просто ничего не говорил», – предположил Дзаффероне.
«Возможно, – неохотно признал Ченселлор. – Но, по-моему, вряд ли. По крайней мере, Кэти была уверена, что Брайан не в курсе».
Дзаффероне перелистнул несколько страниц своего блокнота.
«Ранее вы сказали, что у вас нет алиби на время убийства миссис Бишоп, которое произошло менее чем через час после того, как она покинула ваш дом. Так?»
«Да, все правильно».
«Вы уснули».
«И неудивительно. Была уже почти полночь. Перед этим мы занимались любовью. Вы когда-нибудь пробовали заниматься любовью? Обычно потом клонит в сон…» – Он метнул на Дзаффероне язвительный взгляд.
Грейс обдумывал услышанное. Роман длился около года. Шесть месяцев назад Брайан Бишоп застраховал жизнь своей жены на три миллиона фунтов стерлингов. Как бы этот человек поступил, узнав об адюльтере? Особенно учитывая его криминальное прошлое?
Ченселлор сказал, что они с Кэти планировали провести вместе остаток жизни. То есть это было нечто большее, чем простая интрижка. Вполне вероятно, что Бишоп не мог вынести мысли о потере жены.
Все сходится. Мотив у него был.
Возможно, он тщательно планировал убийство на протяжении нескольких месяцев. Создал себе идеальное алиби в Лондоне, правда допустил одну маленькую промашку. Бишоп и не подозревал, что его машина попала на камеру видеонаблюдения возле аэропорта Гэтвик.
Грейс продолжил смотреть запись допроса. Дзаффероне все сильнее распалял Ченселлора. Конечно, этот художник тоже потенциальный подозреваемый. Он явно был отчаянно влюблен в миссис Бишоп. Настолько, чтобы убить женщину, если та вдруг надумала его бросить? Вполне возможно. Достаточно ли он умен, чтобы убить Кэти и представить все так, будто это сделал ее муж? Вероятность этого тоже нельзя сбрасывать со счетов. Хотя прямо сейчас все улики однозначно свидетельствуют против Брайана Бишопа.
Рой взглянул на часы: четверть шестого. Он передал видеозапись с системы видеонаблюдения Королевской больницы графства Суссекс, где был запечатлен подозрительный мужчина в приемном покое отделения неотложной помощи, техникам полицейского управления. У него хватит времени спуститься и узнать, как у них дела, прежде чем встретиться с Ким Мёрфи и Бренданом Дуиганом, чтобы подготовиться к очередному совместному совещанию в половине седьмого.
Сделанная в больнице запись очень низкого качества, на ней трудно разглядеть черты лица, поскольку оно закрыто длинными волосами, темными очками, усами и бородой. Однако с помощью имеющихся в распоряжении полиции передовых технологий можно значительно повысить резкость изображения.
Когда Грейс вышел в коридор, у него зазвонил телефон. Это была сержант Белла Мой. Она возбужденно затараторила, наполняя рот шоколадными шариками. Ага, пришли результаты анализа ДНК по делу Кэти Бишоп.
Когда Белла рассказала ему, что именно показала экспертиза, Рой от радости рубанул рукой воздух.
81
Кабинет Роберта Вернона располагался на Брайтонс-Лейнс, на втором этаже очень красивого здания времен королевы Анны. Оттуда, через узкую улицу, застроенную облицованными галькой домами, открывался прекрасный вид на море, однако в офисе не было кондиционера. Через открытые окна снаружи доносился шум отбойного молотка. Это усугубляло головную боль, с которой Брайан Бишоп встал сегодня утром, после очередной практически бессонной ночи.
Кабинет у адвоката был очень уютный, светлый и просторный; вдоль стен – полки, заставленные юридическими фолиантами, и шкафы для документов. На пастельно-голубых стенах висели две прекрасные старые гравюры с видами Брайтона: на одной была изображена пристань, на другой – Олд-Стейн. На столе и даже кое-где на полу валялись стопки корреспонденции.
– Прошу прощения за беспорядок, Брайан, – как всегда вежливо, произнес Вернон. – Только сегодня утром вернулся из отпуска, столько дел накопилось, прямо не знаю, за что хвататься!
– Я частенько задаюсь вопросом, стоит ли вообще уходить в отпуск, – ответил Бишоп. – Перед отъездом еле-еле разгребешь проклятые бумаги, а как вернешься – их в десять раз больше.
Он семь раз размешал чай в изящной фарфоровой чашке, глядя на стоявшую на подоконнике цветную фотографию в рамке. На ней была запечатлена Триш, жена Вернона, симпатичная блондинка, позирующая во время игры в гольф. Рядом еще одна серебряная рамка с тремя овальными отверстиями, в каждом из которых – улыбающаяся детская мордашка. Бишоп понял, что снимок сделан много лет назад, потому что сейчас дети Вернонов были уже подростками.
«Вот у Роберта все в порядке, – вдруг с горечью подумал Брайан. – Все его близкие живы и здоровы. Весь его мир в отличном состоянии. И не важно, с какими проблемами приходит сюда тот или иной клиент. Вернон изучает факты, дает советы, смотрит, как посетители выходят за дверь, а затем прыгает в свой „лексус“” и, сияя улыбкой, отправлялся на поле для гольфа».
Этот элегантный шестидесятилетний мужчина обладал изысканным шармом. Его серебристые волосы неизменно были аккуратно причесаны, одежда консервативна и безупречна, а все его поведение излучало мудрость и уверенность. Казалось, Роберт Вернон всегда был семейным адвокатом Бишопов. Он улаживал все формальности после смерти отца, а затем и матери Брайана. Именно к Вернону обратился Бишоп, когда почти пять лет назад, вскоре после кончины матери, разбирая бумаги в секретере в ее спальне, наткнулся на документ об усыновлении и узнал тайну, которую от него долгие годы скрывали.
Именно Роберт отговорил Брайана заниматься поисками биологических родителей. Вернон объяснил Бишопу, что ему грех жаловаться: у него было чудесное, счастливое во всех отношениях детство. Приемные родители, поженившиеся слишком поздно, чтобы иметь собственных детей, очень любили и всячески баловали Брайана и его сестру, которую удочерили два года спустя. К сожалению, девочка в тринадцать лет умерла от менингита.
Денег на жизнь у них хватало, Брайан вырос в хорошем частном доме в курортной зоне Хова. Отец с матерью изрядно потратились на то, чтобы дать приемному сыну образование в привилегированной школе, возили его на каникулы за границу и купили ему небольшую машину, как только он сдал экзамен на права. Бишоп очень любил их обоих, как и большинство их родственников. Он очень переживал, когда скончался отец, но смерть матери перенес еще хуже. Хотя на тот момент он уже был полгода как женат на Кэти, однако вдруг почувствовал себя отчаянно одиноким и совершенно потерянным.
А потом Брайан обнаружил в секретере покойной матери этот документ.
Но Вернон его успокоил. Он объяснил, что родители Бишопа скрывали от приемного сына правду, желая его уберечь. Они хотели окружить его любовью, дать чувство уверенности в настоящем и возможность стать сильным в будущем. Отец с матерью не рассказали ему об усыновлении, поскольку боялись, что он начнет бесплодные поиски прошлого, которое больше не существует – или, что еще хуже, разительно отличается от того, каким Брайан может
