И де Бриссак снова взялся за дело.
— Наша работа — печальное зрелище для женщин, — заметил он.
— Зачем же тогда она пришла сюда? — усмехнулся Виктор.
Де Бриссак пожал плечами.
Виктор внезапно встал.
— Слушайте.
Они прислушались.
— Я ничего не слышу, — сказал де Бриссак.
— В самом деле, ничего, — согласился Виктор. — Значит, мне показалось. По-моему, какой-то шорох донесся из вестибюля…
— Со стороны входа? Странно! Ведь я закрыл все как следует.
— Или со стороны пустыря…
— Но это невозможно, — возразил де Бриссак.
В этот момент что-то выпало у него из рук.
Молодая женщина вскочила.
— Что это?!
— Слушайте, слушайте! — воскликнул Виктор, который тоже вскочил. — Слушайте!
Все снова затихли, прислушиваясь. И де Бриссак констатировал:
— Никакого шума.
— Нет, на этот раз внутри, я убежден, — настаивал Виктор.
— Глупости! — произнес де Бриссак, которого начала раздражать эта встревоженность. — Займитесь лучше поисками. Помогите мне.
Виктор не шевельнулся, прислушиваясь. По бульвару проехал автомобиль. На соседнем дворе залаяли собаки.
— Я тоже слышу, — подтвердила Александра.
— И потом, — добавил Виктор, — вы не подумали об одной вещи. Когда мы поднимались сюда, всходила луна, и теперь стена с лестницей должны быть ярко освещены.
— Черт побери! — воскликнул де Бриссак.
Все же, чтобы убедиться, он погасил электричество, отодвинул занавеску и высунулся в окно.
Почти сразу же Виктор и Александра услышали сдержанное проклятие. Что произошло? Что заметил де Бриссак на заброшенном пустыре?
Он закрыл окно и, не зажигая света, сказал:
— Лестница убрана.
Виктор тоже бросился к окну.
Лестница исчезла.
Это было непостижимо, и де Бриссак снова включил свет, как бы желая убедиться в странном значении этого факта.
— Лестница сама по себе не исчезнет, — заметил Виктор. — Кто же ее снял? Полицейские? В таком случае нас засекли. Надо ожидать нападения. Входная дверь закрыта?
— Да!
— Они ее взломают. И мы будем схвачены, все трое, как кролики в клетке.
— Уж не думаете ли вы, что я дамся так просто? — возразил де Бриссак.
— Но поскольку лестница снята…
— А окна?
— Мы на втором этаже, а этажи здесь высокие. Вы, может быть, и убежите, но мы… Впрочем…
— Впрочем? — вопросительно проговорил де Бриссак.
— Вы хорошо знаете, что ставни связаны с сигнализацией. Представьте себе пронзительные звонки, раздавшиеся среди ночи…
Де Бриссак вперился в сообщника недобрым взглядом.
Почему этот человек, обязавшийся быть компаньоном, вместо того чтобы действовать, нагромождает и перечисляет неприятности?
Александра безмолвствовала, закрыв лицо руками. У нее не было другой мысли, как сдержать страх, который кипел внутри ее.
Антуан де Бриссак осторожно открыл одно из окон. Никакого сигнала не последовало.
— Я догадался, — сказал он. — Где механизм, я не знаю, но вот провод, который ведет за пределы здания. Его достаточно отодвинуть…
Он рискнул это сделать.
Результат был немедленный. Вся комната наполнилась резким дребезжащим звоном сигнализации.
Де Бриссак быстро закрыл окно, задернул занавески, чтобы помешать звуку проникнуть наружу. Но внутри тревожное дребезжание выводило всех из себя.
Виктор высказал свое мнение:
— Видимо здесь два провода: один из них внешний, который вы обрезали, а другой — внутренний. Раз так, то сейчас все, живущие в доме поднимутся на ноги.
Де Бриссак выругался сквозь зубы и поставил стол в угол, откуда шел звук. Затем он водрузил на стол стул и, взобравшись на эту баррикаду, обрезал провод на карнизе. Звук немедленно оборвался.
Антуан де Бриссак спустился и поставил мебель на место.
Виктор сказал ему:
— Теперь никакой опасности. И вы можете бежать через окно.
— Я побегу только тогда, когда найду пакет с десятью миллионами, — отрезал де Бриссак.
— Это невозможно!
— Почему же?
— У вас нет времени…
— Что вы несете? — обозлился де Бриссак, — все это сплошная глупость! Лестница могла просто упасть. Ваши страхи не имеют никаких оснований. Стража связана. Мои люди охраняют ее. Наша задача продолжать поиски.
— Они окончены.
Де Бриссак был вне себя.
— Я вышвырну тебя через окно! Что касается твоей доли, считай, что теперь она равняется нулю…
В этот момент на улице раздался тревожный свисток.
— Вы слышали? — спросил Виктор.
— Да… Какой-нибудь запоздалый прохожий…
— Или ребята, которые сняли лестницу.
Они были перед лицом реальной, неумолимой опасности. Растущий страх Александры и странное поведение его компаньона волновали де Бриссака и приводили его в ярость.
Прошло еще четверть часа. Их беспокойство все увеличивалось среди таинственного безмолвия и гнетущей, насыщенной угрозами тишины.
Александра сжалась в комочек в своем кресле, не спуская глаз с закрытой двери. Де Бриссак возобновил поиски, потом вдруг прекратил их, вероятно, осознав их бессмысленность.
— Дело было плохо продумано, — обронил Виктор.
Гнев де Бриссака внезапно прорвался наружу, и он разразился проклятиями в адрес своего компаньона. Виктор между тем продолжал саркастическим тоном:
— Дело было плохо продумано… Какая-то неразбериха!
В ответ де Бриссак набросился на него с кулаками. Александра подскочила к ним, чтобы разнять.
— Уйдемте отсюда! — повелительно воскликнула она.
Они оба, де Бриссак и Александра, направились к двери, когда Виктор заявил агрессивным тоном:
— А я остаюсь…
— Ну нет! Вы тоже уйдете.
— Я остаюсь. Когда я что-нибудь предпринимаю, я иду до конца. Вспомните ваши слова, де Бриссак: «Десять миллионов здесь. Мы это знаем. И после этого уйти с пустыми руками? Нет! Это против моих привычек». И против моих тоже.
— Вы наглец! И я вас спрашиваю: какова ваша настоящая роль в этом деле? — воскликнул де Бриссак.
— Роль человека, у которого есть голова на плечах.
— Ваши намерения?
— Начать дело сначала, на новых основах. Я повторяю это. Оно было плохо продумано. Плохая подготовка, скверное выполнение. Я все начну сначала.
— Но каким же образом, черт побери?
— Вы не умеете искать. Я тоже. Но есть специалисты по этой части.
— Специалисты?
— Я знаю асов обыска. И одного из них я сейчас позову.
Он подошел к телефону и снял трубку.
— Что вы делаете?
— Единственную разумную вещь. Мы на месте. Нужно этим воспользоваться и без добычи не уходить. Алло, мадемуазель, будьте любезны дать мне Шатле 24 — 00…
