– Появляясь уже на нашем пороге.
– Именно.
– Ну а при чем здесь “Общество нищих”? – задал я вопрос.
– “Тайное сообщество алчущих подаяния”, как правильнее его называть, являлось частью шпионской сети, созданной императором Константином. Римская империя кишела нищими, и Константин понимал, что слышали и видели эти люди гораздо больше, чем от них ожидалось. Первоначально вступившие в сообщество аристократы, переодевшись нищими, собирали новости и сплетни, то есть информацию, которая, передаваясь от одного к другому, поступала потом к самому Константину.
Императоры, наследовавшие Константину, нищих уже не использовали, но, как ни странно, само сообщество, вместо того чтобы захиреть, лишь крепло и упрочивалось. Оно выработало свои правила и ритуалы. Индийская часть его отделилась и соединилась с организацией так называемых тхаги [38] , о которой вы, может быть, слышали.
– Да, я слышал об этих дьяволах, – подтвердил я.
Холмс кивнул.
– В какой-то период Средних веков организация эта вроде бы исчезла. Однако в тысяча восемьсот двадцать первом году один осужденный упомянул ее в своем последнем слове. Позднее я обнаружил еще два упоминания “Тайного сообщества алчущих подаяния”. Первое относится к тысяча восемьсот тридцать второму году. В подписи к карикатуре из “Панча” говорится о соперничестве сообщества с вольными каменщиками так, словно каждый должен был знать о существовании алчущих. Второе же – это клочок бумаги в доме полковника Пендлтона-Смайта.
– Ну и какое отношение это имеет к самому полковнику?
– К этому я как раз и подхожу, – заверил меня Холмс. – Из шестерых оболтусов, выгнанных вместе с ним из Итона, мне удалось проследить за тремя – узнать, что сталось с ними в дальнейшем. Все трое умерли в последние недели при загадочных обстоятельствах. О чем это вам говорит?
– О том, что на очереди теперь полковник.
– Именно, Ватсон, по видимости это так.
– У вас имеются основания в чем-то сомневаться?
– Ха! Вы просто ясновидящий, Ватсон. Видите меня насквозь! Меня определенно смущает, что эта эпидемия убийств совпадает по времени с возвращением Пендлтона-Смайта из Африки.
– Действительно, странное совпадение, – согласился я. – Но может быть, тут играют роль какие-то другие обстоятельства, о которых мы не получим представления, не поговорив с полковником. – Я взглянул на часы. – До нашего с ним свидания осталось всего полчаса.
– Время отправляться в путь, – неожиданно заявил Холмс.
Я вытаращил на него глаза в полном изумлении:
– Но, поступив так, вы уверите Пендлтона-Смайта, что не хотите его видеть!
– Напротив, – возразил Холмс, – поступив так, я сделаю нашу встречу неизбежной. Вот ваше пальто, Ватсон! Мы либо столкнемся с ним на улице, когда он будет направляться к нам, либо, как я подозреваю, он, почувствовав себя разоблаченным, предпочтет уклониться от встречи, и мы застанем его в меблированных комнатах!
Схватив пальто и шляпу, я вновь поспешил за ним на улицу.
* * *
Разумеется, на улице мы полковника не встретили. Холмс обладал несомненным даром предугадывать поступки окружающих. Но, прибыв в меблированные комнаты, мы увидели на крыльце дородную седоватую женщину, по виду хозяйку. Она подметала ступеньки.
– Простите великодушно, – торопливо обратился к ней Холмс. – Мне нужен один из ваших жильцов – военный с легкой хромотой, носит темное пальто и темную шляпу. Я принес письмо, которое он обронил вчера вечером, и я хотел бы ему его вернуть.
– Так это вы про мистера Смита, – сказала хозяйка. – Давайте сюда письмо, я передам ему, когда он встанет. – И она протянула руку.
– Значит, он дома? – уточнил Холмс.
– Эй, послушайте, а кто вы такие?
Женщина с подозрением оглядела нас и преградила нам путь щеткой.
– Это мистер Холмс, – поспешно сказал я, – и мы обязательно должны переговорить с вашим мистером Смитом. Дело очень срочное.
– Мистер Холмс? Так бы сразу и сказали! Уж конечно же я слыхала про вас, мистер Холмс, да и кто в наших краях не слыхал! Проходите, проходите, пожалуйста. А я-то как вас встретила, неудобно даже! – Она опустила щетку и двинулась к входной двери. – Я миссис Нелли Корам, сэр, владелица меблированных комнат. А мистер Смит живет на втором этаже. Побегу узнаю, спустится ли он!
– Если вы не против, – остановил ее Холмс, – думаю, лучше будет нам самим подняться.
– А не то ускользнет, да? Небось это он может. Я-то сразу смекнула, но он заплатил вперед за две недели, а в наше время, знаете, дела идут не так чтоб очень…
– Он не преступник, – ответил Холмс. – Он наш клиент. Но нам очень важно поговорить с ним немедленно.
На это женщина не сказала ни слова, лишь провела пальцем по носу и с хитрым видом нам подмигнула.
Вслед за ней мы поднялись по крутым ступеням в чисто выскобленный холл второго этажа. Женщина свернула направо, и, пройдя по узкому коридору, мы очутились перед закрытой дверью. Женщина дважды постучала в дверь.
– Кто там? – раздался грубый голос.
– Нелли Корам, – отозвалась хозяйка. – К вам два гостя, мистер Смит.
Дверь немного приоткрылась, и в образовавшейся щели я увидел внимательный голубой глаз, на секунду вперившийся в Холмса, а затем и в меня.
– Входите, – разрешил голос. Теперь он словно окреп, а обладатель его, отступив от двери, позволил нам пройти.
Мы с Холмсом вошли. Оглядевшись, я увидел маленькую, но опрятную комнатку: кровать, умывальник, платяной шкаф и у окна единственное кресло с прямой твердой спинкой. На кровати лежала раскрытая “Таймс”.
Пендлтон-Смайт закрыл дверь, не дав миссис Корам в нее проникнуть, и из-за двери послышались сначала ее раздраженный вздох, а затем звук удаляющихся шагов: миссис Корам возвращалась к своему прерванному занятию.
Полковник оказался мужчиной среднего роста, но крепкого телосложения, голубоглазым, с усиками. На нем были синие панталоны, белая в полоску сорочка, синий сюртук. Мое внимание сразу привлек револьвер военного образца, которым он целился в нас с Холмсом.
– Чего вы хотите? – рявкнул он. – Кто вы?
Холмс, уже успевший с первого взгляда разглядеть все в комнате, направился к окну и раздернул шторы.
– Скорее это я, – сказал он, – должен был бы поинтересоваться, чего хотите вы , полковник. Я же здесь ради обещанной вам встречи. Я Шерлок Холмс, а это мой коллега доктор Джон Ватсон.
И, повернувшись лицом к полковнику, Холмс взглянул ему прямо в глаза, после чего не прошло и секунды, как полковник опустил револьвер. Он заметно дрожал, и в какое-то мгновение я вынужден был положить руку ему на плечо, поддерживая и не давая пошатнуться.
