Давидсон сел. Протянул вперед связанные руки. Николас покачал головой.
– Нет. С этим ты разберешься сам. Мы сейчас в парке Хага, рядом с «Домом бабочек». Иди в сторону центра и останови какую-нибудь машину.
Хампус Давидсон поставил ноги на землю.
– И слушай сюда. Я не шучу. Если узнаю, что ты продолжаешь насиловать девочек, я тебя убью.
Хампус Давидсон даже не попытался ответить, а, пошатываясь, двинулся по дорожке в сторону леса.
Часть V
1
Сразу после двух Ванесса вышла из часового магазина «Флудманс» и пошла по улице Дроттнинггатан. Бросила последний взгляд на витрину магазина с разложенными на ней дорогими марками часов. Помощник кассира в магазине не узнал ни Оскара Петерсена, ни Хампуса Давидсона.
Небо покрылось темно-серыми тучами. Как обычно после теракта узбекского террориста, который на грузовике проехал по пешеходной улице, сбив насмерть пять человек, Ванесса шла, временами оглядываясь назад.
Она вспомнила хаос, царивший в городе, пока террориста не задержали в районе Мэшта всего через шесть часов после совершенного им теракта. Ванесса находилась со своей группой на парковке совсем на другом конце Стокгольма, в Рогсведе, когда по рации сообщили о его задержании. Ходили слухи, что преступник действовал не один, вечерние газеты сообщали о перестрелке на острове Кунгсхолмен. Ванесса помнила длинные вереницы молчаливых, сосредоточенных людей, бредущих пешком по мостам и дорогам, километр за километром, поскольку все движение общественного транспорта было остановлено.
Когда террориста наконец арестовали, и в газетах появились фотографии с бегущими к месту теракта полицейскими и убегающими оттуда обычными гражданами, жители Стокгольма не знали, как выразить свою безграничную любовь к полиции. Полицейские машины забрасывали букетами цветов, а социальные сети захлебывались от хвалебных комментариев.
Но прошедшие месяцы, полные сообщений о бандитских разборках, ограблениях и угонах машин, повлияли на общественное настроение. Газеты заполнились сообщениями об уволившихся полицейских и о недоборах в полицейскую академию.
Ванесса пересекла площадь Хёторгет, где продавцы овощей и фруктов на ломаном шведском старались перекричать друг друга, предлагая товар, и вышла на Кунгсгатан. Пока она ждала зеленого света на перекрестке, на телефон пришла новость от газеты «Афтонпостен».
«Похитители надули полицейских – воспользовались беспилотником».
Ванесса перешла на страницу газеты и начала читать. Зажегся зеленый, затем опять красный. Ни слова о том, что кого-то похитили и что с похищенным сейчас. Прочитав статью, она тут же позвонила Юнасу.
– Что случилось? – был ее первый вопрос.
Машины остановились на красный, народ вокруг двинулся по переходу.
– Нас провели, вот что случилось.
– А что с Давидсоном?
– Бродил около круговой развязки на Свеаплан со связанными руками. Ему удалось остановить машину, и он позвонил нам. Никаких физических повреждений.
– А беспилотник, о котором пишет «Афтонпостен», это правда?
– Да, какой-то гребаный дрон забрал деньги и улетел. В это трудно поверить, но я видел все своими собственными глазами.
На телефон пришла еще одна новость. На этот раз из «Квэлльспрессен».
«Источник в полиции сообщил о маневрах дрона: „Это было как в кино“».
– Ну и дела. Какой удар по Яну Скугу. Он ведь собирался стать героем.
– Я как раз еду на встречу с ним. Он собирает всех, чтобы, как он выразился, разобраться в ситуации.
– То, что на языке желтой прессы называется «кризисным совещанием». Думаю, журналистам и общественности ситуация уже ясна.
– Да, вероятно.
Ванесса прошла мимо входа в метро и ускорила шаг.
– Я нашла связь между Давидсоном и Петерсеном. Пока это лишь предположение, но другого нет. Ты, кстати, успел поговорить с ним?
– С Давидсоном? Нет, он сейчас со своей семьей. А какая связь?
– Наручные часы. Оба носят часы фирмы «Патек Филипп». Самые дорогие часы в мире. В Швеции всего два магазина с лицензией на торговлю этим брендом.
– Отлично. Лучше, чем ничего. Я перезвоню позже. Звони, если что-то понадобится.
– Юнас?
– Да, слушаю.
– Передай от меня привет Яну Скугу.
Разговор закончился. Ванесса не могла не испытывать чувства внутреннего удовлетворения. Во-первых, Давидсон, несмотря ни на что, остался цел и невредим. Во-вторых, самодовольный Ян Скуг как следует сел в лужу и его положение пошатнулось.
Может быть, теперь дела изменятся в лучшую сторону.
2
Заходящее солнце окрасило небо в красный цвет. На этом фоне отчетливо выделялся белый диск луны. «Мерседес» затормозил, не доезжая до поселка. Шофер положил правую руку на спинку пассажирского сиденья, повернулся и с ухмылкой сказал: «Приехали. Пора выходить».
Консуэло попробовала открыть дверь, но она была заперта. Хуан нажал кнопку на приборной панели. Раздался щелчок. Консуэло надавила на ручку, и дверь открылась.
Она вышла из машины и пошла вдоль дороги. Гравий поскрипывал под ее шагами, маленькие камушки попадали в сандалии и вдавливались в стопу. И хотя воздух все еще был теплым, она замерзла.
Машина не двигалась с места. Она спиной ощущала на себе взгляд шофера. Консуэло поправила платье и продолжила идти вперед, не останавливаясь. На футбольном поле мальчишки играли в футбол. Они остановились и помахали ей. Консуэло помахала им в ответ. Игра продолжилась. В инвалидном кресле у кромки поля сидел Игнасио. Время от времени, когда мяч попадал к нему, он ловил его и бросал обратно на поле.
Увидев Консуэло, он развернулся и покатил за ней вслед. Она замедлила шаги, чтобы он смог догнать ее.
– Buenas tardes, señorita Consuelo, – сказал он вежливо и поклонился.
Она ответила на его приветствие улыбкой.
– Buenas tardes, don Ignacio.
В ответ на обращение «дон» Игнасио рассмеялся.
– Я могу проводить вас до дома, хотите?
– Ты настоящий джентльмен, – сказала Консуэло, и Игнасио почувствовал себя польщенным. – Я буду рада, но, может быть, ты хочешь играть с друзьями?
– Они все равно не дают мне играть.
– Почему не дают?
Он печально покачал головой, и дальше они двинулись молча.
Прошли мимо маленького магазинчика Мендосы. Все семейство сидело во дворе на пластиковых стульях в ожидании, когда отец Луис закончит с грилем. Он проводил их взглядом, когда они проходили мимо, но не поздоровался.
– А что за дела у синьориты Консуэло с немцами? – спросил Игнасио.
Она вся похолодела.
– Я ездила в город за покупками, – сказала она, стараясь не выдать волнения.
Игнасио с полуоткрытым ртом посмотрел на ее пустые руки.
– Вот как, потому что я видел вас вместе с немцами и вчера тоже. Вы возвращались той же дорогой, что и сегодня. На вас было красивое белое платье. Но вчера я сидел не на стадионе, а ходил разговаривать с коровами и видел, как вы приехали
