Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
Лицо Саймона медленно приняло пунцовый оттенок.
— Я не нарочно, Дайк, — запинаясь, пояснил он. — «Мистер» это привычная для меня форма обращения. Само с языка слетает.
— Неужели?
— Угу. А «хлюпик» это просто слабак. Парень, которому некогда заниматься настоящим делом. Англичанин, одним словом.
— Как Уинстон Черчилль?
— Во, блин, да что за ерундистика! — взорвался Саймон, но почти сразу ухмыльнулся. — Ладно, ваша взяла! — кивнул он. — Извиняюсь я.
Дайкон заморгал.
— Что ж, это очень мило с твоей стороны, — сказал он. — Я тожу прошу у тебя прощения. А теперь — расскажи, каковы последние новости с квестингского фронта? Обещаю, что не буду больше морщиться, услышав про диверсии, убийства, шпионаж или подрывную деятельность. Итак, что тебе удалось выяснить?
Саймон встал и закрыл дверь. Потом угостил Дайкона сигаретой, сам откинулся назад, облокотившись на стол и, закурив, приступил к рассказу.
— В среду, — сказал он, — я только зря потерял время. Коту под хвост. Он смотался в Гарпун и весь вечер просидел в пабе — чаи гонял. Там его кореш заправляет. Берт Смит тоже околачивался в городе и подтверждает, что Квестинг не выходил из паба. Он даже подбросил Берта домой. Должно быть, Берт был пьян в дупель, раз согласился. Он, кстати, опять пьёт как лошадь. Словом, среду вычёркиваем. А вот вчера началась настоящая потеха. Поначалу Квестинг, наверно, опять сидел в гарпунском пабе, а вот оттуда помчался прямиком к пику Ранги. Около семи я прикатил на велике к переезду — семафор, кстати, работает как часы, — и засел в кустарнике. Вот, значит, а часа через три смотрю — мистер Квестинг прёт на своём драндулете. Откуда он только бензин берет, ума не приложу. Ну вот, катит он себе по дороге, а я прямиком чапаю к лёжке, что заранее себе приглядел. Утёс там такой торчит по другую сторону заливчика, прямо напротив пика. В конце скалистой отмели. Пришлось, правда, вброд перебираться. Сам-то пик скалистую гряду венчает. Со стороны моря — крутой обрыв, а с противоположной — довольно пологий склон. Безногий младенец влезет. Там ещё сохранилась тропа, по которой поднимались маори, когда тащили хоронить своих мертвецов в кратере. Примерно на полпути к вершине тропа раздваивается, и оттуда можно попасть к обрыву. Там есть небольшая расселина. Снизу-то, да и почти со всех сторон её не видно, но если сидишь в моем орлином гнезде, то она как на ладони. Я сразу сообразил, что у него именно там засидка. Конечно, мне пришлось здорово попотеть, чтобы поспеть вовремя. Да ещё и вымок до нитки. А уж замёрз, скажу я вам… Зуб на зуб не попадал. Да ещё и ветер задул с моря. Словом, все тридцать три удовольствия получил!
— Не хочешь же ты сказать, — вздёрнул брови Дайкон, — что махнул на велосипеде прямо до того мыса, что находится за Гарпуном? Милях в семи.
— Именно. Причём умудрился обогнать Квестинга. Зато продрог до мозга костей. Но с пика глаз не спускал. В гавани какое-то судно загружалось. Не знаю — чем. Надо Берта Смита спросить. Они с Эру Саулом закорешились с какими-то докерами. Пьянствуют вместе. Вот и вчера малость гульнули. Представляю, как Берт…
— Ты про Квестинга говорил, — нетерпеливо напомнил Дайкон.
— Ну да. Так вот, я уже начал подозревать, что меня провели, когда увидел, как замигали вспышки. Причём в том самом месте, про которое я и говорил.
— Ты что-нибудь разобрал?
— Неуут, — свирепо прогнусавил Саймон. — Если это была морзянка, то зашифрованная. Впрочем, иного и ожидать было нельзя. Но сигналы подавались по определённой системе. Поначалу три длинные вспышки с интервалом в минуту. Скажем, «Выхожу на связь». Потом само послание. Допустим, пять коротких вспышек. «Корабль в порту.» Повторяется трижды. Затем день отплытия. Одна длинная вспышка — «Сегодня вечером». Две короткие — «Завтра». Три короткие — «Завтра вечером». Затем продолжительное затишье и — все повторяется снова.
— И ты видел все это своими глазами?
— Шесть раз с пятнадцатиминутным интервалом. Причём всякий раз сообщение неизменно заканчивалось тремя короткими вспышками.
— Фантастика! — вырвалось у Дайкона.
— Разумеется, я не могу побожиться, что верно понял смысл. Может, он имел в виду нечто совсем другое.
— Возможно. — Молодые люди с пониманием посмотрели друг на друга.
— Как бы узнать, что грузили на это судно? — вздохнул Саймон.
— А с моря никто не отвечал? — поинтересовался Дайкон и тут же сокрушённо покачал головой. — Я, правда, в этом совсем не смыслю.
— Я не заметил. Вряд ли, конечно, вражеский рейдер подошёл бы к пику с северной стороны, чтобы из Гарпуна не заметили. Но там одни скалы и мелкие бухточки.
— И сколько же ты там просидел?
— До конца сеанса. Прилив уже начался. Мне едва ли не вплавь пришлось перебираться. А этот прохвост меня на сей раз обставил. Шина у меня спустила — чтоб ей неладно было!, — и мне пришлось трижды её подкачивать. Когда я добрался до дома, его драндулет уже торчал в гараже. Вот ведь прохиндей! Ничего, уж я до него доберусь. Он у меня попляшет!
— Что ты замыслил?
— Поеду в городу и заявлю в полицию.
— Давай я возьму машину.
— Не, я на велике сгоняю. Кстати, вам бы лучше ничего не говорить ему…
— Кому?
Саймон мотнул головой в сторону дома.
— Гаунту? Боюсь, что пообещать этого не могу. Мы ведь постоянно обсуждаем Квестинга, да и с Колли он общается, а Колли тоже многое от тебя знает. Да и потом с какой стати я вдруг перестану держать его в курсе событий? Ты вообще, кажется, плохо знаешь Гаунта. А он — это слово стало звучать почти ругательно — настоящий патриот, между прочим. Все деньги за трехнедельные гастроли в Мельбурне перечислил на военные нужды.
— Пф! — презрительно фыркнул Саймон. — Деньги это мусор.
— Но именно его-то нам и не хватает. Мне в любом случае нужно потолковать с ним по поводу прошлой ночи. Ему вдруг взбрело в голову прокатиться на машине. Кто знает — может, Гаунт тоже заметил эти вспышки. Он ведь как раз собирался в сторону мыса.
— Господи, видели бы вы, в каком состоянии он пригнал машину назад! Дорога, конечно, не идеальная, я понимаю. Но чтоб так тачку обделать! Вся в грязи, оба крыла поцарапаны. Удивительно ещё, что он не сломал заднюю ось, ухнув в какую-нибудь колдобину. Горе-водила!
Дайкон решил пропустить этот выпад мимо ушей.
— А что думает доктор Акрингтон? — спросил он. — Он ведь первый его заподозрил. Может, посоветуешься с ним, прежде чем обращаться в полицию?
— Дядя Джеймс видит мир иначе, чем я, — запальчиво произнёс Саймон. — Мы плохо понимаем друг друга. Он обзывает меня грубияном или неандертальцем, а я считаю, что он мудак и зануда.
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 80
