Прямо напротив «Кафе-Рояль» образовался небольшой затор, преградивший путь пешеходам. Брогам остановился, чтобы высадить пассажиров, за ним стала виктория, а за ней — хэнсом. Тем временем девушка, глядя поверх голов парочки, сидевшей в брогаме, заметила нескольких человек, стоявших на ступеньках ресторана. Внезапно откинув люк в крыше кэба, она приказала кучеру:
— Остановите здесь. Я передумала. Кучер свернул к обочине, и девушка легко соскочила на мостовую.
— Но в убытке вы не останетесь, — сказала она кучеру, вручая ему полукрону.
Она говорила с легким американским акцентом, и кучер, поблагодарив и спрятав деньги в карман, улыбнулся.
— Хоть и ругают этот тариф Мак-кинли, — рассуждал он сам с собою, тащась по тротуару к площади Пик-кадилли, — а все-таки он куда лучше свободной торговли.
А в это время юная леди неторопливо направилась к «Кафе-Рояль» и вошла в ресторан, бросив быстрый взгляд на людей, стоявших у входа. Кое-кто удивленно поднял брови, но девушка, не обращая на это внимания, направилась в обеденный зал.
— Американка, бьюсь об заклад, — бросил кто-то ей вслед. — Этим закон не писан. Делают что хотят…
Войдя в зал, девушка увидела прямо перед собой высокого, чисто выбритого господина в сюртуке и новом шелковом цилиндре, с цветком в петлице. Он оглядывался вокруг в поисках подходящего места. Пока он медлил, медлила и девушка, но как только официант жестом указал ему на столик, накрытый для двоих, юная леди тотчас уселась так, чтобы оказаться у него за спиной.
— Простите, мадам, — обратился к ней официант, — это столик на четверых; если вы не возражаете…
— Возражаю, — ответила юная леди. — Я останусь здесь.
Встретившись с нею взглядом и одновременно ощутив приятную тяжесть в ладони, официант счел за лучшее не настаивать.
Ресторан был полон; люди обедали вдвоем, втроем, поодиночке и большими компаниями, и немало любопытных глаз было направлено на девушку, которая невозмутимо обедала в одиночестве за столиком на четверых. Впрочем, ей, кажется, не было до этого дела. Всякий раз, когда она поднимала глаза от тарелки, взгляд ее был направлен на человека, который вошел в ресторан прямо перед ней. Тот уже осушил за обедом полбутылки шампанского и теперь пил кофе с ликером. Юная леди, допив свою газированную воду, откинулась в кресле и нахмурилась. Когда она хмурилась, ее прямые брови сходились у переносицы. Затем она подозвала официанта.
— Принесите мне, пожалуйста, лист бумаги, — сказала она, — и счет.
Официант положил перед нею лист, и девушка, немного подумав, написала на нем карандашом несколько строчек. Затем аккуратно сложила бумажку и спрятала ее в кошелек. Расплатившись по счету, она опустила кошелек в карман платья и стала терпеливо ждать.
Несколько минут спустя высокий господин за соседним столиком расплатился и собрался уходить. Заметив это, девушка натянула перчатки, не отрывая взгляда от его спины. Когда он проходил мимо ее столика, она повернулась к зеркалу, поправляя прическу. Потом встала и направилась за ним. Парочка за соседним столиком нашла это совпадение довольно странным — подумать только, мужчина и женщина, на вид даже не знакомые друг с другом, вместе входят в ресторан и вместе уходят!
Но то, что произошло дальше, было куда более странно.
Девушка невозмутимо обедала в одиночестве
Высокий господин, выйдя, остановился на ступеньках. Швейцар, прервав беседу с полицейским, обернулся к нему со свистком в руке:
— Кэб, сэр?
— Да, — отвечал тот.
Швейцар уже поднес к губам свисток, но тут заметил юную леди.
— Вам нужен кэб, мадам? — спросил он и засвистел в свисток.
Повернувшись к ней за ответом, он вдруг увидел, как девушка, стоявшая прямо позади высокого господина, запустила руку к нему в боковой карман брюк и извлекла оттуда какой-то предмет, который тотчас же препроводила в свой собственный карман.
— Простите, я… — начал господин, оборачиваясь и ощупывая карман.
— У вас что-то пропало, сэр? — спросил швейцар, становясь напротив девушки так, чтобы загородить ей дорогу.
— Мой портсигар! — отвечал высокий господин, оглядываясь по сторонам.
— В чем дело? — вмешался полицейский.
— Я только что видел своими глазами, как вот эта дама залезла в карман этого джентльмена! — ответил швейцар.
— Вот оно что! — сказал полицейский, подходя ближе к девушке. — Так я и думал.
— Послушайте, — заговорил высокий господин. — Я не хочу скандала. Просто верните портсигар, и забудем об этом.
— Но у меня его нет! — воскликнула девушка. — Как вы смеете? Я не прикасалась к вашим карманам!
Высокий господин нахмурился.
— Ну, отдавайте же! — поторопил швейцар.
— Так дело не пойдет, — сказал полицейский. — В таком случае вам придется проследовать за мной. Может быть, нанять экипаж, а, сэр?
Тем временем у входа собралась уже порядочная толпа зевак, почуявших развлечение.
Вскоре подъехал четырехколесный экипаж, в который уселись девушка, сопровождаемая полицейским, и высокий господин.
— Меня в жизни так не оскорбляли! — воскликнула юная леди.
Однако всю дорогу она сидела спокойно, словно была заранее готова к любому повороту событий, а полицейский не спускал с нее глаз, чтобы не дать ей возможности тайком избавиться от похищенного предмета.
В полицейском участке были произведены все необходимые формальности, девушке предъявили обвинение. Но та упорно отрицала свою вину.
Инспектор полиции был озадачен.
— Пожалуй, придется обыскать ее, — решил он.
«у вас что-то пропало, сэр?»
И девушку провели в комнату, где ее ожидала женщина, которая должна была провести обыск.
Как только дверь закрылась, девушка вынула из кармана портсигар и положила его на стол.
— Вот, — сказала она, — для начала — это.
Женщина заметно удивилась. — А теперь, — сказала девушка, вытягивая руки, — поищите в другом кармане и найдете там мой кошелек.
Женщина достала кошелек.
— Откройте его и прочитайте записку, которая внутри.
На листке бумаги из «Кафе-Рояль» было написано несколько строк. Женщина прочла их вполголоса:
— «Я собираюсь обокрасть этого человека, чтобы таким образом привести его в полицию, не прибегая к насилию. Это полковник Мэтьюрин, он же Коннелл, он же Росситер, и его разыскивают в Детройте, Нью-Йорке, Мельбурне, Коломбо и Лондоне. Чтобы задержать его, пришлите не меньше четырех человек, и побыстрее, пока он не насторожился, — он вооружен и опасен. Я Нора Ван Снуп, детектив уголовной полиции Нью-Йорка».
