в Америку вместе с его дочерью, это чтобы он ее не искал.
— Но почему? Уезжая и бросая дочку без жилья и денег, она, наоборот, должна была их перед этим познакомить, как бы передать дочь отцу, чтобы он заботился о ней… Вот бы узнать правду… Но если предположить, что этот Август действительно ее отец, и Ольга об этом знала, то и «познакомилась» она с ним в ресторане неслучайно, знала, к примеру, где он обедает или ужинает, и сама себе организовала эту встречу. И что было потом?
— А потом она надолго пропала, но время от времени они все же созванивались. Андрей продолжал работать в том же ресторане, постепенно карабкаясь по карьерной лестнице. И вот буквально не так давно он снова увидел за столиком того самого мужчину, который тогда одним своим видом вселил с Ольгу ужас и заставил ее по-настоящему испугаться.
— Он позвонил ей?
— Да. Позвонил. И она сразу же примчалась. Но выглядела, как он рассказывал, ужасно. И одежда, и волосы — все не в порядке, какая-то она была неприбранная… Андрей поджидал ее, встретил у входа, а когда увидел, просто обомлел, насколько она не похожа была на прежнюю Ольгу. Сразу спросил, как у нее обстоят дела с деньгами. Она лишь отмахнулась от него и решительно двинулась к столику, за которым сидел тот невзрачный мужчина. Тот же, увидев ее, даже отодвинул от себя тарелку. Она села напротив него, они разговаривали недолго и очень тихо: Андрей ничего не мог разобрать. Услышал только последнюю фразу, которую она бросила ему перед тем, как уйти: я не шучу!
— И что? Кто же он такой? Андрей не пытался узнать?
— Он его не знает. Он потом показывал его фото, которое успел тайно сделать, своим официантам — нет, никто не знает ни кто он, ни где живет. И это уж точно не постоянный гость ресторана, хотя деньги у него водятся, раз он заказывал дорогую еду.
— Ей что-то от него было надо. Возможно, он ей задолжал денег. Их явно что-то связывало… И, вполне возможно, что он ее и убил… То есть она примчалась в ресторан, поговорила с ним, а в скором времени ее нашли зарезанной… Боря, он скинул, надеюсь, тебе его фото?
— Слава богу он сохранил тот снимок! Да, сейчас покажу.
Получив фото, Женя долго и внимательно изучала его.
— Какой же неприятный тип! Мы должны отправить это фото Реброву, срочно! У них есть какая-то аппаратура, которая может определить по фото личность человека.
— Ты имеешь в виду фотопортретную экспертизу. Но с чем можно сравнить этот портрет? Хорошо, если сведения об этом человеке есть в базе данных, то есть если он где-то засветился, совершил преступление, находится в розыске или просто проходил свидетелем по делу, ты сама все понимаешь. А если нет?
— Но есть же какие-то платные базы данных… — неуверенно проговорила Женя.
— Ребров в любом случае знает, что делать. Будем надеяться, что у него получится установить личность этого человека. Но ты сама видишь, какого низкого качества фотография, Андрей снимал издалека…
— Боря, я знаю, что нам следует сделать — срочно связаться с Растворовым. Он точно его видел тогда в ресторане, в 2007 году. Может, внешне и не запомнил, но Ольга могла прокомментировать свою встречу с ним, бросить хотя бы пару слов…
— Здравая мысль. Так и поступим. Можешь прямо сейчас позвонить ему и договориться о встрече.
— Борис, у меня к тебе еще одно дело… И очень неприятное, — и Женя рассказала ему о ситуации с матерью, которая присвоила себе чужие деньги.
— Женя, ты должна была заставить ее вернуть эти деньги. Теперь я хотя бы понял, почему она так быстро вернулась домой. Ох, Вера, Вера…
— Мне ужасно стыдно…
— А тебе-то чего стыдиться? Ты не можешь отвечать за поступки другого человека, запомни это на всю жизнь. Ты же объяснила ей, насколько это может быть опасно?
— Да, даже привела в пример убитую Чумантьеву, предположила, что и ей в какой-то момент с неба упали деньги, чужие деньги (кстати, это одна их моих свежих версий). Но на нее это, как сам понимаешь, впечатления не произвело. Она положила пакет с деньгами в чемодан и теперь ни за что их не отдаст…
— Мы можем, конечно, сами заплатить моей соседке, Вере, но надо же как-то привести в чувство твою мать. Ты думаешь, она не понимает, что повесила как бы на нас эти деньги, этот долг?
— И как мы можем привести ее в чувство?
— Я придумаю. Ты не думай об этом.
— Если что, я перстень успела забрать, он у меня. Я так и думала, что это нам придется возвращать деньги. Но, если бы я не взяла его, то как бы мы ни поступили, про перстень она узнала бы точно от того, кто ей его и передал…
— Умница! Но твоя мама… Господи боже мой! Что за женщина?! Ладно, я все решу, не думай об этом. А теперь звони Растворову.
— Боря, ты лучший! — Женя обняла его.
— А я, Женя, благодарен тебе за то, что ты не скрыла от меня эту историю с мамой. Знай — я всегда на твоей стороне, я всегда помогу.
25. Сентябрь 2025 г.
Растворов
После встречи со следователем Ребровым мы пили всю ночь. Я нашел родственные души, тех парней, которые, как и я, любили Индигерду.
Нас было трое — Вова Тришкин, Даня Савельев и я. Все понимали, что допросы ни к чему не приведут. Что это не мы ее зарезали. У каждого из нас была своя история, связанная с этой удивительной девушкой. Возможно, были и другие, ведь у нее для каждого была припасена своя легенда, своя история. Не будь Герда такой, не обладай она внутренней силой и неистребимым свободолюбием, не бойся она разочаровать меня, признайся она в том, что тратит последние деньги, стараясь как-то возвыситься, пусть даже и в собственных глазах, я бы женился на ней, и мы были бы счастливы. Я бы с радостью принимал все ее истории, верил бы ей до последнего вздоха. Я и сам не ожидал от себя такого водоворота чувств, таких сильнейших эмоций, получается, что прежде я не знал, что такое настоящее и переливающееся через край моего одиночества счастье. Индигерда и была моим счастьем. И я не удивился бы, если потом оказалось, что она меня околдовала. Она, несомненно, обладала сверхспособностями, возможно даже, и умела
