев Иванович всем своим видом изобразил глубокое сомнение в том, что этого типа надо оставлять в живых.

Областной прокурор Прошин включился в его игру и сочувственно покивал.

После этого сыщик продолжил:

— Если я все же решу оставить его в живых, то мне нужно будет место, где его пристроить. Ваш следственный изолятор по вполне понятным причинам меня не устраивает. С ним там произойдет то же самое, что с двумя другими охранниками, Викторовым и Субботиным.

Тут Дима Дементьев вдруг заговорил. Он сделал это в первый раз с тех пор, как Гуров защелкнул наручники на его руке.

— А что с теми парнями не так? — спросил арестант. — Что с Олегом?

— Это я тебе потом расскажу, в ходе допроса, — ответил Гуров, не оборачиваясь к нему. — Если ты будешь хорошо себя вести, то все узнаешь. — После этого он вновь обратился к прокурору: — Можете вы, Геннадий Александрович, подсказать мне такое место, где задержанный находился бы в безопасности до суда?

— Пожалуй, могу, — ответил прокурор. — Везите его в Ивантеевку, Лев Иванович. Это районный центр. Он находится в часе езды от Камнеозерска. Николай дорогу туда хорошо знает. Начальник тамошнего СИЗО Безручко — честный человек. Я ему позвоню, заранее предупрежу. Дескать, к вам могут привезти клиента.

— Но могут и не привезти! — проговорил Гуров.

— Могут и не привезти, — повторил Прошин. — Алексей Анатольевич будет ко всему готов.

— Спасибо! — сказал полковник. — Вы меня снова выручаете.

— А вы, я вижу, уже близки к раскрытию этих преступлений, не так ли? — спросил прокурор.

— Да, теперь, кажется, близок, — ответил сыщик, повернулся к водителю и скомандовал: — Поехали, Николай!

Когда машина отъехала от города километров двадцать и вдоль дороги пошли перелески, Гуров сказал водителю:

— Сверни вон в тот перелесок и остановись.

Николай выполнил распоряжение, и автомобиль замер на небольшой поляне.

Полковник вывел охранника наружу, подальше от машины, после чего снял браслет со своей руки и защелкнул его на крепкой ветке ближайшего дерева.

Вслед за этим он повернулся к арестанту и сказал:

— Вот здесь мы с тобой, Дима, и поговорим по душам. Теперь я буду спрашивать, а ты — отвечать, причем правдиво. Сам понимаешь, что от этого зависит твоя жизнь. Протокол о твоем задержании я не составлял, никто не знает, что ты здесь.

— Неправда! — воскликнул Дементьев с самым настоящим испугом. — Водитель знает!

— Водитель будет молчать, — твердо проговорил Гуров. — Но я не хочу тебе угрожать, надеюсь на твое благоразумие, вполне допускаю, что вина на тебе не такая уж и большая, срок мотать ты недолго будешь. Итак, отвечай. Это ты убил своего напарника Дениса Сурикова?

— Нет, не я! — едва ли не выкрикнул арестант. — Я вообще никого не убивал! Я и не знал, что их всех прикончат! Он сказал, что речь идет только об ограблении! Им деньги были нужны, ничего больше!

— Кто сказал? Ты его знаешь?

— По имени не знаю. В курсе только, что он с вашими тесно связан, с ментами то есть.

— А ну-ка посмотри сюда, — сказал Гуров, достал телефон и вывел на экран фотографии, полученные от капитана Круглова. — Здесь два человека. Кто из них с тобой разговаривал?

Арестант всмотрелся в фотографии, после чего ткнул пальцем в изображение капитана Семенова и сказал:

— Вот этот со мной разговаривал и все организовал. Он у них главный.

— Ты не ошибаешься? — осведомился полковник.

— Нет, точно он, — заявил Дементьев.

— Так, теперь давай подробно излагай, что он тебе говорил! — резко проговорил сыщик. — Не пропусти ни одной подробности! — Он включил телефон на запись.

— Значит, это где-то в феврале было, — начал рассказывать арестант. — У нас в семье тогда с деньгами совсем туго стало. Парикмахерская, в которой жена работала, закрылась. Да еще и сама Людмила заболела, а лекарства нужны были дорогие. В общем, я оказался совсем на мели. Один раз занял деньги в одной конторе, другой. Отдавать уже нечем было. Стал я обращаться подряд ко всем знакомым. Не может ли кто выручить, хоть тысячу подкинуть до получки. Тут один мой знакомый и сказал мне, что есть человек, который предлагает большие деньги на выгодных условиях. Я, конечно, согласился с этим благодетелем встретиться. Общались мы с ним в ресторане. Он там жратвы вкусной заказал, коньяка. Все вроде по-людски, как оно и положено.

— Это был тот самый человек, на фото которого ты показал? — спросил Гуров.

— Он самый, — ответил Дементьев.

— А как он представился? Кем?

— Да никем он не представился. Сказал, что его зовут Семен, да и все. Даже телефон свой не дал. Этот Семен мне тогда сказал, что есть возможность за одну ночь заработать столько, что на всю жизнь хватит. В общем, когда он назвал сумму, я просто обалдел. Обещал пять лимонов! Причем не в долг, а просто мои они будут.

— За что же он готов был заплатить тебе пять миллионов? — поинтересовался сыщик. — Что от тебя требовал?

— Семен сказал,