— Вулкан, — заявил он, — вы меня разочаровываете!
Ответа не последовало. Стеклянные чаши ламп, казалось, помутнели, а оранжевый свет пригас.
— Простите мою откровенность, — произнес Чевиот, издевательски пародируя выговор своего собеседника, — но вы похожи на любого домовладельца на любой улице. Вы старательно укрепляете парадную дверь, делая ее неприступной, но ни один умный дому… я хотел сказать, вор даже не подумает проникнуть в дом через нее. С другой стороны вы, подобно всем прочим домовладельцам, совершенно пренебрегаете черным ходом.
Чевиот кивком указал на два окошка, плотно затянутые оранжевыми шторами.
— За теми окнами, — сообщил он, — два крутых ската черепичной крыши. Они спускаются к задней стене конюшен. Сегодня после полудня я прогулялся вдоль конюшен и заметил, что ваша дверь черного хода широко распахнута для проветривания. Черным ходом можно попасть в буфетную и на кухню. А оттуда нетрудно выйти в столовую на первом этаже и в игорный зал.
Вулкан по-прежнему не шевелился и хранил молчание.
— Когда я прогулялся к конюшням попозже, вечером, — продолжал Чевиот, — дверь черного хода была по-прежнему приоткрыта. Ах, Вулкан, Вулкан! Если бы я спрятал за ней пятьдесят констеблей, они уже через двадцать секунд оказались бы в вашем игорном зале!
И тут Вулкан ожил.
С поразительной для такого толстяка прытью он вскочил, словно резиновый мячик, и бросился за спинку кресла. Правая рука метнулась к ручке провода, ведущего к звонку. Вулкан дернул ручку — ручка отвалилась.
— Нет, — покачал головой Чевиот, — ничего не выйдет. Ручка с глухим стуком упала на ковер. Молча, без улыбки, Вулкан направился к двери красного дерева.
Его толстые пальцы нырнули в жилетный карман, порылись там, потом он похлопал себя по другому карману…
— Нет, — сказал Чевиот, — это тоже не поможет. — И он извлек из собственного кармана кольцо с двумя ключами. — Так неудачно «споткнувшись», я заодно обшарил ваши карманы. Как по-вашему, я был очень неуклюжим?
Вулкан медленно повернул массивную голову. Здоровый глаз горел огнем.
— Правда, — добавил Чевиот, — вы всегда можете постучать в дверь и позвать на помощь. Но все знают, что вы уединились всего с одним невооруженным человеком, который к тому же легче вас. По-моему, вы постыдитесь звать на помощь.
— Да, — согласился Вулкан, — вы правы. Да и зачем мне звать на помощь, — он наконец улыбнулся, — когда я всегда могу и сам отобрать у вас ключи?
— Вот только интересно, — протянул Чевиот задумчиво, — справитесь ли вы? Впрочем, успокойтесь. У черного хода нет никаких констеблей.
— Если вы кидаете меня…
Последнее слово, хорошо знакомое Чевиоту по другому времени, задело его больше, чем он сам задел Вулкана.
— Я никогда не лгу, — объявил он, — никого не кидаю и презираю тех, кто так поступает. — Чевиот с трудом сдерживался. — И потом, вы достаточно наговорили, но даже не выслушали, что я предлагаю вам в обмен на имя убийцы.
— Очень хорошо. Говорите!
Чевиот наклонился вперед и осторожно положил недокуренную сигару на серебряный поднос рядом с графином. Потом выпрямился, перенеся вес тела на правую ногу.
— Ваша рулетка подкручена, — сообщил он. — Я могу это доказать. И тогда вам конец.
Вулкан изготовился к прыжку, однако его удержали следующие слова суперинтендента, произнесенные рассудительным тоном.
— Азартные игры! Что мне за дело, если вы обираете тысячу молодых придурков — при условии, что я сумею отомстить за одну-единственную жизнь? Допустим, для вас человеческая жизнь не имеет почти никакой цены. Но для меня, клянусь, она значит очень многое! Надеюсь, мы с вами договоримся. Я не хочу никакого насилия, никакой драки. И вы тоже. Показать, как работает ваше колесо там, внизу?
Не дожидаясь ответа, он обошел стол слева — с той стороны, где стояли трости, — и встал у колеса спиной к окну.
На колесе лежал шарик из слоновой кости. Чевиот взял его в руки и, не глядя на Вулкана, опустился на колени, на толстый зеленый ковер. Он прощупал правую сторону ковра — на том месте внизу стоял стул крупье. Потом пальцы его побежали налево.
Чевиот поднялся.
Вулкан находился напротив; их разделяли два с половиной фута — ширина стола.
— И что же? — спросил он.
— Здесь ничего нет. Но я покажу, как устроен механизм внизу. Он настолько стар, настолько примитивен, что им уже никто не пользуется в наше вре… — Чевиот осекся.
— Ну?
— Правая нога крупье, — продолжал Чевиот, — дотягивается до четырех (да, четырех) кнопочек, размещенных под ковром. От каждой кнопки тугая проволока ведет к полым и узким металлическим трубкам, вделанным в ножки стола. Легкое нажатие на кнопку приводит в действие пружины, прикрепленные к трубкам сверху. Пружины распрямляются под действием сжатого воздуха. В ваше… в наше время всем известен данный принцип. Однако нажимать нужно легко; струя сжатого воздуха не должна быть слишком сильной, иначе… — Внезапно Чевиот замолчал и устремил задумчивый взгляд на струйку дыма, идущую от сигары на противоположном конце стола. — Нет, нет, ни в коем случае! — прошептал он как бы про себя. — Нажимать нужно потихоньку, чтобы воздуха хватило на всю ночь!
— И что дальше, позвольте спросить?
— Смотрите!
Чевиот раскрутил посеребренный штифт, на который было насажено колесо, — замелькали красные и черные цифры, и вбросил шарик. Шарик подпрыгнул на месте и закружился по внешнему краю. Колесо крутилось долго; в комнате слышалось учащенное дыхание Вулкана. Но вот колесо замедлило свой бег.
— Что дальше? — повторил Вулкан.
— Вот, глядите!
— Я ничего не вижу!
— Как только обороты вращения колеса падают, можно незаметно направить шарик в тот или иной сектор круга. При известной сноровке крупье может носком или пяткой управлять одновременно тремя пружинами. Не важно, где находится шарик. Если приподнять чуть-чуть колесо… — Чевиот наклонился над столом. — Есть, получается!
Он осторожно приподнял колесо снизу. Разумеется, его пальцам далеко было до сложного пружинного механизма. Однако шарик послушно подпрыгнул и замер против двойного зеро.
На гладко выбритых щеках Вулкана проступили крупные капли пота.
— Я попробовал только один раз, — напомнил Чевиот. — Интересно, сколько недель или месяцев занимаются тем же самым ваши крупье?
— Я…
— Все кончено, — заявил Чевиот, выпрямляясь и глядя Вулкану прямо в глаза. — Вам не кажется, Вулкан, что ваша карта бита?
Как ему хотелось пронять Вулкана, пробиться сквозь его тяжелый, ничего не выражающий взгляд! Однако лицо хозяина игорного дома по-прежнему представляло собой невозмутимую маску.
