у него появлялась гримаса мучительной боли. Под конец он покачал головой и просто ответил:
– Сэр, эта комната никому не принадлежит. Такой гостиной в здании просто нет.
В три часа ночи в квартире сэра Руфуса Арминдейла собралась компания мрачных людей. Все они даже смотреть друг на друга не желали.
Полицейские почти закончили работу. Энергичный инспектор уголовной полиции вместе с сержантом, фотографом и высоким обходительным мужчиной в цилиндре опросили каждого из причастных к этому происшествию. Но допрос ничего не выявил.
Денэм пережил еще одну эмоциональную встряску, когда вошел в квартиру Арминдейла. На мгновение ему показалось, что он очутился в исчезнувшей комнате. Привычные испанские стулья, обитые кожей, длинный узкий стол, декоративная резьба на мебели – все это как будто вернуло его в недавно пережитый кошмар. Над буфетом висела знакомая картина – девочка, повернув голову, смотрела на охапку цветов у себя в руках.
– Это не та картина? – быстро спросила Анита. – Сюжет тот же самый, но картина другая. Эта написана маслом. Как думаешь, что здесь происходит? – Анита оглянулась. Она переоделась к приезду полиции, однако Денэму показалось, что с макияжем его невеста переусердствовала. – Рон, скорее, пока остальные не пришли. Ты ведь рассказал правду?
– Конечно. Ты же не думаешь…
– Ой, даже не знаю. Честно говоря, мне все равно. Просто хочу, чтобы ты мне честно сказал. Рон, ты ведь не убивал его?
Не успел Денэм ответить, как Анита жестом велела ему замолчать. Из фойе в гостиную вошли сэр Руфус Арминдейл, Коньерс и Эванс, а вместе с ними крупный мужчина с добродушным лицом в сопровождении инспектора Дэвидсона. Этого человека представили как полковника Марча.
– Видите ли, я нахожусь здесь неофициально, – объяснил полковник, сделав широкий жест рукой. – Я был в театре, а потом заглянул в гости к инспектору Дэвидсону, и он предложил поехать с ним. Поэтому, если вам не понравятся мои вопросы, просто скажите, и я замолкну. Но поскольку я имею непосредственное отношение к Скотленд-Ярду…
– Я вас узнал, полковник! – с кривой ухмылкой сказал Коньерс. – Вы возглавляете Департамент всякой всячины, Д-три. Его называют еще «Сумасшедшим домом».
Полковник Марч кивнул с серьезным видом. На нем были черное пальто и цилиндр, сдвинутый на затылок. Румяные щеки, светло-рыжие усы и добродушные голубые глаза дополняли образ, придавая ему сходство со упитанным воякой из газетных комиксов. Полковник курил трубку с большой чашей, причем весьма любопытным образом: казалось, что он вдыхает дым из чаши, а не втягивает его через мундштук. Судя по всему, полковник пребывал в отличном расположении духа.
– Принимаю в качестве комплимента, – произнес он. – В конце концов, кто-то должен разбирать все эти странные жалобы. Если, скажем, некто явится и заявит, что городок Степни терроризирует синяя свинья, мне необходимо будет выяснить, о чем идет речь: о безумии, ошибке, розыгрыше или серьезном преступлении. Иначе хорошим людям придется впустую потратить свое время. Вы удивитесь, узнав, как много поступает таких жалоб. И нам с инспектором Дэвидсоном показалось, что у вас здесь похожий случай. Итак, если не возражаете, я задам вам несколько вопросов…
– Спрашивайте сколько хотите, – сказал сэр Руфус Арминдейл. – Человек, которому удастся разгадать эту чертову загадку…
– По правде говоря, – произнес, нахмурившись, полковник Марч, – инспектор Дэвидсон считает, что дело уже раскрыто. Славный он человек.
Неожиданно стало тихо. В добродушном тоне полковника Марча все невольно услышали нечто зловещее, и поначалу никто даже не осмелился уточнять подробности.
– Уже раскрыто? – повторил Хьюберт Коньерс.
– Полагаю, нам стоит начать с вас, сэр Руфус, – с чрезвычайной учтивостью сказал Марч. – Вы сообщили инспектору, что не знали Дэниеля Рэндольфа лично. Но похоже, многим было известно, что в Англию он приехал ради встречи с вами.
После некоторых колебаний Арминдейл ответил:
– Я не знал о его намерениях. Вполне возможно, что помимо всего прочего он хотел повидаться и со мной. Не исключаю такой вероятности. Он писал мне из Америки. Но после даже не попытался выйти на связь. И я не стал первым искать с ним встречи. Так дела не делаются.
– О каких именно делах шла речь, сэр Руфус?
– Он хотел заключить опционный договор на принадлежащую мне недвижимость… А впрочем, не важно. Могу все объяснить вам с глазу на глаз, если это так важно.
– Речь идет о большой сумме?
– Около четырех тысяч, – с неохотой ответил Арминдейл.
– Не очень крупная сделка. И вы собирались заключить ее?
– Возможно.
Полковник Марч рассеянно посмотрел на висевшую над буфетом картину.
– И вот еще, сэр Руфус, это полотно Грёза. «Девочка с первоцветами». Кажется, в «Метрополитен иллюстрейтед ньюс» недавно опубликовали большую, на всю полосу фотографию картины.
– Да, это так, – согласился Арминдейл. И тут же добавил: – Только не цветную, а в сепии.
После этого дополнения все развернулись и посмотрели на него. Как будто перед ними возник фрагмент головоломки. Но никто не представлял, что он мог означать.
– Совершенно верно. И еще два вопроса. Насколько я понимаю, в каждой из квартир есть выход к пожарной лестнице, спускающейся в переулок за домом?
– Да. И что с того?
– Можно ли одним и тем же ключом открыть двери всех квартир?
– Нет, конечно, замки везде разные.
– Спасибо. Теперь, мистер Коньерс, у меня вопрос к вам. Вы женаты?
Все это время Хьюберт Коньерс не сводил с полковника внимательного выжидающего взгляда, как уличный мальчишка, готовый в любой момент разбить окно и сбежать. Теперь он нахмурился:
– Женат? Нет.
– У вас есть камердинер?
– На этот вопрос, полковник, я могу ответить только громким и продолжительным смехом. Честное слово, мне не нравится ваша манера общаться. Бестон, наш обозреватель криминальных новостей, знаком с вами. И вы вечно угрожаете ему в духе: «Бестон, только один намек о том чертовом деле – и я с тебя шкуру спущу!» Да и какая разница, есть ли у меня жена или камердинер?
– Большая разница, – серьезно заметил Марч. – А теперь перейдем к вам, мисс Брюс. Чем вы занимаетесь?
– Я дизайнер интерьеров, – ответила Анита. Она вдруг засмеялась, и этот смех больше походил на истерику. Откинувшись на спинку высокого кресла, Анита хохотала, пока на глазах у нее не выступили слезы. – Простите, пожалуйста, – сказала она, всплеснув руками, словно стараясь не расплакаться. – Неужели вы не понимаете? Убийца – дизайнер интерьеров. Вот и весь секрет.
Потрясенный Арминдейл попытался возразить, но полковник Марч жестом остановил его.
– Продолжайте, – быстро проговорил он.
– Я сразу об этом подумала. Разумеется, нет никакой исчезнувшей комнаты. Просто в одной из гостиных сделали перестановку. Вся мебель, столы, кресла и буфет остались теми же. Добавились только небольшие предметы, которые легко убрать: картины, абажуры для ламп, подставки для книг. Их можно заменить за несколько минут. Рон
