его и с апломбом солгал:
— Я знаю, где она, пятая плита. Принеси тексты остальных, и сокровище у нас в кармане.
Он отключился. «Сокровище у нас в кармане…» Оставалась надежда, что эта магическая фраза подействует на его братца.
ПМ мало доверял Райану. Очень мало.
Он знал, что тот вполне может его облапошить, и проклинал свой язык, который, как нарочно, лишил его единственного козыря, выдав открытие надгробия Золейга.
В то же время перспектива вернуться в крипт пугала его, хотя, если был хоть малейший шанс завладеть сокровищем, грех было упустить его — слишком много висело на нем долгов.
Он, как мог, откладывал решение, но тут из окна увидел Мари, которая вышла из замка и направилась к поджидавшей ее в укромном месте парка машине с работающим на малых оборотах мотором.
Плафон зажегся, когда она открыла дверцу, чтобы сесть на пассажирское место, и на какую-то секунду осветил водителя — Кристиан Бреа.
Это тайное свидание возбудило любопытство ПМ. Он решил последовать за ними и нырнул в один из пикапов Салливанов, забыв, что он с левым управлением…
Пока он пересаживался, машина, которую он собирался преследовать, уже исчезла за поворотом.
Моряк помрачнел, узнав, что Аксель убил Луизу и попытался свалить убийство на Мари.
— Он отправился к озеру, чтобы избавиться от Лукаса. Он опережает нас больше чем на час…
Голос изменил Мари. Кристиан знал, что она боится опоздать, к тому же они не представляли, в каком месте мог содержаться Лукас.
У него все же нашлись ободряющие слова.
— Прилив работает на нас. Перешеек освободился минут десять назад.
Бесцветная улыбка Мари не обманула Кристиана. Ничто не доказывало, что Аксель не воспользовался катером.
Но для нее было большой удачей, что рядом находился Кристиан.
Он сделает все, чтобы спасти Лукаса, не помешает даже их соперничество, а скорее именно благодаря ему. Слишком крепко сидела в нем страсть к победе, чтобы он удовольствовался триумфом без славы. Он будет играть по-честному. Любой ценой спасет Лукаса, а потом по всем правилам попытается ее завоевать.
Бреа нажал на газ и направил машину к северу.
Она развернула тексты эпитафий, найденные в тайнике под паркетом, и с карандашом в руке принялась расшифровывать те, которых ей не хватало.
ПМ наконец-то освоился с левосторонним управлением и нагнал их, когда они сворачивали на перешеек.
Решительно остров Химер всех притягивал к себе как магнит…
Он дал им немного отъехать, чтобы его не заметили, выключил фары на подъезде к озеру и остановил машину под деревьями. Машина Кристиана стояла вблизи охотничьего домика. Багажник ее был открыт, в машине — никого.
Он всмотрелся в темноту и услышал голоса раньше, чем различил их.
Кристиан и Мари направлялись к деревянным мосткам — на плечах они несли акваланги.
ПМ поморщился. Дальнейшая слежка, стало быть, на этом прекратится.
Обманутый в надеждах, он тем не менее решил подобраться к ним поближе, чтобы хотя бы определить цель их погружения.
Из-за капризного ветра, дувшего порывами, до него доносились лишь отрывки фраз.
Так он услышал, что они удивляются отсутствию жандармов, патрулирующих берега озера, и чуть было не засмеялся, когда они упомянули некоего Акселя, по чьей вине озеро осталось без охраны.
Только он один знал, что все устроил Райан, и, хотя и неохотно, вынужден был признать, что брат его силен. Очень силен.
Очередной порыв ветра пунктиром донес до него слова Мари Кермер, утверждавшей, что она уже может определить место, где спрятано сокровище.
— …доказательство, что оно именно там… срочно найти проход… ключевые…
У него будто выросли крылья при мысли, что эти двое близки к цели, которую он себе наметил. Досадливая гримаса появилась на его лице, когда он подумал, что сейчас нужнее были бы ласты. Не важно! Возбужденный тем, что до входа рукой подать, он почувствовал себя готовым при необходимости нырнуть, набрав побольше воздуха и прямо в одежде.
Ему просто необходимо было узнать побольше. Забыв об осторожности, он подкрался к двум заговорщикам почти вплотную.
Мари и Кристиан склонились над листом бумаги, на котором молодая женщина написала все пять выставленных ключевых фраз.
В целом получился более-менее связный текст:
В этом месте, благословляемом верующими
И опозоренном дочерью Дагды,
Близ жертвенного камня.
На перекрестке четырех точек
В ее печати откроется секрет.
Как это ранее сделал Райан, Мари расшифровала слова «перекресток четырех точек» как символ четырех стихий, изображенных на кельтском кресте.
— Жертвенный камень должен символизировать долмен, когда-то используемый друидами для погребальных обрядов.
— А печать Даны есть не что иное, как трискел.
Она сложила лист.
— Надо найти все четыре стихии.
Сложив одежду и мобильники в водонепроницаемый мешок, которым запасся шкипер, они включили свои мощные фонари и приготовились к погружению.
Кристиан удержал Мари и легким поцелуем коснулся ее губ.
— Не сходи с маршрута, обещаешь?
Мари мельком припомнила последнее погружение с Лукасом и энергично кивнула. Слишком дорого заплатила она за ту ошибку, чтобы опять повторить ее.
В тридцати метрах под ними я смотрел, как они надевают ласты, и широко улыбнулся, подумав о том, что привел их именно туда, куда хотел.
Особенно ее.
Память о ее предательстве еще тяжело лежала на моем сердце. Одного ее слова было бы достаточно для спасения жизни Лукаса. Ради нее, ради любви к ней я бы рискнул, я бы отказался стереть это живое доказательство моей узурпации.
Но этого слова она не произнесла. Хуже того, она прямо заявила мне о безграничной любви к другому! Как это сделала моя мать задолго до нее. Женщины моей жизни будто сговорились меня отшивать, и страдание, которое охватило меня в тот момент, могло бы меня убить.
Но ненависть взяла верх.
Я смотрел, как Бреа медленно исчезает в озере, а за ним — эта женщина в обтягивающем ее неопреновом комбинезоне.
Воспоминание о ее совершенном теле пронзило мой мозг и воспламенило чувства.
Огонь желания поразил меня своей силой.
Потом исчезла и Мари, поглощенная черной водой, не зная, что скоро, очень скоро уже она будет умолять меня любить ее.
На поверхности лопнуло несколько воздушных пузырьков, затем все вновь застыло в неподвижности.
ПМ без энтузиазма собирался разуться, чтобы по крайней мере сохранить последнюю пару сносных мокасин, когда на верху утеса заметил мужской силуэт.
Выглянула луна, и он узнал фигуру Лукаса: последний круто развернулся и направился к монастырю с поспешностью, удивившей ПМ.
Растворившись в тени одной из аркад
