которые как оказалось, были благоразумно позаимствованы со счета Питера еще в Адене, путники произвели впечатление нелепых авантюристов, чему были несказанно рады ушлые аборигены. Обирая словно липку путников на каждом шагу, они с готовностью доставили беглецов к самым воротам города «Убар», по крайней мере так гласила надпись на неказистой вывеске. Это была крепость с разрушенными фортами и стенами. Даже не проявляя излишнего интереса к лекциям Южина, Лебелетье все же смог распознать с каким именно «Убаром» они столкнулись и больше внимание ему не уделял. Вместо этого, последние десять минут, пока Иван без зазрения совести транжирил чужие деньги и договаривался о прокате старой машины, Лебелетье пытался справиться с ихрамом, но и эта затея обернулась полнейшим фиаско.
– Вы готовы? Нам пора отправляться! – повторил свой вопрос профессор.
– А это имеет значение? – в очередной раз стягивая спутанный узлами платок, прокаркал старик и двинулся на встречу спутнику.
– Ну, через несколько часов наше затянувшееся путешествие закончится, мне кажется к этому нужно быть готовым, – невозмутимо отозвался историк и открыв багажник машины, аккуратно поместил в него массивную сумку в которой, по его словам, он вез тротил для уничтожения хранилища.
Отдав предпочтение многозначительному кивку, Лебелетье не стал дожидаться команды напарника и быстро забрался на пассажирское сидение внедорожника.
– Далеко? – дождавшись, когда компаньон окончит собираться и втиснется в салон машины, спросил Лебелетье: – Как долго еще ждать окончания путешествия?
– Не долго, – загадочно улыбнувшись ответил историк: – Очень скоро все закончится…
Глава 85
Аден, Йемен
22 сентября 2021 года, 5:14
– Доверие… Вот на чем зиждется человеческая глупость и именно в этом сокрыты все неудачи любых начинаний… Единственными неоспоримыми причинами преданности любого индивида может быть только его безоговорочная продажность и ваша возможность его купить. Иначе, при первом же удобном случае он вас предаст… – заведя руки за спину Планкин мерил шагам маленькую комнатку и словно заправский преподаватель надиктовывал свои мысли двум пленникам: Если конечно у него не было изначального умысла вас облапошить!
Внезапно в дверном проем за вышагивающим коллекционером возникла массивная фигура Ханина, явно с трудом вместившегося в скромные апартаменты Питера. Бросив короткий взгляд на самодовольного коллекционера, он едва кивнул и тотчас протянул небольшой лэптоп, казавшийся в его руке крохотным и исчез, притворив за собой дверь.
– А у нашего друга умысел возник задолго до начала всего происходящего… – сосредоточенно вглядываясь в яркий экран девайся рассеянно добавил коллекционер и спустя мгновение, найдя необходимые данные восторженно воскликнул, попутно поднося экран к окончательно растерянной девушке: – Вуаля! Ну, знакомо? – на дисплее устройства красовалась фотография злополучного письма, похищенного ею несколькими днями ранее.
– Да, – с трудом сдерживая ком в горле выдавила София. Девушка не понимала к чему ведет коллекционер, ее голова была заполненна бурей эмоций, бросавшей ее в ярость и глубокую скорбь в одно и то же мгновение. Ни о какой рассудительности и внимании не могло быть и речи, ведь в любой момент барьер сдерживающий слезы мог рухнуть и девушка могла разреветься.
– Это то самое письмо, с которого все началось, – протянув лэптоп Питеру пояснил коллекционер: – Видите ли, данный, с вашего позволения документ оказался у меня по счастливой «случайности»! –выделив слово «случайности», коллекционер выпрямился, взгромоздился на стул и не обращая внимания на жалобный скрип иссохшегося дерева продолжил: – Анонимный отправитель, пользуясь рядом подставных лиц, переслал на мое имя сей исторический документ и предпочел остаться не известным. Как ни странно, мои как оказалось не самые профессиональные люди, не найдя вразумительного объяснения, решили попросту выставить его на торги… Ну а дальше вы знаете…
– И зачем ты так распинаешься перед нами? – вновь оскалившись в гневной гримасе прорычал Питер, явно уставший от затянувшегося представления.
– Да потому что я страсть как люблю подобные драмы, – внезапно захлопав в ладоши восторженно завопил коллекционер:– На столько люблю, что готов повременить с расправой над вами, а поверь я очень сильно хочу всадить пулю в твою башку! – быстро сменив восторженность на яростный шепот и испепеляющий взгляд, закончил свою мысль блондин.
– Тогда не смею Вам мешать, пожалуйста продолжайте… – с трудом найдясь с ответом вымолвил Питер, явно оставшийся под впечатлением от увиденного выступления безумца.
– Довольно! – внезапно маленькая комнатка наполнилась жестким криком Софии. От былой неуверенности не осталось и следа, очевидно она поняла, о чем собирается поведать коллекционер и все его препирательства раздражали ее еще больше: – Заканчивай свою историю!
– А есть необходимость? – пожав плечами переспросил Планкин: – Ты моя дорогая, давно уже все поняла. Отправителем сего письма был никто иной, как наш премногоуважаемый профессор, – на мгновение умолкнув, коллекционер взглянул в глаза пленницы, но вопреки его ожиданиям, слова не произвели никакой реакции. В душе он надеялся, что хрупкая девушка разрыдается, услышав то, о чем и так догадалась, но этого не случилось.
– Вы хотите нас убедить, что Южин простой проходимец? – недоуменно выпучил глаза Питер. Вор прекрасно видел кто стрелял в него, но все же не мог допустить того, что историк, с которым они прошли весь этот путь, мог все время отыгрывать какую-то роль. Он помнил с какой самоотверженностью профессор бросился спасать юнца, помнил, как он под градом пуль мчался к заброшенному кораблю. Несмотря ни на что, Беркли был готов поверить скорее в то, что историк решил сам закончить начатое, чтобы не подвергать опасности Софию, или имел еще какие-нибудь сумасшедшие причины поступить так.
– Как ни странно, у меня ответа нет… – удрученно выдохнул коллекционер.
Глава 86
Руб-Эль-Хали
22 сентября 2021 года, 10:25
Натужно преодолев высокую песчаную гору, старенький внедорожник с готовностью помчался вниз по склону, оставляя за собой непроглядный столб пыли. Изнеможденная длительной поездкой и раскаленными лучами полуденного солнца машина, продолжала остервенело вгрызаться в песок, несмотря на предсмертные всхлипывания и рев двигателя, грозившегося в любой момент заглохнуть навсегда.
Непродолжительный промежуток «ровной» дороги, остался далеко позади и сейчас автомобилю приходилось преодолевать невообразимые высоты барханов, достигавших пары десятков футов. В голове француза пустыня была всего лишь бесплодной равниной, но высокие песочные насыпи и скалы, высившиеся над гладью белого песка, сразу изменили его представление.
Лебелетье, привыкший с пренебрежением относиться ко всем откровениям этого путешествия все же смог найти свое личное удивление в том, сколь невообразима и необъятна пустыня Руб-эль-Хали. Всю свою жизнь магистр посвятил сохранности тайны в самых дальних уголках земного шара, поэтому он успел повидать множество невероятного и ничего из того, что он уже встречал на своем пути не могло сравниться с
